Да будет сын твой чист и прям отныне, Да будет верен дедовской святыне, Вложи в него любовь к добру, к народу, Пусть славит братство, равенство, свободу. Учи его дышать святой борьбою, Готовь его к победе над судьбою. Посаженный тобой росток привьется, И плод созревший соками нальется. О, внемли, мать, молению грузина: Такою воспитай ты душу сына, Чтоб верил он лишь истине высокой И по себе оставил след глубокий. 15 декабря 1858 Петербург

19. «Страдал и я. И я отлично знаю…». Перевод Н. Заболоцкого

Страдал и я. И я отлично знаю, Что впереди еще немало бед, Но не о том я слезы проливаю И не о том грущу во цвете лет. Всё вынесу: жестокое страданье, Позор друзей, ушедших от борьбы, Любовных клятв забуду поруганье,— Приму любой удар моей судьбы. Всё вынесу с отвагою железной, В борьбе с судьбой не запятнаю честь, И лишь никчемность жизни бесполезной — Вот я чего не в силах перенесть! 26 декабря 1858 Петербург

20. Почему я тебя полюбил? Перевод В. Шефнера

Почему я тебя полюбил? Пусть я плачу, встречаясь с тобою, — Но любовь прибавляет мне сил, Чтоб бороться со злою судьбою. Слез ответных не смею я ждать, Но в душе — благодарность живая! Ты меня заставляешь страдать, К жизни истинной путь озаряя. 31 декабря 1858 Петербург

21. «Я блаженствовать мог бы, как в раю…». Перевод Вс. Рождественского

Я блаженствовать мог бы, как в раю, Коль любила б меня ты, как я тебя. Со смущением про любовь свою Говорила бы, лишь меня любя. Я с тебя тогда не сводил бы глаз, На груди своей я тебя бы грел, Полный робости, я б сгорал и гас И коснуться бы твоих губ не смел. Твоего бы я слушал сердца стук, И он был бы мне слов молитв нежней. В грешных помыслах не посмел бы, друг, Я ничем смутить чистоты твоей. 1858

22. «Скажи, зачем запала в сердце грусть?..». Перевод В. Шефнера

Скажи, зачем запала в сердце грусть? Забыв пиры, покинув круг друзей, К уединенью ныне я стремлюсь, — Лишь тишина мила душе моей. Скажи, зачем я вечером бреду В безмолвие, в лесную глубину, Лаская взглядом дальнюю звезду, В тысячезвездном небе — лишь одну? Зачем спешу на отдаленный луг, Где родничок смеется меж камней? Свою любовь — таинственный недуг — Я ощущаю там еще больней. Но там так нежны песни соловья, С такой надеждой рай любви воспет, Что, в лад певцу, поет душа моя — И повторяет верности обет. 1858 Петербург

23. Мой тариарали. Перевод Вс. Рождественского

Подражание Александру Чавчавадзе

Гей, братья! Благо нам, ариарали, Сегодня праздник наш, тариарали! Любовь к отчизне милой В нас чувство братства пробудила. И как бы царь ни огрызался, Как ни метал бы ярость грома И как пугать бы ни старался — Нам чувство братства всем знакомо. Дай мне перо! Хочу сказать я: И царь не может спорить с нами. Христос изрек: все люди братья. И людям быть нельзя рабами. Царь, совершая злое дело, Обрек достойных на гоненье. Свое кумиром сделал тело, А душу — дьявола владеньем. Нет, братья, спорить с ним не будем, Нам надо думать об отчизне, И дух грузинский мы пробудим, А это нам дороже жизни. И если станем мы едины, Тиран сгубить нас уж не сможет. Его готовы мы, грузины, Убить или погибнуть тоже. Нам дружным надо стать союзом — И труд наш будет не напрасен,— Ведь сам Эзоп, соратник музам, Так говорит в одной из басен. Друзья, вперед пойдем мы смело Единым строем неустанным, И что же с нами сможет сделать Сам царь со взглядом оловянным? Ведь нам чинов искать не надо, Пустой мы не пленимся славой. Чинушам снится пусть награда, Мы — ждем победы величавой. Пусть станет Грузия свободной — Вот в чем и смысл, и цель стремлений, И нам любовь семьи народной Важнее всяких награждений. Да, мы друг друга понимаем И жить хотим единым сердцем. Дверь к просвещенью мы взломаем Назло всем в мире самодержцам. Пусть наша дружба силы множит, Живой союз ума и воли. Кто в тесном братстве жить не может, Тот обречен лишь рабской доле. Так пусть роднит нас братство в жизни, Мы завершим свой труд с любовью И всё пожертвуем отчизне Со всей готовностью сыновьей. Посеяв зерна, ждём мы всхода, Пускай нам будет в награжденье Свобода нашего народа И милой Родины цветенье. О, если б только видеть это, Тогда и рая нам не нужно. Тогда песнь радости, расцвета В самом аду мы грянем дружно. Мы все — земли грузинской дети, Мы в братстве жить должны на свете.