Зачем ждать? К чему вся эта возня с приездом сюда?

Его разум переключился на практическую сторону их ситуации.

Отель непременно перешёл в режим полной изоляции. Элли должна быть на пути сюда, при условии, что она в состоянии это сделать. Врег и Балидор будут координировать нападение, пытаясь добраться до них. Взрывы раздавались внизу, так что они тоже будут направляться сюда, при условии, что им не отрежут дорогу.

Ревик хотел, чтобы эта мысль его успокоила, но он мог думать только о том, что его жена беременна; и даже если сейчас ей не завязали глаза, не заковали в цепи, не накачали наркотиками и не погрузили в фургон, то она идёт в ловушку, пытаясь его спасти.

Ребёнок будет представлять для Тени больший интерес, чем Элли и Ревик.

Если он знал, что она беременна (а он знал, если у него есть шпион в отеле), он бы сначала захотел обезопасить её, и только потом делать всё остальное.

Может, ребёнок и есть та причина, по которой Тень не попытался захватить их в Аргентине. Может, они обнаружили, что она беременна, и не хотели рисковать и вырубать её через конструкцию, как самого Ревика — вдруг они навредили бы ребёнку, спровоцировали выкидыш или ещё что. Если Элли права, и Менлим действительно жив, то он подошёл бы к этому методически, поэтапно.

Запереть Ревика. Захватить Элли и ребёнка.

Переключиться на вторичные цели: Мэйгар, Ревик, Врег, возможно, Варлан и Балидор.

Дитрини — если только они не освободили его ранее, чтобы тот помог с координацией команд на месте.

Может, Тень хотел заполучить Джона из-за Врега. Если Менлим думал, что у него есть шанс переманить Врега обратно на свою сторону, он бы захотел получить партнёра Врега в качестве рычага давления. В Аргентине Тень мог увидеть предварительную структуру связи, или шпион также мог передать ему эту информацию, поскольку Врег и Джон публично объявили о помолвке.

Ревик постарался осмыслить всё это, решить, какой ход резонировал с тем, что он ощущал сейчас.

Элли будет слепа. Она будет совершенно беспомощна даже с телекинезом.

Мысль о том, что Менлим заполучит Элли сейчас, когда она так уязвима, и когда их дитя так уязвимо, на мгновение парализовала его разум.

Возможно, из чистой самообороны Ревик вернулся к фактам.

Факт: в отель проникли силой, скорее всего, перед первым взрывом или сразу после него. Раз они атаковали в лоб, у них имелось немало людей или возможность отсечь важные участки отеля либо отдельных индивидов. Из-за блока в камере Ревик не мог видеть, где они находились, но взрывы определённо произошли под землёй, и это факт номер два.

Что касается точек входа, то тут имелись двери, которые вели в старый туннель метро и водоносный пласт, обустроенный отелем, либо кто-то в отеле уже заложил бомбы в качестве диверсии, давая сигнал о проникновении на верхнем этаже.

Факт третий: их отрезали от охранной конструкции отеля; вдобавок все их гарнитуры не работали, это факт четвёртый.

Факт пятый: сигнал тревоги о проникновении сейчас уже должен вовсю орать, и тех, кто являлся приоритетными мишенями, будут перемещать по территории отеля и, скорее всего, за его пределы. Этим будет заниматься Тарси. Военную сторону вопроса возьмут на себя Врег и Балидор, либо их подчинённые, если одного из них или обоих выведут из строя. Будучи отрезанным, Ревик не получил Барьерного пакета информации, поставляемого с сигналом о проникновении, но он предполагал, что кто бы за ним ни пришёл, они будут намного лучше его понимать, чему они противостоят.

Органическое управление и aleimi-поля были все отгорожены, так что никак нельзя поговорить с машинами, это факт шестой.

Ревик взглянул на Джона.

— Кто знал, что ты сюда спустился?

Джон слегка подпрыгнул, затем нахмурился.

— Все они.

— Кто все? С кем ты говорил напрямую?

— Врег. Джораг был там, Хондо.

Джон осторожно, почти настороженно наблюдал за ним, что напомнило Ревику о том, что его глаза светятся. Проигнорировав это, он посмотрел на Мэйгара.

Молодой видящий, который на данном этапе уже казался Ревику похожим на него самого, не сказал ни слова после своей последней тирады. Настороженное выражение не уходило из его тёмных глаз, но Ревик видел там и нечто иное — открытость, возможно, даже готовность отложить большую часть своего личного дерьма в дальний ящик, чтобы они смогли вместе пережить это всё.

Была ли последняя часть правдой, или Ревик принимал желаемое за действительное, но Мэйгар явно уловил суть их ситуации получше Джона. Ревик ощущал в нём страх, граничивший с панической реакцией; он чувствовал это, даже не прислушиваясь. Этот страх вибрировал в свете Мэйгара так интенсивно, что молодой парень пытался скрыть это, даже будучи в ошейнике.

Боль ударила Ревика в грудь, когда он посмотрел на него.

Он вспомнил, что он услышал от медиков о состоянии Мэйгара после того, как они покинули замок Тени.

Судя по следам, которые они нашли на его теле, а также по тому, что они уловили в его свете, они составили довольно ясную картину того, что ему пришлось вынести за несколько месяцев пребывания в Аргентине. Они избивали его тупыми предметами, резали, раздирали его свет, били электрическим током, наносили ожоги, ломали рёбра и пальцы, не давали спать, морили голодом, подвергли нескольким формам пыток водой…

Стиснув зубы, Ревик подошёл к нему.

Активировав свою гарнитуру, он с облегчением обнаружил, что она по-прежнему работает в пределах камеры.

Убедившись в её рабочем состоянии, он послал серию команд. Несколько минут повозившись с созданиями во внутренней, слабенькой охранной системе, которая по-прежнему действовала в пределах камеры, он убедил их убрать цепи с запястий и лодыжек Мэйгара.

Как только замки открылись, он вновь использовал гарнитуру, чтобы отпереть ошейник на его шее.

У него не было времени беспокоиться о том, что Мэйгар может обернуться против них.

Он также не мог оставить его беззащитным.

Если молодой видящий и удивился, это отразилось лишь беглым проблеском в его тёмно-шоколадных глазах.

Он вздрогнул, скорее всего, от отступающих нитей ошейника, и отвёл взгляд, покраснев и коротко кивнув Ревику в знак благодарности. Ревик наблюдал, как Мэйгар потирает запястья освободившимися руками и осторожно снимает ошейник с шеи. Избавившись от него, он бросил его на кушетку и слегка нахмурился.

Немного неповоротливо поднявшись, он взглянул на Джона, затем на самого Ревика, словно не зная, куда себя деть, или что делать с ними. А может, он просто ждал, когда его свет включится в работу теперь, когда он избавился от ошейника и мог сам оценить ситуацию.

Джон, похоже, одобрял действия Ревика в отношении Мэйгара — или, как минимум, не питал неодобрения. Окинув китайского видящего беглым взглядом, он снова посмотрел на Ревика.

— Что нам делать теперь? — спросил он. — Я так понимаю, ты тоже не можешь пробиться?

Ревик не потрудился отвечать.

— Есть какой-то другой способ послать кому-нибудь сигнал? — спросил Джон, когда Ревик опять принялся расхаживать туда-сюда. Джон следил за ним взглядом. — Инструменты? Есть здесь что-нибудь, что мы можем использовать?

Ревик едва взглянул на него. Но он его услышал. Он снова думал, пытаясь решить, какие варианты остались в их распоряжении, если таковые вообще имелись.

Затем где-то в этом тумане что-то щёлкнуло.

Его разум обострился, и Ревик мысленно отпинал себя за то, что не спросил этого ранее. Повернувшись, он посмотрел на Джона, напрягшись и уставившись на его лицо.

— Ты сказал, что Врег послал тебя сюда, вниз? Как минимум, он знал, что ты здесь? — он нахмурился. — Зачем? Зачем он послал тебя сюда? Он тебе сказал?

Джон озадаченно посмотрел на него.

— Что? Что ты имеешь в виду? Я пришёл за тобой.

Ревик щёлкнул языком, показав пренебрежительный жест.

— Ты уже один раз спускался сюда. Я сказал тебе, что приду. С чего бы Врегу посылать тебя во второй раз вместо того, чтобы просто самому позвонить мне? Как глава безопасности, он имеет доступ к каждой камере заключения здесь, внизу.

— Я тебе сказал, — нахмурившись, ответил Джон. — Твоя гарнитура не работала.

— И что? У Врега по-прежнему есть доступ к системе интеркома. Как и у Балидора. И у Юми. Ты им не нужен для таких вещей. Если интерком не работал, то они не послали бы тебя — они послали бы полноценную боевую команду, если я хоть сколько-нибудь знаю Врега, бл*дь. Он бы ни за что не послал тебя сюда одного, когда в защищённой зоне отеля случилось два системных сбоя… и оба из них включали меня.

Помедлив, он стал размышлять вслух, добавив:

— У них не было необходимости в том, чтобы ты спускался сюда за Элли, и уж тем более за мной. Зачем ты пришёл аж дважды? — Ревик нахмурился ещё сильнее. — Ты уверен, что это Врег послал тебя? Оба раза? Или только во второй раз?

На мгновение в глазах Джона проступило смятение.

— Я отвёл её наверх, — сказал он, хмурясь. — Они сказали, что им нужен ты…

— Куда именно наверх? Куда ты её отвёл? Ты говорил про бар, верно? Элли послала мне сигнал, сказала, что ты ведёшь её на верхние этажи… но после этого вы должны были отправиться в бар, так? Ведь там встречались все остальные? Туда Врег сказал тебе прийти за мной? Из бара?

Глаза Джона прояснились.

— Да. Всё верно. Мы сначала пошли наверх. Потом в бар. Так всё и было. Там был Врег.

— То есть, ты отвёл Элли в бар? После того, как поднялся с ней наверх.

— Да, — Джон кивнул, скрестив руки на груди. — Да. Все верно.

Ревик хмуро уставился на него. Что-то тут не так.

Нет, тут всё не так. Свет Джона, его ответы на вопросы Ревика, отсутствие у него эмоциональной реакции на их затруднительное положение — всё это неправильно. Свет Джона странным образом хаотично мерцал, как кусочек киноплёнки, застрявший в проекторе и теперь мигавший то тёмным, то светлым.