Получалось, что Мирасса не просто присматривала за своими «детьми», она очень сильно вмешивалась в их жизнь. И я не знала, как отнестись к такому вмешательству. Пытаясь поставить себя на место Вайятху или полосатого бугая, старалась понять, – хорошо ли это, иметь в советчиках целую планету? Как бы я сама отнеслась к тому, что, например, Вторая, на которой прожито столько лет, вдруг решила бы запретить мне что-то делать?..

С другой стороны, кто сказал, что такой симбиоз Мирассы и её обитателей – это плохо? Может, я чего-то не поняла, вдруг там просто плохо с ресурсами? И из-за этого было введено столь жёсткое ограничение рождаемости? Или цель Мирассы – остаться как можно более «дикой» и невозделанной. И поэтому она вот так обломала своих «детишек»… Правда, тогда непонятно, зачем вообще заводила их? Или понимала, что гуманоиды, рано или поздно, но появятся, и решила сразу их подшлифовать под свои нужды?..

Нет, похоже было, что мне, с моим традиционным мировоззрением, понять причины того, что случилось с населением Храиссы, пока невозможно. Надо разузнавать больше, а то вот так явимся туда, а Мирасса решит, что мы ей не подходим, и укокошит, чтоб не мучиться с нами...

Я невольно передёрнула плечами, представив, как планета целенаправленно уничтожает нас разными способами… Не знаю, что почувствовал Маугли, но он вдруг взял меня за руку и прошептал на ухо:

- Сагите… не расстраивайтесь, сагите, не надо… Всё будет хорошо!

М-да, хотелось бы верить, да что-то не получалось. Рассказ о разумной (что ещё требовалось доказать!) планете, вмешивавшейся во всё, что ни попадя, заставлял меня нервничать. Может, и вправду, – не надо везти туда лягушонка? А то, как бы чего не вышло…

На этой радостной ноте я решила расспросы прекратить. Похоже, что всё главное было сказано, а оставшиеся мелочи особого значения не имели. Теперь предстояло всё осмыслить и решить, как действовать дальше.

Судя по задумчивым лицам остальных, они размышляли о чём-то весьма схожем. Я знаком показала Эдору, что закончила разговор, и он немедленно вступил сам, принявшись выяснять возможна ли ещё одна встреча, каково расписание мирассца и Альдора на оставшиеся два дня, и наиболее подходящие способы связи с бугаём, в обход мужа Линны.

У меня же в голове крутился один большой-пребольшой вопрос: ту ли планету выбрали ГИО-изменённые, чтобы переселиться?..

Сувенир 41

Свои сомнения мне пришлось оставить при себе, – в присутствии полосатого миролюбца не стоило, пожалуй, выяснять, насколько Мирасса годилась для Эдора со товарищами. Скорее всего, меня бы неправильно поняли. Хотя я лично считала, что надо было ещё раз всё хорошенько обдумать, как минимум.

Мне и раньше казалось, что выбор места для переселения был сделан как-то спонтанно и неожиданно. Наверное, на самом деле это было не так, но я не слышала даже обсуждений каких-то других вариантов! С самого начала речь шла только об этом заповеднике сказок, чтоб его… Родина полосатого миротворца, конечно, тоже не была идеалом, но теперь к уже имевшимся минусам добавилась куча ограничений в способах проникновения туда, и сложности с вливанием в местное общество. Хоть убейте, я не представляла, как ГИО-изменённые могли бы незаметно появиться на Мирассе, а потом ещё и раствориться среди не такого уж многочисленного населения. И чем это было проще той же попытки остаться, например, на Второй? Здесь хотя бы проживало три с половиной миллиарда человек, – куда больше шансов затеряться…

Среди несомненных плюсов я видела только один: планета была закрытой и, вероятно, ещё долго оставалась бы такой. Вряд ли тот или те неизвестные в окружении Императора, кто способствовали началу строительства курортов, хотели совершенно радикальных перемен. Иначе они бы не сидели в правительстве, а партизанили по лесам, которых избегали переселенцы-люди.

А, кстати, вот интересно, почему? Чем моим соплеменникам не понравились чащобы, столь милые сердцу Маугли? Помнится, в парках по аллеям гуляла масса народу, и с удовольствием…

Но расспрашивать сейчас больше ни о чём не хотелось, – я перенервничала и устала. Разговор явно близился к завершению, можно было ретироваться. Тихонько спросив у Эдора разрешения удалиться, я получила «добро» и встала. Миротворец и тут не смог отпустить лягушонка сразу: минут пять произносил прочувствованные речи, и всё сплошь на их родном языке. Заморыш в ответ тихонько переливался всеми оттенками золотисто-песочного, что свидетельствовало о его искренней радости. Только это и удержало меня от попыток прервать полосатого пацифиста.

- Берегите его, пожалуйста, номерра Вайядхау, – напоследок проникновенно попросил бугай, сжимая в своей ручище ладошку Маугли.

Я уверила туземца, что сделаю всё, от меня зависящее, чтобы сохранить заморыша в целости и сохранности, а также доставить его на родную планету, как только появится возможность.

Ещё пара напутствий, и, наконец, мы с кикиморышем покинули беседку.

Снаружи было прохладно. Уже наступила ночь, но ярко освещённая крыша высотки спорила с ней, создавая иллюзию солнечного острова, парящего над темным городом, расцвеченным гирляндами огней. А ещё выше, над нашими головами, раскинулось туманно-чёрное небо, похожее на лёгкий шёлк с рассыпанными по нему искорками бриллиантов. Запрокинув голову, я отыскивала глазами знакомые созвездия. Нашла Ожерелье, приветливо подмигивавшее дорожкой голубоватых звёзд, и остановила взгляд на трёх светлых точках, обозначавших подвеску. Именно там, за сотни парсеков отсюда, в пустоте космоса кружила планета, которая занимала умы стольких людей и не людей…

Пока мы летели домой, я пыталась представить, как будут жить на Мирассе ГИО-изменённые, если авантюра с переселением удастся. Заявят ли они о себе в обществе или, может, организуют какое-нибудь закрытое поселение, например, под водой, как Эдор?

Раньше, когда я думала о «светлом» будущем лягушонка и пятисот жертв «натурального» закона, то первым делом представляла себе революцию, которую, по моему глубокому убеждению, надо было немедленно устроить на Мирассе. Каюсь, – действительно читала потихоньку мемуары военачальников и мятежников прошлых эпох. Ещё бы! Такая уникальная возможность вернуться в бурное прошлое человечества и стать национальной героиней целой планеты! Ну, или хотя бы постоять рядом с будущими героями, – в грядущей славе Эдора и его собратьев я не сомневалась ни секунды.

В любом случае, мне виделась наша миссия, как освобождение из рабства остальных Вайятху, ну и, заодно, всех прочих жителей… «Ведь не может же быть, – думала я, – чтобы всё население считало самым лучшим политический строй, который порос мхом ещё Всевидящий знает сколько столетий назад!»

Кроме всего, связь Мирассы и Содружества, хоть и была слабой, но полностью не прерывалась никогда, значит, рассуждала я, они, то есть жители, знали, как обстоят дела в остальном мире. И тоже должны были стремиться к прогрессу, как учит нас наука об истории человечества. Спираль развития цивилизаций движется только вперёд! Стало быть, мирассцы должны были хотеть избавиться от пережитка тяжёлого и, прямо скажем, позорного прошлого, в лице Императора и его семейки…

Но в самом страшном сне мне не могло привидеться, что нас воспримут, как нарушителей спокойствия, незваных агрессоров, покусившихся на мирное существование всем довольных граждан! И кто?! Самая бесправная и страдающая часть населения этой чокнутой планетки! Как раз те, кто, по всем канонам, обязаны были первыми поддержать нас!

Но всё случилось, как случилось, и теперь мы имели патовую ситуацию: помогать на деле туземцы не собирались, оберегая свою популяцию, зато намеревались строго следить за тем, как бы мы не нарушили навязанные ими условия переселения ГИО-изменённых на Мирассу. Мои планы, понятное дело, рушились. Хотелось бы верить, что у стратегов имелась парочка козырей в рукаве, раз они соглашались с полосатым бугаём, но выходило, что единственным возможным вариантом становился тихий, незаметный дворцовый переворот. Правда, тогда на троне, по-прежнему, оставался Император, со всеми своими родственниками. И реальная власть тоже принадлежала бы им, равно, как и всё, к ней прилагающееся… И как заставить великосветскую клику согласиться добровольно на прибытие пятисот не самых незаметных существ, воспитанных в совершенно других традициях, и с совершенно другими взглядами на жизнь?! М-дааа, удружил миролюбец…