КорифейУжас! Ужас!ГермесНо все сама узнаешь ты, когдаКоснется трость тебя златая…КорифейУжас!(Заметив движение Гермеса) Ты хочешь вновь стучать… Неужто часЕще прошел, Гермес?Гермес(стучит два раза) Для них минутойСвиданья час проходит — все равно…КорифейО бог, ужель страданья наши точноДля вас игра?А жертвы? А мольбы?ГермесОни нужны, но вам… Свободны боги,И этот мир, о женщины, для насРаскрытая страница книги, только…КорифейЖивете ж вы, небесные, тогда,О Гермий, чем? Пирами и любовью?ГермесО нет! Пиры нам скучны, как и вам,Иль тем из вас, кто мудр, а пир ЭротаНас тешит очень редко…На пируЗа свитком мы. Нам интересен пестрыйИ шумный мир. Он ноты нам даетДля музыки и краски для картины:В нем атомы второго бытия…И каждый миг, и каждый камень в поле,И каждая угасшая душа,Когда свою она мне шепчет повесть,Мне расширяет мир… И вечно новБессмертному он будет…А потом,Когда веков минует тьма и стануЯ мраморным и позабытым богом,Не пощажен дождями, где-нибудьНа севере, у варваров, в аллееЗапущенной и темной, иногдаВ ночную белую или июльский полдень,Сон отряхнув с померкших глаз, цветкуЯ улыбнусь или влюбленной деве,Иль вдохновлю поэта красотойЗадумчивой забвенья…

Три стука.

Но пора…И третий час прошел… Довольно, дети…

ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ

Из дверей идут Протесилай и Лаодамия.

КорифейО, горький вид… Скорее приходи,Ужасная минута… За тобоюДругие легче будут… Как он бледен…А у нее пылают щеки… О,Филейского ужасный дома жребий!Ее глаза блистают… ты, обманБожественный! ты, брак холодно-лунный!ЛаодамияТебя война зовет, властитель мой?ПротесилайБессмертные зовут меня. ЛаодамияНо утраТы, может быть, дождешься… До зариНедалеко уж… Сном не освежилсяТы, Иолай… А холодно. И путьДалек, и камни на дороге горнойСливаются с туманом…ПротесилайПлащ и шлем!(Одевается, принимая плащ и шлем из рук рабынь.) Мне тяжела разлука… но простимсяСкорей… Луна бледнеет, и востокУж побелеть готов…ЛаодамияТвой голос глуше,Чем был… Боюсь — не выдержишь пути.ГермесЦарь, торопись — последние минуты…Лаодамия(оставляя мужа, к Гермесу) О Майи сын, пощады! Если матьТы нежную любил… Я грудью МайиТебя, о бог, молю… Оставь царяСо мною… Он так слаб и бледен, ранаЕго горит… и стынет кровь от мук.ГермесО женщина!.. Ты просишь не о том,Что могут дать тебе Кронид и Гермий.ЛаодамияНе может дать Кронид… Кого ж тогдаМне умолять?ГермесНеумолимы двериАидовы, царица…ЛаодамияГоворишьВ насмешку ты или шутя, крылатый?ГермесО нет, жена, — нет силы воротитьУмершего сиянью солнца.ЛаодамияТы говоришь, он умер?ГермесУмер?И давно…Лаодамия(бросается к Иолаю, тот отодвигается. Немая сцена) Ты не мертвец?.. О, отчего не хочешьК моей груди прижаться? И коленМне не даешь своих коснуться… ГубыТвои без слов шевелятся. СкользишьТы по земле, как тень… Ты мертвый… точно?Тебе, о царь, и больше никомуЯ не поверю…

Протесилай утвердительно кивает головой.

ЛаодамияСобери дыханьеПоследнее… Как ты убит и точно льЗасыпан ты землею?