Мы ещё долго блаженствовали в тёплой воде, расслабляясь и болтая о разных пустяках. На самом деле, за последние месяцы устали даже ГИО-люди: подготовка к переселению была сложной, все круглосуточно занимались каким-то срочными делами, и, вообще-то, Эдор поступил мудро, воспользовавшись поводом дать отдых своей команде.
Напоследок, наговорившись, мы уже в тишине просто наблюдали за тем, как постепенно светлело небо, и звёзды гасли одна за другой.
- Скоро рассвет, – озвучил общие мысли Эдор. – Пора назад…
Домой мы вернулись вдвоём с лягушонком: чуткая Лавиния, конечно, ощутила, насколько сильно мы нуждались сейчас в уединении, и придумала себе какие-то дела. Маугли остановился перед первой ступенью лестницы, ведущей на второй этаж, и нерешительно спросил меня:
- Сагите, можно?..
- Что?
- Можно… взять вас на руки?
Я несколько растерялась.
- А ты можешь? В смысле, тебе разрешили поднимать тяжести? Удержишь? Я ведь отнюдь не пёрышко…
Вместо ответа заморыш улыбнулся, подхватил меня, словно я вообще ничего не весила, и пошёл наверх, так осторожно ступая, словно плывя… Невольно я обхватила его покрепче за шею и близко-близко увидела расширенные зрачки, наливающиеся зеленоватым светом. Только успела подумать, что долгое воздержание, похоже, заставляет лягушонка терять над собой контроль: раньше, чтобы вызвать его вторую ипостась, требовался хотя бы поцелуй в губы, а сейчас оказалось достаточным одних объятий… Но тут случилось нечто невероятное, Проводник заговорил вслух!
- Носил бы… тебя… всегда, – незнакомым голосом, словно бы с трудом выговорил Вайятху и сам потянулся к моим губам.
«Носи», – не удержавшись, мысленно ответила я ему. – «Носи, сколько хочешь».
Не знаю, услышал ли он, но на кровать меня опустили очень не скоро…
Утром, проснувшись, но не открывая глаз, я долго перебирала в памяти события прошлого вечера, то и дело возвращаясь мыслями к заговорившему Проводнику. Раньше это происходило только мысленно, так что могли означать изменения? Что слияние двух половинок личности лягушонка происходит быстрее, чем раньше, или что его второе «я» становится сильнее?
Маугли ещё спал, оккупировав большую часть меня, так что спросить его самого было пока невозможно, как и выбраться из-под придавившего меня тела. Побарахтавшись, я мысленно попросила Деону:
- Део, разбуди этого соню, пожалуйста, только как-нибудь нежно…
- Хорошо, – спокойно ответила моя кибер-помощница.
Не знаю, что именно она делала, но вскоре заморыш заулыбался, потом захихикал и задвигался, словно его щекотали и, наконец, сполз с меня. Возрадовавшись обретённой свободе, я быстренько слезла с кровати и пошла в камеру поддержания здоровья. Да и снять, наконец, украшение очень хотелось… Конечно, ожерелье бесподобное, спору нет, но спать в нём было-таки неудобно. А всё заморыш, – «ах, не снимайте его, сагите, оно так вам идёт!»
Пережив в камере пятнадцатиминутный ураган в Салайе, я вышла бодрая и преисполненная новых сил. Хотелось сворачивать горы, прокладывать новые русла рек, ну, или хотя бы начать изучать книжку по этикету…
Вроде бы разбуженный лягушонок продолжал спать, так что я была одна, когда к нам опять пожаловал Эдор. Каким бы лиричным ни казался иногда мачо, но дело было для него важнее всего. Так и на этот раз, он прилетел по делу: оставалось совсем немного времени до грандиозного императорского бала-маскарада, и стратег номер один собирался лично помучить меня подготовкой.
У меня заранее буквально начинали ныть зубы, когда я думала об этом событии! Всё та же ерунда, что была в прошлый раз, когда мы были приглашены на вечеринку к Скроссу, только помноженная на десять, вот что такое для меня был этот маскарад, Вограны б его побрали! Но, невзирая на моё настроение, бывший контрабандист принялся просвещать меня относительно известных ему тонкостей хождения на императорские танцульки.
Во-первых, оказалось, что для мирассца, например, быть приглашённым на ежегодный бал во дворец – большая честь, поскольку это событие происходит именно один раз в год, не чаще. И больше поводов побывать в императорской резиденции у простых аристократов нет. То есть, случаются, конечно, заседания Малого и Большого Советов, но это совсем не то.
Во-вторых, на маскараде все, натурально, должны быть в масках. Абсолютно все, включая императора! То есть, он может быть на балу, а может и не быть, никто достоверно ничего не знает, но для общего спокойствия считается, что Его величество там есть, и все приглашённые тщательно соблюдают этикет. (Я заранее порадовалась за Линн и её мужа, на которого, похоже, хитрые бизнесмены собрались спихнуть ответственность за поведение жены).
В-третьих, плебс на такие балы, само собой, не допускается, только аристократы или приглашённые гости, наподобие нас. Но, зато им показывают потом специально отснятые фильмы, чтобы они тоже чувствовали свою сопричастность событию. И, опять-таки, никто точно не знает списка гостей, кроме соответствующей службы императора, поэтому один Всевидящий знает, кто может вам встретиться на балу. Маски снимать можно только по собственному желанию, и только в специальных комнатах, где можно поесть, передохнуть или пообщаться со своими друзьями.
В-четвёртых, обычное число гостей переваливает за семьсот человек, поэтому надо держать ухо востро и ни в коем случае не отпускать локоть стратега, иначе можно попросту потеряться. Те, кто бывали на подобных мероприятиях раньше, рассказывали мачо, что иногда гости ухитрялись заплутать так, что их находили аж несколько дней спустя! Дворец, мол, – он большой… Я засомневалась в правдивости таких россказней, но Эдор заявил, что не собирается быть первым, кто возьмётся проверять их истинность на собственном опыте.
В-пятых, для каждого маскарада разрабатывается целая программа увеселений: торжественное открытие, спектакль, концерт, что-нибудь ещё и, конечно, танцы. Причём каждый гость обязан принять участие хотя бы в одном из них.
Я мгновенно затосковала, потому что никаких придворных танцев не знала, и вообще, дёргаться под музыку не слишком любила. Но неумолимый стратег приговорил меня к ежедневному обучению хореографии. Список предполагаемых танцев со схемами и описаниями движений, образцы нарядов и масок, макияжа и украшений прилагались вместе с новым блокнотом, который стратег презентовал мне, перед тем, как испариться по более неотложным делам. Подавив решительное нежелание чему бы то ни было учиться, я открыла его заметки и погрузилась в мир великосветских развлечений Мирассы.
Изучала я их до самого вечера, прервавшись только на то, чтобы позавтракать, а потом и пообедать вместе с лягушонком, решившим, что рай уже наступил: я больше никуда не спешу по утрам. В отличие от меня, заморыша императорские традиции очень даже заинтересовали, и он напросился учиться танцевать вместе со мной. Учитывая, что лазание по деревьям довольно хорошо повлияло на его координацию, я ждала, что у него будет легко получаться, но не тут-то было! Почему-то именно танцевальные движения не давались Вайятху ни в какую, и он больше напоминал грацией танцующего медведя, чем изящного придворного.
Но мы упорно продолжали изучать искусство хореографии, пока я не обессилела от смеха. Хорошо, что хоть лягушонок не обижался на мои приступы хихиканья… Позже к нам присоединилась Лавиния, и внесла свою лепту в веселье, хотя у ГИО-девушки с её врождённой пластикой движений всё получалось если не с первого, то со второго раза. Я про себя подумала, что Эдору надо было именно её брать с собой на бал, а не меня…
Так в трудах и музыке пролетели пять дней. Я остановила выбор на самом простом танце, чем-то напоминающем старинный полонез, польку и шобби одновременно. Во всяком случае, со специальным шагом, поворотами и приседаниями я справлялась куда лучше, чем с танцами, где было множество сложных фигур, да ещё со сменой партнёра.
На шестой день нас вновь посетил Эдор, и на этот раз привёз мне копию церемониального платья, которое мирасски надевали исключительно по весьма торжественным случаям, – например, при поздравлениях императора с рождением наследников престола.