Борьба за несуществованье.Название книги Бориса БожневаБорьба за несуществование?Ее выигрывают многие.Недавно пьяная компанияПовесилась — совсем Ставрогины.Всех ку-клукс-кланов ку-клукс-кланнее.(Туманы осенью туманнее.)Философ, увидав, как тонущийСтарался выбраться из проруби,Сказал: «Не трать, Фома, здоровьичка»,

– Над черным льдом летали — голуби?

Снежинки? Чайки? Крик о помощи?Философ шел по тонкой корочке —Он умер на больничной коечке.Фома «боролся за существование»,Не несуществование. ТечениеРеки Времен его несло и ранее,Да, уносило в темное зияние,В холодное, бесчувственное пение.Не стоит, брат, — за несуществование.* * *В аду кромешном злюки злобствуют(Мы улыбнулись равнодушно),Льстецы и подлецы там рабствуют.Темно, и холодно, и душно.А кто в чистилище — раскаиваются.Так огорчаются бессильно,Всё вспоминают и расстраиваются,Приносит ветер снег обильный.А наверху, на райском облачке,Два праведника почивают:Врачи и сестры в райском обликеНаш теплый сон оберегают.Увы и ах! Мы просыпаемся:Загробный мир нам только снился.Он не такой. Пора, прощаемся:За нами проводник явился.И лодочнику — привидению —Мы дали медную монету,Когда в обратном направлении Переправлялись через Лету.* * *От унылых, от ворчливыхСобеседников,От зоилов и тоскливыхПривередниковУлети на тихий островОдиночества,Где ответов и вопросовНе захочется.Улети от серых, скушных,РаздражительныхВ край веселых и воздушных,Небожительных.Вдаль веселые умчатся,Ты останешься.Одиночество — и счастье,И пристанище.Тишина большого поля,Солнце раннее.Пушкин… Да! «Покой и воля».И молчание.* * *Полночный лунный снегопад,И воздух — колкий.Нам оборотни говорят,Что люди — волки:Они друг другу перегрызтьГотовы горло.Грызутся, злобные, всю жисть,Глаза их — свёрла.Беда: я мирный человек,Куда мне деться?Два волка, навалясь на снег,Грызут младенца.По снегу лунному бежит,Чернея, стая,В сиянии светло дрожитСлюна, стекая.А я — ночную тишинуНе беспокою?Но я не вою на луну.Почти не вою.* * *Грачи по вспаханному полюШагали и качались мерно.Они червей наелись вволюИ думали, что жить – не скверно.А под землей лежали урны,Большие амфоры — и кости,На вазах нимфы и сатурны,Сатиры, козлища и грозди.Венки, кентавры и вакханкиНа черепках… И череп, череп!След человеческой стоянки,Река Времен, далекий берег.Пусть откопают их! НочамиВ блаженно-эллинское небоГляди бессмертными очами,Как прежде, мраморная Геба!* * *Архитектура дивного закона!О совершенство, мощь и торжество!Над головою купол Пантеона,Могучее величие его.О каменные сферы Птолемея!На фоне далей, пиний, площадейСферические стены КолизеяВ прекрасной соразмерности частей.И колоннада круглая Бернини —Гармония объемов и пустот, —А в галереях нежные богини,И круглый мрамор в воздухе плывет.Я остаюсь в Италии. И — баста!Осуждена безвинно красота.И мед полупрозрачный алебастра:Как будто вечность в мире разлита.* * *Царский, имперским «кредитный билет».Бледно-оливковый, чуть розоватый.Старый: билету за семьдесят лет.Он полутысячный. Вот я богатый.Только империи более нет.В рыцарском панцире Петр Великий.Крест на короне. Двуглавый орел.Шар: золотая держава… ПрестолКажется прочным. «Коль славен», и клики«Царствуй!». И ворог еще не пришел.Я с пятисотенной сразу бы к Яру.Пляшут цыганки и льется «Клико».Красное небо — наверно, к пожару.Пару гнедых! — И огнистую паруКучер стегает… костлявой рукой.Кучер безносый, пустые глазницы,Мертвенный холод имперской столицы.Поздно, прощай кутежи!Прямо на кладбище, мимо больницы,Finis, тужи не тужи.