Совершенствование орудий производства не могло не повлечь за собой развития земледельческого производства и возрастающего разнообразия земледельческих продуктов. По выражению Энгельса, это была эпоха железного меча, железного плуга и топора.[158] Железо способствовало не только развитию земледелия и скотоводства, но и развитию [115] ремесла. Железо «дало ремесленнику орудия такой твердости и остроты, которым не мог противостоять ни один камень, ни один из известных тогда металлов».[159] Об усовершенствовании ремесленных изделий свидетельствуют прекрасно сработанные на гончарном станке керамические сосуды. Разнообразная деятельность в земледелии и ремесле привела ко второму крупному общественному разделению труда и обусловила также развитие торговли и обмена. Македонские племена, главным образом Нижней Македонии, находившиеся в ближайшем соприкосновении с греческими колониями, начинают вступать в более или менее тесные торговые отношения с югом. Македонские города становятся производственными и торговыми центрами. Появление торговой верхушки, связанной с греческим миром, свидетельствовало уже о значительном расслоении патриархально-родового общества. [116]

Глава III. Период сложения македонского государства

§ 1. Борьба македонских племен за объединение

В истории македонских племен конец VI и начало V вв. характеризуются дальнейшим развитием их социально-экономических отношений. Это подтверждается археологическими памятниками требеништской культуры. Найденные в могильнике погребения двух родов: богатые и бедные — несомненно свидетельствуют о далеко зашедшей социальной дифференциации в македонской общине. Большое количество золотых и бронзовых предметов богатых могил, а также активная торговля с Грецией, засвидетельствованная археологическими данными из Требениште, говорят о выросшем могуществе знати и торговой верхушки. Они противопоставляются рядовым общинникам, в могилах которых было найдено незначительное количество вещей обычной работы.

Дальнейшее развитие производительных сил и производственных отношений требовало объединения македонских племен. Весь V век характерен интенсивной борьбой последних за такое объединение. При решении этой задачи племенам Нижней Македонии, стремившимся объединить страну, приходилось учитывать не только положение в самом македонском обществе, но и важные события, которые тогда происходили в греческом мире.

Одним из самых важных событий в жизни греческих государств первой половины V в. до н. э. были греко-персидские войны, навязанные им агрессивным персидским государством Дария Гистаспа. Персидские цари, стремясь к приобретению новых земель, к захвату рабов, к новым грабежам, всемерно расширяли масштабы своей экспансии. Эта захватническая политика непосредственно затрагивала интересы греческих городов Малой Азии и собственно Греции. В той или иной мере в войну были втянуты не только все греческие государства, но и другие, граничащие с ними области на Балканах. В начавшейся войне между греками и персами более четко определились позиции борющихся сторон [117] и их союзников. Определились в связи с этим и позиции Македонии.

В научной литературе далеко не выяснен вопрос об отношении Македонии к греко-персидским войнам. Так, Гейер, определяя роль Македонии в греко-персидских войнах, подчеркивает, что македонские цари Аминта I и его сын Александр проводили филэллинскую политику, вели борьбу против персов, защищали греческие интересы. Гейер считает, что в ходе греко-персидских войн Македония в результате насилия стала вассальным государством персидских царей.[1] Момильяно полагает, что поведение македонских царей в этих войнах было по меньшей мере двусмысленным, ибо они стремились выслужиться перед персами.[2] Парибени более определенно указывает на то, что македонский царь держался лояльно по отношению к персам, и эту лояльность не смог изменить даже саламинский триумф греков.[3] Как известно, позднее македонской пропагандой была создана легенда об антиперсидском поведении македонян после Платейской победы, когда македоняне брали в плен бежавших персов, грабили их и продавали в рабство. Такое отношение к персам Парибени рассматривает не как результат антиперсидской политики, а как проявление варварских обычаев.[4]

В советской историографии высказывается мысль о враждебном отношении Македонии к Персии во время греко-персидских войн.[5] Между тем, позиция Македонии в греко-персидских войнах не может быть правильно понята без выяснения тех причин, которые обусловили ее участие в этих войнах. Эти причины надо искать в социально-экономическом развитии самой Македонии. Только такой подход к вопросу даст нам возможность понять, почему наметившиеся экономические связи нижнемакедонских племен с Грецией были временно прерваны греко-персидскими войнами.[6]

Известно, что в VI в. Аминта I стремился поддерживать связь с Писистратом и писистратидами в Афинах, чтобы с их помощью укрепиться на фракийском берегу. Когда Писистрат был изгнан из Афин, он ушел в Халкидику, покорил жителей местности Райкел в термейском заливе и основал там город. Затем он отправился в Пангей, где начал разрабатывать рудники, набирать наемников с тем, чтобы [118] вернуться силой в Афины.[7] Вероятно, в то время Писистрат еще был в приятельских отношениях с Аминтой, который мыслил использовать в своих интересах влияние Писистрата в освоенных им областях. Когда Писистрат вернулся в Афины, он продолжал поддерживать торговые сношения с Македонией. Между Аминтой и Писистратом были довольно тесные деловые отношения. Об этом свидетельствует указание Геродота о том, что после падения тирании в Афинах Аминта предложил Гиппию в подарок область Антемунт.[8] Положение изменилось к началу персидского нашествия, в результате чего экономические связи Греции с Македонией были прерваны.

В это время, в македонском обществе, как было сказано, продолжался быстрый процесс социальной дифференциации, сопровождаемый внутриплеменной и межплеменной борьбой. Нижнемакедонские племена, завоевав тогда Эордею, стали ближайшими и опаснейшими соседями линкестов, а вместе с этим и иллирийских родов, стремившихся на юг. Поэтому нижнемакедонским племенам пришлось выдержать тяжелые бои с западными соседями. Это наложило известный отпечаток на их участие в греко-персидских войнах. Тяжелые и часто безуспешные военные столкновения с линкестидами и иллирийцами заставляли нижнемакедонские племена прибегать к помощи внешней силы. При выборе посторонней помощи они учитывали возможность использования ее для достижения своей основной цели — объединения страны. При сложившейся международной конъюнктуре нижнемакедонские цари стремились найти такую опору в Персии. Персия также была заинтересована в союзе с Македонией. Персидскому царю Дарию она была нужна как северный плацдарм для нападения на Грецию. Поэтому Дарий после скифского похода оставил на Балканах полководца Мегабаза с частью армии. На Стримоне начала строиться крепость Миркин, в которую был введен сильный греческий отряд во главе с Гистиэем — тираном Милета, приверженцем персов, впоследствии жившим при дворе Дария в качестве царского советника. Персы искали плодородную область Стримона с ее золотыми и серебряными рудниками (Пангей и Дисорис). В Македонию к царю Аминте были посланы в качестве послов семь самых знатных персов с требованием земли и воды, то есть покорности.[9] [119]

вернуться

158

Там же.

вернуться

159

Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 168.

вернуться

1

Р. Geyer, Makedonien bis zur Tronbesteigung Philipps II, München, 1930, p. 42.

вернуться

2

Arn. Momigliano. Filippo il Macedone, Firenze, 1934, p. 5, 8.

вернуться

3

R. Paribeni, La Macedonia sino ad Alessandro Magno, Milano, 1947, p. 33.

вернуться

4

Там же, стр. 36-37.

вернуться

5

Т. В. Блаватская, Западнопонтийские города, изд. АН СССР, 1952, стр. 47.

вернуться

6

Этот вопрос рассмотрен нами в статье «Греко-персидские войны и Македония». Уч. зап. Казанского ун-та, т. 116, кн. 1, 1956.

вернуться

7

Геродот указывает, что Писистрат упрочил свою власть доходами частью из Аттики, частью из Стримона (Hdt., I, 64). Аристотель утверждает, что Писистрат был в области Пангея, добыл там средства и нанял войска (Aristot., Αθηαιων πολιτεια, 15).

вернуться

8

Hdt, V.94.

вернуться

9

С. Я. Лурье указывает, что после покорения всего фракийского побережья Мегабазом один из персидских отрядов двинулся в Македонию и заставил македонского царя Александра дать «землю и воду», т. е. покориться. См. С. Я. Лурье, История Греции, 1940, стр. 187. Но Геродот говорит не о военном отряде, а о посольстве. Юстин также пишет, что Мегабаз, выполнив приказание царя о покорении «Фракии и других царств в этой местности», отправил к Аминте послов. Just., VII.3.1-2.