«А когда таким манером Разорили мы друг друга И, к крутым прибегнув мерам, Подожгли свой дом с испуга, — Как тогда мы поступали?» — «Как тогда мы поступали? У костра мы грели руки И на бога уповали». «А когда всё наше зданье Превратилось в пепелище И когда у нас дворяне Стали немощны и нищи, — Как тогда мы поступали?» — «Как тогда мы поступали? Мы вскарабкались повыше Да крестьян в тиски зажали». «А когда крестьян подвластных Унесло времен теченье И в именьях столь прекрасных Наступило разоренье,— Как тогда мы поступали?» — «Как тогда мы поступали? Эх, сынок, к чему вопросы! Тут-то мы и застонали». «А когда мы этим стоном Крепостных не возвратили И о рабстве отмененном Понемногу позабыли, — Как тогда мы поступали?» — «Как тогда мы поступали? Банк придумали земельный И над ним же хохотали». «А когда, полезный детям, Банк услышал от кого-то: „Я бездетен, с банком этим Мне возиться неохота“, — Как тогда мы поступали?» — «Как тогда мы поступали? Мы, с правительством поладив, „На плечо!“ учиться стали». «А когда…» — Но рассердился Старый дед и крикнул строго: «Что ко мне ты прицепился? Отвяжись ты ради бога! „Как тогда мы поступали? Как тогда мы поступали?“ Как и ты, без дела шлялись Да язык, как ты, чесали!» 24 августа 1871

56. Загадки. Перевод М. Талова

1 Длинноусый, бестолковый, Облысевший, этот гном Сильным мира лижет руки, Но глядит он гордецом. Человек-то он немалый, Хоть и ростом не берет, Он на мир, на просьбы слабых С высоты своей плюет. 2 Этот сквозь плетень пролезет, Вас с дороги оттолкнув. Загнут лисий подбородок К носу острому, как клюв. Он с истасканной душою Не живет и не дает Жить другим; высоко сидя, На общественность плюет. 3 Третий, с буйволовой шеей, Телом полный, балагур. Он, людьми облитый грязью, Шуткой тешит светских дур. В мире хоть слывет он умным, А на деле не умен, Он скорее изворотлив, И хитер, и ловок он. Злосердечный и двуличный, Жульничать и плутовать Он мастак. Его ругают, Но ему на всех плевать. 4 С завидущими глазами Вот четвертый господин Кланяется неуклюже, Словно проглотил аршин. Тезка у него великий, С именем, а сам он — фат. Старины знаток, однако Он умишком скудоват. Криводушный и болтливый, Подкупить себя дает. На весь мир и этот тоже С высоты своей плюет. 5 Яблочком румяным щеки… Грозен тем, кто чином мал. А давно ли вышел в люди Этот выскочка-нахал? Вороватая лисица, Осторожный скорпион. Знаете его вы плохо: До чего коварен он! Этот фарисей трусливый, Совершенный идиот, Пресмыкающийся, тоже На страну свою плюет. 6 Выбритый он, сероглазый, Скромно так влачит свой век, Ни добра, ни зла не сделал В жизни этот человек. Всем он мил, и всех он любит, И за тем, кто прежде мной Упомянут был, плетется Тенью весь свой век земной. Хоть страну родную любит, А до дела чуть дойдет, На нее с душой спокойной Он, по существу, плюет. 7 Худощавый человечек, У великих мудрецом Он слывет — умом коротким И предлинным языком. Он, как опухоль, раздулся От похвал, мне говорят. Был передовым, а ныне — Пресмыкающийся гад. Он меж новым и отжившим Сломанным мостом встает, Но и лжемудрец, о братья, На страну свою плюет. 8 Полный, роста небольшого, Этот — кряжистый старик. Ум высок, а сердце пылко. У него остер язык. Небесчувственный, разумный, Верен старому житью, Он несмел, хотя всем сердцем Любит нацию свою. Он меж новым и отжившим — Мост перекидной, но вот Иногда и этот старец На страну свою плюет. 9