"Хотя б она сошла с лица земного…"

Хотя б она сошла с лица земного,В душе царей для правды есть приют.Кто не слыхал торжественного слова?Века векам его передают.И что ж теперь? Увы, что видим мы?Кто приютит, кто призрит гостью божью?Ложь, злая ложь растлила все умы,И целый мир стал воплощенной ложью!..Опять Восток дымится свежей кровью,Опять резня… повсюду вой и плач,И снова прав пирующий палач,А жертвы… преданы злословью!О, этот век, воспитанный в крамолах,Век без души, с озлобленным умом,На площадях, в палатах, на престолах —Везде он правды личным стал врагом!Но есть еще один приют державный,Для правды есть один святой алтарь:В твоей душе он, царь наш православный,Наш благодушный, честный русский царь!

31 декабря 1866

В Риме

(С французского)Средь Рима древнего сооружалось зданье —Но Не́рон воздвигал дворец свой золотой.Под самою дворца гранитною пятойБылинка с кесарем вступила в состязанье:«Не уступлю тебе, знай это, бог земной,И ненавистное твое я сброшу бремя».— «Как, мне не уступить? Мир гнется подо мной!»— «Весь мир тебе слуга, а мне слугою — Время».

Конец декабря 1866 — начало января 1867

"Над Россией распростертой…"

Над Россией, распростертойВстал внезапною грозойПетр, по прозвищу четвертый,Аракчеев же — второй.

1866 или 1867

А. Д. Блудовой

Как этого посмертного альбомаМне дороги заветные листы,Как всё на них так родственно-знакомо,Как полно всё душевной теплоты!Как этих строк сочувственная силаВсего меня обвеяла былым!Храм опустел, потух огонь кадила,Но жертвенный еще курится дым.

1 марта 1867

Дым

Здесь некогда, могучий и прекрасный,Шумел и зеленел волшебный лес, —Не лес, а целый мир разнообразный,Исполненный видений и чудес.Лучи сквозили, трепетали тени;Не умолкал в деревьях птичий гам;Мелькали в чаще быстрые олени,И ловчий рог взывал по временам.На перекрестках, с речью и приветом,Навстречу нам, из полутьмы лесной,Обвеянный каким-то чудным светом,Знакомых лиц слетался целый рой.Какая жизнь, какое обаянье,Какой для чувств роскошный, светлый пир!Нам чудились нездешние созданья, Но близок был нам этот дивный мир.И вот опять к таинственному лесуМы с прежнею любовью подошли.Но где же он? Кто опустил завесу,Спустил ее от неба до земли?Что это? Призрак, чары ли какие?Где мы? И верить ли глазам своим?Здесь дым один, как пятая стихия,Дым — безотрадный, бесконечный дым!Кой-где насквозь торчат по обнаженнымПожарищам уродливые пни,И бегают по сучьям обожженнымС зловещим треском белые огни…Нет, это сон! Нет, ветерок повеетИ дымный призрак унесет с собой…И вот опять наш лес зазеленеет,Всё тот же лес, волшебный и родной.

25 апреля 1867

Славянам ("Привет вам задушевный, братья…")

Привет вам задушевный, братья,Со всех Славянщины концов,Привет наш всем вам, без изъятья!Для всех семейный пир готов!Недаром вас звала РоссияНа праздник мира и любви;Но знайте, гости дорогие,Вы здесь не гости, вы — свои!Вы дома здесь, и больше дома,Чем там, на родине своей, —Здесь, где господство незнакомоИноязыческих властей,Здесь, где у власти и подда́нстваОдин язык, один для всех,И не считается СлавянствоЗа тяжкий первородный грех!Хотя враждебною судьбинойИ были мы разлучены,Но всё же мы народ единый,Единой матери сыны;Но всё же братья мы родные!Вот, вот что ненавидят в нас!Вам не прощается Россия,России — не прощают вас!Смущает их, и до испугу,Что вся славянская семьяВ лицо и недругу и другуВпервые скажет: «Это я!»При неотступном вспоминаньеО длинной цепи злых обидСлавянское самосознанье,Как божья кара, их страшит!Давно на почве европейской,Где ложь так пышно разрослась,Давно наукой фарисейскойДвойная правда создалась:Для них — закон и равноправность,Для нас — насилье и обман,И закрепила стародавностьИх как наследие славян.И то, что длилося веками,Не истощилось и поднесьИ тяготеет и над нами —Над нами, собранными здесь…Еще болит от старых болейВся современная пора…Не тронуто Косово поле,Не срыта Белая Гора!А между нас — позор немалыйВ славянской, всем родной среде,Лишь тот ушел от их опалыИ не подвергся их вражде,Кто для своих всегда и всюдуЗлодеем был передовым:Они лишь нашего ИудуЧестят лобзанием своим.Опально-мировое племя,Когда же будешь ты народ?Когда же упразднится времяТвоей и розни и невзгод,И грянет клич к объединенью,И рухнет то, что делит нас?..Мы ждем и верим провиденью —Ему известны день и час…И эта вера в правду богаУж в нашей не умрет груди,Хоть много жертв и горя многоЕще мы видим впереди…Он жив — верховный промыслитель,И суд его не оскудел,И слово Царь-освободительЗа русский выступит предел…