«Брат-иезуит имеет право убить всякого, кто может представлять опасность для иезуитизма».

«Христианские и католические сыны», – говорит Стефан Фагундес, – «могут обвинить своих отцов в преступлении или ереси, если те хотят увести их от веры, даже если они могут знать, что их родители будут сожжены и преданы смерти за это, как учит Толет… И они не только могут отказать им в пище… но они могут также справедливо убить их».[737]

Хорошо известно, что император Нерон никогда не осмеливался желать посвящения в языческие мистерии из-за убийства Агриппины!

В Разделе XIV «Принципов иезуитов» мы обнаруживаем, что убийство соответствует христианской этике, выраженной отцом Генри Генрикесом в «Summæ Theologiæ Moralis», том I, Венеция, 1600 г. (Ed. Coll. Sion):

«Если человек, совершивший прелюбодеяние, даже если он священнослужитель… подвергся нападению мужа и убил нападавшего… он не может считаться нарушившим закон (nonridetur irregularis)». (Кн. XIV, De Irregularite, раз. 10, § 3.)

«Если отец был опасен для Государства (будучи изгоем), и для общества в целом, и не было никаких других способов избежать этого дурного поступка, тогда я бы одобрил это (убийство сыном своего отца)», – говорится в части XV, «Об отцеубийстве и человекоубийстве».[738]

«Для священнослужителя, или члена религиозного ордена, было бы законным убить клеветника, который пытается распространить ужасные обвинения против него самого или его религии»,[739] – это правило изложено иезиутом Франциском Амикусом.

Одним из наиболее непреодолимых препятствий для получения посвящения, как у египтян, так и у греков, было убийство любого рода, или даже просто невоздержанность.

Эти «враги рода человеческого», как их называют, еще раз получили свою старую привилегию работать в тайне, соблазнять и разрушать всякое препятствие на своем пути – с полной безнаказанностью. Но – «кто предостережен, тот вооружен». Люди, изучающие оккультизм, должны знать о том, что в то время как иезуиты при помощи своих методов умудрились заставить мир в целом, и англичан в частности, думать, что не существует такой вещи как МАГИЯ, эти хитрые и коварные интриганы сами содержат магнетические кружки и создают магнетические цепи посредством концентрации своей коллективной воли, когда они имеют какой-либо специальный объект для воздействия, или какую-нибудь особенную и важную персону для осуществления влияния на нее. Кроме того, они проявляют чрезвычайную щедрость, способствующую им в этом предприятии. Их богатство безгранично. Когда их недавно изгнали из Франции, они вывезли с собой столько денег, частично переведенные в английские ценные бумаги, что последние немедленно возросли в своей цене, о чем тогда сообщала «Daily Telegraph».

Они добились успеха. С этого времени церковь является их безвольным орудием, и папа – лишь бедный инструмент в руках этого ордена. Но надолго ли? Может настать такой день, когда их богатства будут насильно отняты у них, и они сами будут безжалостно уничтожены под гром проклятий и аплодисментов всех наций и народов. Существует Немезида – КАРМА, хотя она и позволяет часто Злу и Греху успешно продолжать свое дело в течение веков. Также тщетна их попытка, со своей стороны, угрожать теософам – своим непримиримым врагам. Ибо последние, вероятно, это единственная организация во всем мире, которая может не бояться их. Они могут попытаться, и возможно успешно, уничтожить отдельных членов. Но они напрасно протягивали бы свои руки, сильные и могущественные, нападая на Общество. Теософы столь же хорошо защищены, и даже лучше, чем они сами. Для современных ученых, для всех тех, кто ничего не знает, и тех, кто не верит в то, что они слышат о БЕЛОЙ и ЧЕРНОЙ магии, все вышеизложенное будет выглядеть как нонсенс. Пусть так, хотя Европа очень скоро почувствует, и уже сейчас ощущает тяжелую руку последней.

Иезуиты и их приверженцы клевещут и по любому поводу оскорбляют теософов. Их обвиняют в идолопоклонстве и суеверии; и все же мы читаем в тех же самых «Принципах» отцов-иезуитов:

«Более правильным является то мнение, что всем неодушевленным и неразумным объектам можно законным образом поклоняться», – говорит отец Габриэль Васкес, рассказывая об идолопоклонстве. – «Если правильно понимать учение, которое мы создали, то можно поклоняться не только Богу и нарисованному образу, и любому святому предмету, который пользуется авторитетом у народа, как Его образ, но также и любому другому объекту в этом мире, будь он неодушевленным и неразумным, или же разумным по своей природе».[740]

Таков римский католицизм, идентичный и с этого времени единый с иезуитизмом – как это показано в послании кардинала-епископа Кембрии, и папой Львом. Это наставление, делает ли оно честь христианской церкви или нет, может быть с пользой процитировано любым индусским, японским, или каким-либо другим «языческим» теософом, который все еще не отказался от веры своего детства.

Но нам пора заканчивать. На языческом Востоке существует пророчество относительно христианского Запада, которое, если его перевести на понятный английский язык, будет выглядеть так:

«Когда завоеватели всех древних народов будут побеждены, в свою очередь, армией черных драконов, созданных их грехами и порожденных разложением, тогда пробьют часы освобождения первых».

Нетрудно определить, кто эти «черные драконы». И они, в свою очередь, увидят, что их могущество остановлено и силой низвергнуто освобожденными легионами. Тогда, возможно, наступит новое вторжение Атиллы с далекого Востока. Однажды миллионы людей из Китая и Монголии, язычников и мусульман, снабженных всеми наиболее смертоносными видами оружия, изобретенными цивилизацией, и усиленные Небожителями Востока, опираясь на инфернальный дух торговли и жажде наживы на Западе, и, кроме того, хорошо обученные христианскими человекоубийцами, – ворвутся и захватят разлагающуюся Европу, подобно неудержимому потоку. Таков будет результат деятельности иезуитов, которые, как мы надеемся, падут его первой жертвой.

«Теософские махатмы»

Перевод – К. Леонов

С искренним и глубоким сожалением (хотя и без удивления, поскольку за долгие годы я смогла подготовиться к таким заявлениям) я прочла в рочестерском «Оккультном слове», издаваемом миссис Дж. Кейбл, преданным президентом Теософского общества в этом городе, ее редакционную статью, написанную совместно с м-ром У. Т. Брауном. Ее внезапное изменение чувств можно считать вполне естественным для женщины, поскольку у нее никогда не было таких возможностей, как у м-ра Брауна; и ее чувства, с которыми она пишет: «после большого желания… вступить в контакт с теософскими махатмами мы пришли к заключению, что бесполезно пытаться достигнуть психическим взором Гималаев…» – бесспорно разделяются многими теософами. Оправданы ли подобные жалобы, и кто в этом виноват, теософы или «махатмы», – вопрос остается открытым. Этот вопрос был в подвешенном состоянии в течение нескольких лет, и его следует решить сейчас, поскольку двое жалующихся заявляют, поставив под этим свои подписи, что «мы (они) не должны следовать за восточными мистиками, которые не могут подтвердить свою способность помочь нам». Эта последняя часть предложения требует серьезного исследования. Я прошу дать мне возможность сделать несколько замечаний по этому поводу.

Скажем вначале, что тон всей статьи – это тон настоящего манифеста. Сокращая и убирая библейские выражения, в изобилии встречающиеся в статье, ее можно свести к следующей декларации-парафразе: «Мы стучали в их дверь, и они не ответили нам; мы просили их о хлебе, они отказали нам даже в камне». Обвинение чрезвычайно тяжелое; тем не менее, это и несправедливо, и нечестно, – вот то, что я собираюсь показать.

737

В «Præcepta Decaloga» (издание Сионской библиотеки), том I, кн. IV, гл. 2, н. 7, 8.

738

Мнение Джона Дикастилле, часть XV, «De Justitia et Jure», и т. д., стр. 319, 320.

739

«Cursûs Theologici», Tomus V, Duaci, 1642, Disp. 36, Sect. 5, n. 118.

740

De Cultu: «Adorationis, Libri Tres», Lib. III, Disp. I, c. 2.