— Они слишком много о себе возомнили… а еще среди них появились бойцы, которые должны «пропасть безвести». Займись этим, а я возьму на себя Сенджу и Узумаки.

— Что делать с остатками клана Нара?

Хокаге на мгновение задумался, а затем ответил:

— Пусть завтра найдут уцелевших… трех-четырех, не больше. И да, это должны быть дети, которых убийца «пожалел». Взрослых оставь себе, вдруг для чего ни будь пригодятся.

ЭПИЛОГ

Шишио

Я сидел на коленях закрыв глаза, мои руки покоились на лезвии меча. Все пространство вокруг уже давно заволокло серым туманом через который не видит даже бъякуган, и только маленький, (диаметром в метр), пяточек земли, оставался свободным.

«Глупо… так глупо…».

Биение моих сердец почти остановилось, температура тела упала, и только чакра демонов в прежнем объеме продолжала циркулировать по организму. Сейчас мне нужно было беречь внутренние резервы, (ведь даже еды с собой нет), а потому я постепенно погружался в состояние, очень похожее на «анабиоз».

«Глупо… как глупо…».

Вокруг царит холод и тишина, создается впечатление, будто за пределами этого маленького клочка земли, окруженного серым туманом, вообще ничего нет. Измученный мыслями мозг, погружается в сон, а наномашины, получившие приказ найти способ выбраться отсюда, перебирают все возможные и невозможные варианты, проводя сложнейшие расчеты.

«Так глупо попасться в ловушку… но я не умру, и еще вернусь в мир, что бы отомстить».

Мысли путаются, воспоминания куда-то пропадают. Я уже не знаю, откуда вообще появился, кто мои родители, и почему я один… есть только желание сражаться, оно позволяет мне не раствориться в пустоте. Теперь мой смысл жизни, (и судьба), это постоянные сражения. Осталось лишь выбраться из этой ловушки, и мир почувствует мою ярость.

* * *Каге

Я вошел в ничем непримечательный трактир, расположенный в маленькой деревушке, которая даже не имеет своего названия. Местные жители, (старики и мужчины бандитской наружности), покосились на незнакомца, закутанного в черный плащ с глубоким капюшоном, но поняв, что угрозы он не представляет, вернулись к своим делам.

Я прошел к дальнему столику, (за которым сидел человек в плаще, очень похожем на мой), и без приглашения опустился на свободный стул.

— Чем обязан? — С намеком на интерес, (грубым хриплым голосом), осведомился мужчина, сверкнув ядовито зелеными глазами, выглядывающими из-под капюшона.

— Приветствую вас, господин Какудзу. — Почтительно склоняю голову, не забывая наблюдать за реакцией собеседника, (при желании, он может стереть с лица земли не самый маленький город, и это заслуживает уважения).

— Рад, что мое имя столь популярно… но кто ты? — Пусть Какудзу и не изменил ни позы, ни тона голоса, но в воздухе отчетливо почувствовалось напряжение.

— Меня зовут Нара Каге. Приятно с вами познакомиться.

Несколько секунд, (самых долгих секунд в моей жизни), мужчина буравил меня задумчивым взглядом, а затем произнес:

— «Проклятая тень»… и что же тебе нужно?

«Хм-м, а ведь я даже не знал, что мне придумали прозвище».

— Господин Какудзу, у меня есть к вам предложение, от которого вы не захотите отказаться…

(конец второй части).

Посвящается всем МС, придуманным автором оригинальной манги.

(В завершающей части появится еще один «попаданец», а события наконец доберутся до «канона»).

Жрец поневоле 3 часть

ПРОЛОГ

Кто-то, где-то

Тишину вечернего неба разрезали звуки очередей автоматов, взрывы гранат и крики раненых и умирающих людей. Кому-то могло показаться, что на опушке леса, ведется ожесточенная битва между двумя крупными подразделениями армий… и битва велась, но солдаты США, противостояли не террористам, не повстанцам, и даже не войскам какого ни будь «диктатора», а всего лишь одному человеку.

Крупный мужчина, (ростом не меньше двух метров), одетый в темно синюю футболку, (разорванную в нескольких местах, и залитую как своей, так и чужой кровью), а так же широкие черные штаны и «кеды», с невообразимой для обычного человека скоростью, метался по полю боя, нанося удары голыми руками, (каждый из которых был смертелен). Грива седых волос развивалась от резких движений, темные глаза блестели азартом, а губы растянулись в безумном оскале, обнажая ряды белоснежных зубов.

Вот мужчина запрыгнул на корпус танка, (слишком медленного и неповоротливого, что бы догнать или подстрелить юркую цель), один удар раскрытой ладонью с громким выкриком «ха», а затем прыжок «сальто назад», и через секунду, боезапас бронированной машины детонирует, разнося гордость военных на жалкие обломки. Увидев это, некоторые солдаты бросили оружие и с криками «демон!», попытались убежать… но были настигнуты бросками камней, каждый из которых попадал в голову, и если шлем выдерживал, то шейные позвонки не могли похвастать такой прочностью.

Вот одна пуля, (не иначе как случайно), попала в правую половину груди седого мужчины, заставив его пошатнуться, однако боец не успел порадоваться своей меткости, так как в следующую секунду, его голову мотнуло в сторону, и он отчетливо услышал хруст своей шеи.

Смотреть в твои окна, Читать твои письма, Кусать твои губы. Сквозь черную воду, Глядят флибустьеры, В подзорные трубы. Акул привлекают открытые раны, Никто не просился в сюжет этой драмы. Сияют медузы, смеются дельфины, и в финале картины… На последнем дыханье, на финальном излете, Догорает волшебник в голубом вертолете. И сквозь черную копоть свет далекой вечерней, В голубом вертолете догорает волшебник.

Рывок, и силуэт мужчины размывается в воздухе, (пули так же летят мимо, словно у этого человека есть какая-то мистическая защита), а затем удар сильной рукой, приходится точно в грудь очередному стрелку, и сердце несчастного пронзают собственные сломанные ребра. Всего миг, умирающий солдат смотрел в жестокие глаза своего убийцы, но этот миг его будет преследовать даже в следующей жизни.

Уходишь и что же, Мы все так похожи, Желаю удачи. Апрель в желтых листьях, Апачи смеются, Апачи не плачут. Теряется голос, срывается крик, Никто не просился в тупой боевик. Смешные моменты, ревут режиссеры, горят киноленты… На последнем дыханье, на финальном излете, Догорает волшебник  в голубом вертолете. И сквозь черную копоть свет далекой вечерней, В голубом вертолете догорает волшебник. (Дом кукол).

Последний солдат направил автомат прямо в живот убийце своих товарищей, и посмотрел в его глаза…

По штанам взрослого мужчины, медленно расползлось мокрое пятно, а в воздухе повис характерный запах опорожненного кишечника. Послышался пренебрежительный хмык, седой человек одной рукой отвел ствол автомата, а открытую ладонь другой руки, впечатал в лицо, на котором застыла гримаса ужаса.