Первый период характеризуется явным стремлением Пердикки к царской власти. При распределении провинций он не взял себе ни одной, оставляя за собой только начальство над царским войском. В перспективе был брак с сестрой Александра Клеопатрой и македонский престол. Но эти самодержавные замашки встретили резкое сопротивление со стороны остальных полководцев, что выразилось в том, что ни одно его приказание не выполнялось, а если и выполнялось, то в ущерб ему. Так, на подавление восстания наемников в Верхней Азии был послан Пифон, который, подавив восстание, сделался независимым властителем Верхней Азии. Антигон и Леоннат поручения завоевать провинцию Каппадокию не [147] выполнили. Антигон переправился в Европу, а Леоннат стремился в Македонию, где его ждала Клеопатра; на пути он погибает. С бегством Антигона в Европу начинается тяжелая междоусобная война. Против Пердикки и Эвмена создалась коалиция в составе Антигона, Птолемея, Лизимаха и Кратера. Эта коалиция открыла два фронта — в М. Азии и в Египте. Антипатр и Кратер напали на М. Азию. Пердикка предпринял поход против Птолемея в Египет, чтобы наказать его за оккупацию им в 322 г. Киренаики и увоз в Египет трупа Александра. При переправе через Нил Пердикка пал жертвой вспыхнувшего мятежа, во главе которого стаяли Селевк и Пифон. Что касается Эвмена, то в результате его успешных действий был убит Кратер, поставлен в затруднительное положение Антипатр, а сам он сделался повелителем М. Азии.

События второго периода группировались вокруг Эвмена, поскольку он остался продолжателем дел Пердикки и ревностным хранителем царского престола и семьи царя от опасных посягательств на них со стороны отдельных диадохов. После смерти Пердикки войско выбрало регентом государства наместника Македонии Антипатра, перенесшего весь центр тяжести государства из Азии в Европу. Внешним выражением этого была отправка царской семьи в Македонию.

В 320 г. до н. э. Антипатр с войском, во главе которого стал Антигон, прибыл в окрестности Трипаридиса и произвел перераспределение сатрапий. Перераспределение не производило никаких формальных перемен, только некоторые прежние названия заменялись другими. Новым было здесь только то, что Селевк, будущий основатель азиатской монархии, впервые получает столицу мировой империи Александра — Вавилон.

В 319 г. Антипатр умер, и ему наследовал в должности регента старый и опытный полководец Полисперхонт, назначенный в нарушение обычного порядка самим Антипатром, а не войском. Властолюбивый сын Антипатра Кассандр, обойденный отцом, решил добиться власти силой. Это привело ко второй коалиционной войне Кассандра, Антигона, Птолемея и Лизимаха против Полисперхонта в Европе и Эвмена в Азии. В этой борьбе погиб Эвмен, македонским войсковым собранием была приговорена к смерти мать Александра Олимпиада, а в 311 г. умерщвлены Кассандром малолетний сын Александра и жена Александра Роксана. В эти годы царская власть как на Западе, так и на Востоке потерпела катастрофу. Те, которые действовали сообща для ниспровержения царской власти, начинают открытую борьбу друг против друга.

В третий период в центре мировых событий становится энергичный и могущественный Антигон «одноглазый», стремившийся к единоличному господству над всем государством [148] Александра.[127] П. Клоше высказывает сомнение относительно действительных намерений Антигона, который для него остается «достаточно загадочной фигурой». Эту «загадочность натуры» одного из выдающихся диадохов автор усматривает в том, что остается до сих пор неизвестным, чего он, собственно говоря, добивался. Неизвестно, думал ли Антигон восстановить империю Александра и встать во главе этой возрожденной империи, или же он думал обеспечить для себя и для своего потомства владения Македонией и Грецией.[128] Между тем вся история диадохов показывает, что Антигон, человек, по выражению В. Тарна, обладавший «исключительными способностями и безграничным честолюбием», претендовал на роль преемника Александра и стремился к захвату верховной власти.[129] Монархические тенденции Антигона встретили отпор со стороны остальных диадохов, стремившихся получить в удел самостоятельные территориально ограниченные государства. Против Антигона и его сына Деметрия выступили Птолемей, Селевк, Кассандр и Лизимах. Возникла третья коалиционная война, которая велась как в Азии, так и в Европе, с перерывами в промежутке между 315—301 гг. В этой войне Антигон оказался в опасном положении, без денег, без достаточного количества людей, без материальных ресурсов. Он решил выступить против Селевка, угрожавшего ему с тыла, а затем уже повести борьбу против Кассандра, Лизимаха и Птолемея. Вскоре враги Антигона заключили с ним мир, предав своего бывшего союзника Селевка. Причины таких действий остаются неясными; во всяком случае, мир этот был крупной победой Антигона.[130] Но мир не принес спокойствия. Борьба Антигона и Деметрия против Селевка на Востоке и против Кассандра и Птолемея и а Западе еще больше усугубила противоречия между македонскими полководцами и привела их в 301 г. на поле битвы при Ипсе во Фригии. Битва завершилась поражением Антигона.[131] «Цари-победители, словно огромное [149] тело, расчленяли владения Антигона и Деметрия, расхватывали их и присоединяли к тем землям, какими владели сами».[132] Битва при Ипсе имела большое значение.[133] «Битвой при Ипсе был окончательно решен великий вопрос эпохи диадохов. Могущественная власть, которая еще раз хотела соединить в своих руках все царство Александра, была уничтожена... единой монархии положен конец, ее место заступают отдельные территориальные организации».[134]

Таким образом, первый этап эпохи диадохов характеризуется борьбой отдельных диадохов за сохранение единства державы Александра, борьбой, окончившейся распадом монархии на отдельные эллинистические государства.

Второй этап эпохи диадохов характеризуется дальнейшим становлением эллинистических государств и борьбой внутри коалиции, ранее направленной против Антигона. Начинается этот этап с битвы при Ипсе и кончается 281 годом, когда ни одного диадоха не осталось в живых.

Птолемей, ничего не получивший после битвы при Ипсе, отказывался освободить занятую им часть Сирии, которая должна была отойти к Селевку. Против него, он заручается дружбой и родством с Лизимахом. Селевк вступает в союз с Деметрием, потерпевшим поражение при Ипсе, но боровшимся за власть. Заняв с помощью Селевка македонский престол, Деметрий стал готовить поход на Восток, который, однако, не удался. Вскоре Селевк захватывает своего бывшего союзника в плен, где он в 283 г. умирает. В этом же году глубоким стариком умирает Птолемей. Из диадохов остались только Лизимах и Селевк. Растущее могущество первого вызывало тревогу и зависть у второго. В 281 г. они встретились в Лидии на поле сражения. В сражении погиб семидесятилетний Лизимах. Победителю Селевку не только достались М. Азия и Фракия, войско провозгласило его царем Македонии. Однако, перейдя Геллеспонт, он был убит Птолемеем Керавном, желавшим на македонском престоле утолить свою обиду на то, что он был обойден в наследстве своим отцом Птолемеем.

Так окончилась эпоха диадохов. Полководцы Александра умерли вместе с идеей реставрации мировой империи. Сорок два года после смерти Александра шла почти непрерывная война, охватившая все части огромной империи Александра. Во время этой войны не было ни одного эллинистического правителя, который бы прочно сидел на своем троне.

вернуться

127

Плутарх изображает Антигона блистательным воином, смелым и храбрым, вместе с тем ловким и предприимчивым. См. Plut. Alex., 70.

вернуться

128

Р. Cloché. La Dislocation d'un empire, Pajot, Paris, 1959, стр. 120-137, 170-178, 210-221.

вернуться

129

В. Тарн. Эллинистическая цивилизация, стр. 25.

вернуться

130

Μ. Rostovtzeff. The social-economic history of the Hellenistic World, стр. 13.

вернуться

131

В известной мере исход сражения решили слоны, привезённые Селевком из Индии. Селевк сумел заблаговременно подготовить ударный боевой отряд из 500 слонов и пустить его в образовавшийся клин между авангардами войск Антигона и его основными силами. Эти авангарды смяли передовые отряды войск Селевка и Лизимаха, заставили их отступить и отчасти даже обратили в бегство. Но они чересчур отдалились от основных сил. В образовавшееся свободное от войск пространство Селевк и двинул своих слонов. Слоны оказались, таким образом, в тылу у продвинувшихся авангардов Антигона, а разгром авангардов, попавших в окружение, предрешил и разгром всего войска Антигона.

вернуться

132

Plut. Demetr., 30.

вернуться

133

Μ. Rostovtzeff, указ. соч., стр. 15-16.

вернуться

134

Дройзен, т. II, стр. 308, 313.