XX

Ода, выбранная из псалма 51-го

Что хвалишься во злобе, сильне?

Чем хвалишься во злобе, сильный,Что мочен наносить ты вред?Глагол твой, лестию обильный,Как ядом растворенный мед;Язык твой — бритва изощренна;В груди кипит всех злоб геенна.Ты лживость паче правды любишьИ злобу — паче доброты;Скорбя, щадишь, — ликуя, губишь;Блаженством ближних мучим ты;И правды обличенья смелыТебе суть громоносны стрелы.Но се господь судом, как громом,Твое величие сотрет;С твоим тебя расторгнет домом,От сердца кровных оторвет;Твоих богатств иссушит рекиИ род погасит твой навеки.В посмешище ты будешь правым;Рекут, твою погибель зря:Се муж, что сердцем столь лукавым.Мнил превозмочь судеб царя;Богатством лишь своим гордился,И только зло сплетать стремился.А я, как маслина богата,Средь дому божия цвету;И блеск честей и горы златаСчитая за одну мечту,Лишь в боге всё блаженство ставлю,И славен тем, что бога славлю.

XXI

Ода, выбранная из псалма 87-го

Господи боже спасения моего

О боже! царь щедрот, спасений,Внемли! — К тебе моих моленийСвидетель — нощи все и дни.Я в нощь свой одр мочу слезами,И в день иссякшими глазамиВстречаю мраки лишь одни.Да пройдет вопль мой пред тобоюШумящей, пламенной рекою:Воззри — и слух ко мне склони.В груди моей все скорби люты;Нет дня отрадна; нет минуты;Теснится в сердце мук собор.Уже, к веселью не способен,Я бледен, мертвецам подобен;Уже ко гробу шаг мой скор;Уже в моих я равен силахС забвенными давно в могилах,От коих отвратил ты взор.Все гнева твоего удары,Как моря гневна волны яры,Навел ты на мою главу.Тесним от ближних, обесславлен,Друзьями презрен и оставлен,Средь кровных чуждым я живу.В одре, как в гробе, истлеваю;Но руки к небу воздеваю:К тебе и день и ночь зову. Увы! иль стон живых беспрочен?Или для мертвых столь ты мочен?Они ль певцы твоих чудес?Но кто воспел тебя во гробе?Кто возгласил в земной утробеТвой суд иль блеск твоих небес?Кто имя божье славословилИ кто в стране забвенья пролилХоть каплю благодарных слез?А я, едва заря настанет,Едва светило дня проглянет.Огнем живым к тебе дышу —И вместе с хором опереннымПод сводом неба озареннымТвое величие глашу.Куда ни двигнуся ногою,Как сердце я свое, с собоюХвалу чудес твоих ношу.Почто же, бог мой, презираешь,Не внемлешь ты и отреваешьВопль страждущей души моей?Средь нужды, нищеты и горя,Как средь бунтующего моря,Я взрос от самых юных дней —И днесь от бедства не избавлен,Как лист иссохший, я оставленСреди ярящихся огней.

XXII

На новый год

К надежде

Подруга нежная зефируВ восточных небесах видна;Уж по небесному сапфируРумянит солнцу путь она;Коням его ковры сплетаетИз розовых своих лучей —И звезды, красоту ночей,В румяны, ризы увивает.Уже из недр восточных водВыводит солнце новый год.Он жребий смертных неизвестныйВ покрытой урне к ним несет;Полна приветливости лестной,Надежда перед ним летит;Суля улыбкой утешенье,Вливая взором услажденье,Поверхность урны золотит.Польсти и мне, надежда мила;Крушиться сердцу не вели;Польсти и счастье посули.Ты мне напрасно много льстила;Но я не помню долго зла.Как прежде я тобой прельщался,Твоей улыбкой воехищался —Ты так же мне теперь мила.Хоть сердце верить уж усталоУсмешке ласковой твоей,Но без тебя еще грустней,Еще ему тошнее стало.Польсти ты сердцу моему;Скажи, мой друг, скажи ему,Что с новым годом счастье новоВ мои объятия идетИ что несчастие суровоС протекшим годом пропадет.Своею мантией зеленойЗакрой печалей бледных вид,Которые в груди стесненнойМне сердце томное сулит.Начто предвидеть так их рано?Ах, если б, утро зря румяно,В полях предчувствовал цветок,Что тонкий, легкий ветерокНе день ему сулит прекрасный,Но перед бурею ужаснойПроститься с розами спешит;Что ветры вслед текут упорны,И что, завившись в тучи черны,Паляща молния бежитПотрясть природы основанье;Когда б всё зрел издалека —Не оживляло бы цветкаАвроры тихое сиянье;Когда б он это предузнал,Не чувствуя отрад ни малых,Не распускал бы кудрей алых,С тоски б заранее увял;Но он спокойно расцветает.Почто в нас сердце не цветок?Почто, послыша лютый рок,Оно заране обмирает?Польсти, мой друг, польсти ему;Скажи ты сердцу моему,Что не совсем оно напрасноПо Аннушке так бьется страстно.Скажи, что некогда вздох мойГорящей пламенной стрелойДо груди белой донесется.И что слеза с моих очей,Как искра тонкая, взовьется,И упадет на сердце к ней.Сули другим богатства реки;Сули им славы громкой веки;Сули им знатность и чины.В ком чувства спят, пусть утешаютТого блистательные сны.Они лишь чувства заглушают —И для меня не созданы.Сули, коль хочешь, им короны;—Не светом всем повелевать,Хотел бы сам я приниматьОт милой Аннушки законы;Или в глазах ее прекрасных,Во вздохах нежных, томных, страстныхХотел бы их я узнавать.Польсти же мне, надежда мила,—И если наступивший годС собою смерть мою несет,—Мой дух о том не воздохнет:Хочу, чтоб только напередТы косу смерти позлатилаИ мне ее бы посулилаУ сердца Аннушки моей.Сули мне тысячу, смертей:Судьбы приму я повеленье —Лишь только б, сердцу в утешенье,Вкусить их на устах у ней.Не укорять я небо стану,Но свой прославлю лестный рок,Когда, подобно как цветок,Я на груди ее завяну.