Глаголал так бог христиан, воссевши На облако в величии своем, Языческим Олимпом завладевши, И глас его зарокотал как гром; Послышалось три разных тона в нем Грядущее увидеть всем охота, И ангелы слетаются без счета, И взор на землю каждый устремил. Промолвил бог: «Архангел Гавриил, Твой чистый глас находят все приятным; Желаю я, чтоб всем ты объяснил То, что тебе покажется занятным. Как в зеркале, ты мир увидишь весь».

Г а в р и и л

Преемник Константина виден здесь И двор его с гурьбой попов строптивых, Лукавых, злых и льстивых — их не счесть. Творцы всех смут, они владык трусливых Используют неправедную месть. Страсть к богословью всеми овладела, Ни до чего другого нет им дела, На полках — фолиантов строй возник. Все заняты разбором, толкованьем, Подделкою или перевираньем Священных, хоть недостоверных книг. Где здравый смысл? Им все пренебрегают, И длится спор; а из полночных стран Вдруг варвары, как дикий ураган, Несметными ордами налетают, Империю они опустошают. Но для кого — спросите христиан Ряды костров и виселиц готовы И плахи, и темницы и оковы? Для варваров? О нет, для ариан. Кровавое, слепое исступленье! Взгляните: нивы заросли травой... Любуйтесь на пожары, разрушенья, Насилия, убийства и разбой, Младенцев неповинных избиенья... Все это-из-за слова одного!

Х р и с т о с

Но для меня то слово много значит: Ведь еретик в нем ловко ересь прячет.

С в.    Г в е н о л и й

Убейте всех!

Х р и с т о с

Несторий — каково? Пустился в спор и смело утверждает, Что по натуре я своей двояк; Об этом же, собрав толпу зевак, И вкривь и вкось Евтихий рассуждает. Пусть я двояк...

Б о г — о т е ц

Ну и галиматья!

Х р и с т о с

И в одного поверить нелегко им, А в двух-куда ж? Но тут бессилен я: Натура ведь у каждого своя.

О д и н   и з   е п и с к о п о в

Убьемте всех и совесть успокоим.

Г а в р и и л

Но вот опять там завязалась пря.

Б о г — о т е ц

О чем же речь? Каков предмет раздора?

Г а в р и и л

Опять Христос.

Б о г — о т е ц

Меж нами говоря, Мой сын, они поймут тебя нескоро: Неясен ты.

Х р и с т о с

А вас постичь легко?

Б о г — о т е ц

Озлобятся — скажу вам на ушко Они вконец.

Х р и с т о с

Известно, что мы — тайна. Их любопытство дерзко чрезвычайно.

Г а в р и и л

Вас все-таки постичь они хотят. «Христос — в дарах!» — одни из них кричат. «Нет, он — на них!» — другие голосят. «Вокруг даров он!» — третьи говорят. «Вы врете все! — четвертые вопят, Христос, вестимо, спрятан под дарами!»

О д и н   и з   е п и с к о п о в

Убейте всех, и спорам всем конец.

Д у х   с в я т о й

Зачем же быть самим себе врагами? Ведь диспуты нам на руку, глупец! Оспаривать возможно убежденья Лишь силою, и мучеников рать Досуг людей поможет нам занять. Пусть Библии исследуют реченья, В их тайный смысл вникая наобум, Чтоб изощрять свой любопытный ум. Исчезните, о римские писаки, Прочь с наших глаз, о греки-пачкуны! Хоть молодежь любила ваши враки, Но Библией они превзойдены. У ног моих — премудрость вся людская. Один я мудр, и нет меня мудрей. Ливанский кедр я, выше и стройней, Чем жалкая былинка полевая. Извилистый и скромный ручеек Течет привольно; быстрый же поток Несется, ручейки все поглощая. Ночь кончилась; горят лучи зари. Погасните, о свечи, фонари И факелы! Ваш слабый свет затмило Сияние взошедшего светила!

Х р и с т о с

О Дух святой! У вас ума палата, Да толку что? Любитель громких фраз, Вы без конца впадаете в экстаз, Но речь пуста, хотя витиевата. Любую околесицу — в псалом! Чужд суесловью настоящий разум, Он ясностью силен, а не экстазом, Ни капли нет напыщенности в нем.