В большом спросе некоторые старухи, которые плачут особенно громко и умело. Как сказал издателю один человек, «каждому хотелось бы, чтобы на его похоронах и на похоронах его друзей были такие плакальщицы, ими можно гордиться». Низшие сословия в Ирландии удивительно любят посещать похороны своих друзей и родных, а родственниками они считают многих. Многолюдные похороны свидетельствуют о том, что покойника при жизни любили. Придти на похороны к соседу — невысокое свидетельство человеколюбия, но и оно, как ни странно это покажется, чего-нибудь да стоит. Можно смело сказать, что время, которое в Ирландии тратят на посещение похорон, обходится ирландской нации не менее, чем в полмиллиона; издатель же полагает, что эту сумму следует по крайней мере удвоить. Мы не касаемся здесь привычек к распущенности и пьянству, которые приобретаются на поминках. Когда землепашец, или плотник, или кузнец не является на работу, что бывает весьма нередко, спросите, куда он пропал, и вам наверняка ответят: «Ох, ваша честь, он сегодня работать никак не мог, он ушел на похороны».

Даже нищие к старости начинают собирать подаяния себе на похороны, то есть на покупку гроба, свечей, трубок и табака. О свечах, трубках и табаке смотри Поминальную трапезу.

Тем, кто ценит обычаи по их древности, а нации — по приверженности древним обычаям, несомненно понравится ирландский плач и ирландская нация за то, что она сохранила его с незапамятных времен. Издатель, однако, заметил кое-какие тревожные симптомы, возможно предвещающие уменьшение популярности плача в Ирландии. В комическом театральном представлении, которое давали недавно в Дублине, на сцене появляется хор старух и начинает плач над останками Врача, павшего от деревянного меча Арлекина. Наплакавшись вволю со всеми непременными подробностями — ломанием рук, утиранием глаз концом платья или передника, — одна из старух вдруг прерывает свои рыдания и, обернувшись к другой, спрашивает: «А что, милая, кого это мы хороним?»  (Глоссарий М.Э.)

13

.. не поднеся им законного стаканчика виски. — Некоторые землевладельцы угощают обычно своих арендаторов стаканом виски, когда те являются к ним, чтоб заплатить аренду. Тэди называет это законным стаканчиком виски не потому, что виски является собственностью арендаторов, ко потому, что вследствие многократного повторения стаканчик этот становится их правом.

Низшие сословия в Ирландии не являются исключением в такого рода распространенных выводах относительно собственных прав; но они особенно быстро и настойчиво напоминают об этих правах. «В прошлом году ваша честь дали мне соломы для крыши, и я уверен, что ваша честь даст мне и в этом».

Таким образом дары часто превращаются в поборы. Эти привычки порой присущи в одинаковой степени и простому люду и знати. Говорят, что Высокая Оттоманская Порта{12} привыкла требовать даров, словно дани; неблагоразумно поэтому посылать султану ко дню рождения скакуна, ибо он станет и на следующий год ожидать такого же подарка и доказывать обоснованность своих ожиданий. (Глоссарий М.Э.)

14

Шотландская кровь — намек на скупость, которая, по традиции, считалась отличительной чертой шотландцев. (Прим. составителя)

15

Полотняный совет — т. е. Совет по развитию полотняных мануфактур. В последней трети XVIII в. в Ирландии начало бурно .развиваться текстильное и шерстяное производство. Этому немало способствовали специально учрежденные для этой цели советы. Однако принятие Акта об Унии и система заградительных тарифов со стороны английских промышленников положили конец этому развитию. (Прим. составителя)

16

куры, индюки, гуси, — арендаторы по договору приносили их столько... Многие арендные договоры в Ирландии прежде вменяли арендаторам в обязанность поставлять землевладельцам непомерное количество птицы. Издателю известен случай, когда в договоре на аренду одной маленькой фермы значилось тридцать индеек. (Глоссарий М.Э.)

17

Английские арендаторы. — Английский арендатор это не арендатор-англичанин, но арендатор, который платит аренду точно в срок. Бедняки в Ирландии твердо верят, что в Англии все арендаторы платят аренду точно в назначенный день. Ирландец, собираясь арендовать ферму и желая показать землевладельцу, что он человек положительный, предлагает стать английским арендатором. Если арендатор навлечет на себя неудовольствие землевладельца — тем ли, что голосовал против него самого, или против его предложения на выборах, — управляющий немедленно его уведомляет, что отныне он должен стать английским арендатором. Угроза эта не означает, что он должен сменить свой язык или национальность, — она означает, что он должен выплатить недоимки и должен отныне платить аренду точно в назначенный день. (Глоссарий М.Э.)

18

Похоронные. — Имеется в виду феодальный обычай, сохранившийся в некоторых местах, согласно которому землевладелец по смерти арендатора получал определенное приношение. Первоначально землевладельцу (лэндлорду) возвращали оружие и лошадей, которыми он в свое время снабдил арендатора; позже ему отдавали скотину или что-либо еще из движимого имущества арендатора; иногда же платили просто деньги. (Прим. составителя)

19

Да и работали арендаторы у него на земле исправно. — Прежде в Ирландии в арендных договорах стояли обычно пункты, обязывающие арендаторов поставлять землевладельцам на несколько дней в году людей и лошадей. Из этого феодального обычая проистекало множество случаев мелочного тиранства и притеснений. Стоило бедняку вызвать неудовольствие землевладельца, как управляющий тотчас вызывал его на работы, и Тэди не преувеличивает, говоря, что арендаторов часто отрывали от собственных дел для работы на землевладельца.

Таким образом их лишали самой возможности оплаты аренды: пока они собирали в закрома урожай землевладельца, их собственный урожай нередко пропадал, хотя аренду надо было платить так же точно и в срок, как если бы они были хозяевами своего времени. Это кажется верхом бессмысленной несправедливости.

В Эстонии, среди бедной славянской расы крестьян-рабов, дань помещикам платится не в виде отработки, или гусями, индейками и пр., но в виде оброка. Следующая баллада представляет собой любопытный образчик эстонской поэзии:

Вот почему разорены деревни,

И съедена солома с крыш,

В деревнях поселились дворяне,

Одни трубы торчат,

А хозяин на белом полу!

Овца принесла ягненка с белым лбом,

Его отдают помещику в оброк.

Свинья принесла поросят,

Их жарят помещику в жаровне,

Курица яиц нанесла,

Они идут помещику на сковородку.

Корова родила теленочка,

Его забирают помещику в стадо.

Кобыла жеребеночка принесла,

Он пойдет помещику на конюшню.

Крестьянка родила сыновей,

Они будут пасти господскую птицу. (Глоссарий М.Э.)

20

...разве что каких-нибудь семнадцать... Речь Тэди в данном случае может служить образчиком риторической фигуры, весьма распространенной в Ирландии. В начале фразы делается поразительное утверждение, которое снимается, как только вы услышите следующую за ним оговорку. Так, человек, который так пьян, что на ногах не стоит, будет вам клясться, если только язык его слушается: «Да клянусь вам честью, да провалиться мне на этом месте, если я вру, да честью клянусь, я ни капли ничего такого с утра в рот не брал, ни хорошего и ни дурного, а только выпил полпинты виски, с позволения вашей милости».(Глоссарий М.Э.)