Как выяснилось — это моё решение было верным, отец с радостью взялся за ведение бизнеса и пошёл получать заочное образование в сфере управления крупным бизнесом. А я смог со спокойной душой расслабиться и вернуться к школе, в которой начался новый учебный год. Тринадцатый класс должен был стать для меня последним в школе Валлаби.

— Привет, недооценённый гений, подмастерье и обладатель Ордена Мерлина второй степени! — именно с такой фразы, сказанной Элизабет Хоук, начался мой первый день в последнем классе школы.

— Привет, Лиз. Ты тоже читала эти статьи?

— Сложно было их не прочесть, если все каникулы о тебе писали во всей магической прессе, — ухмыльнулась Хоук. — Удивительно, как мне не пришла в голову идея так нагло скопировать достижения будущего, ведь я постоянно зависала на всех подобных сайтах.

— Ты слишком жадная для того, чтобы вкладывать миллионы в разработку этих проектов, а тут надо или быть гениальным программистом, или иметь большие деньги и идеи.

— Слышать слова о жадности из твоих уст очень странно. — Элизабет хищно улыбнулась. — Колись, как тебе удалось собрать членов МКМ и толпу артефакторов?

— Ты недооцениваешь силу бюрократии и халявы! Когда признанному мастеру приходит официального вида письмо, приглашающее на целую Международную конференцию по артефакторике, к тому же ещё присылают портал и оплачивают проживание с питанием, то в таком случае почти любой разумный согласится. А МКМ — это бюрократический орган международного значения и когда им поступает официальное письмо, в котором говорится о том, что на конференции будут рассматривать проблему будущего волшебного мира, то им надо на это как-то реагировать. Письмо официально регистрируется, передаётся вверх по служебной лестнице и в итоге оказывается на столе у главного. А когда главный волшебник видит слова «будущее волшебного мира», «международное» и тому подобное, то он обязан на такое отреагировать.

— Дэ пута мадре! — восхищённо произнесла девушка.

— Это был испанский?

— Верно, — подтвердила Хоук. — Означает — зашибись… Ты прямо какой-то махинатор, как Остап Бендер.

— Ты мне льстишь, до товарища Бендера мне как до Китая на каноэ.

— Я зашла на твои сайты, честно говоря, пока не очень, — заметила Хоук. — Поисковик так себе, хотя не хуже прочих современных и на Гугл дизайном очень сильно похож. Магопедия почти пустая.

— Думаешь, Википедия сразу с нуля оказалась заполнена кучей статей?

— Но когда появятся все оригинальные сайты, то у тебя не будет и шанса, — сказала девушка. — В обычном мире трудится намного больше программистов, чем у волшебников.

— Допустим, в обычном мире мне большую долю рынка не захватить, но это пока не выйдет социальная сеть. А вот насчёт прочего… Законодательство волшебников совершенно не регламентирует использование авторских прав обычных людей, так что мне никто не помешает красть код у того же гугла, ютуб и тому подобных сайтов и использовать его уже на магических ресурсах, но! К тому моменту мои ресурсы будут на слуху у магов, потому что я первый, а это значит, что большая часть волшебников будет пользоваться моими сайтами.

— Какие планы на год? — спросила девушка.

— Учиться, учиться и ещё раз учиться, как завещал товарищ Ленин.

В первую субботу февраля на улице стояла удушливая жара, кондиционер был отключён на ночь, поэтому я проснулся от духоты.

После завтрака у меня зазвонило зеркало, на том конце был жизнерадостный Джастин.

— Хай! — произнёс он. — Не спишь?

— В такую жару поспишь…

— Есть планы на сегодняшний день? — спросил Финч-Флетчли.

— Учиться? — вопросительно ответил я.

— Неправильный ответ, — насмешливо произнёс Джастин. — Я выяснил, что сегодня в Брисбене одна пиццерия проводит акцию под девизом «Любая пицца за один доллар». К тому же у них всего двадцать восемь градусов тепла. Можно поесть и охладиться.

— Халява? Так чего мы ещё дома? Там же всю пиццу сожрут халявщики. Знаю я их… Где и во сколько встречаемся?

— Пять минут тебе хватит на сборы? — спросил Финч-Флетчли.

— Австралийцу собраться, только в шорты запрыгнуть, так что буду готов через полминуты.

— Тогда через пять минут встречаемся возле портальной площадки Брисбена, — сказал Джастин.

— Окей.

Я быстро собрался и отправился порталом в магический квартал Сиднея. От портальной площадки дошёл до ближайшего общественного портального камина, заплатил за дымолётный порох и перенёсся в Брисбен.

Брисбен — это ещё один австралийский город, находящийся на морском побережье в штате Квинсленд севернее Сиднея. Причём город крупный, в нём проживает около миллиона жителей.

Мы встретились с Финч-Флетчли возле портальной площадки и направились в «Пиццерию папы Джо». Добираться пришлось чуть ли не на другой конец города. В пиццерии оказалось много народа, все столики были заняты и это при том, что сейчас только утро. На улице перед заведением были выставлены столики, которые тоже оказались заняты. Помимо этого несколько молодых парней и девушек стояли перед заведением, ожидая, когда освободится столик, мы оказались среди этих «счастливчиков».

— Не успели, — печально сказал Джастин. — Ты посмотри, какая толпа.

— Вот же халявщики! — возмутился я. — А ты мог бы раньше сказать, мы бы пришли к открытию заведения.

— Да ладно, всё равно делать нечего, подождём, — флегматично заметил Джастин.

Тут я обратил внимание на симпатичную девушку шестнадцати-семнадцати лет. У неё были чёрные вьющиеся волосы, латиноамериканские черты лица со стервозным выражением на оном, стройная фигура и белоснежная кожа. Чем-то она смахивала на Дженнифер Лопес. На ней были надеты синие зауженные джинсы и зелёное то ли короткое платье на бретельках, то ли растянутая майка, на плече висела дамская сумочка. Я бы не обратил на неё пристального внимания, если не считать тех случаев, когда глаза сами собой прикипают к формам симпатичных девушек, но она выделилась тем, что достала из сумочки волшебную палочку, направила её на ближайшую пару за столиком и тихо дважды произнесла: «Конфундус». После чего спрятала палочку в сумочку и смело направилась к посетителям.

Я дёрнул Джастина за руку и двинулся следом за девушкой.

— Вы должны расплатиться и уйти домой, освободив столик! — твёрдо заявила девушка паре, состоящей из юноши и девушки.

Маглы, находящиеся под действием дезориентирующего заклинания, расплатились и покинули заведение. Юная волшебница тут же плюхнулась на одно из освободившихся мест. На столе осталась половина недоеденной пиццы.

Я нагло сел на второе место. Джастин после недолгого сомнения сел на третий пустующий стул. В ответ на это мы словили удивлённый взгляд от ведьмы.

— Это мой столик! — возмущённо заявила она.

— Применение к маглам заклинаний при других маглах тянет на срок в тюрьме для волшебников. Ведь так, Джастин?

— А то! — жизнерадостно подтвердил друг. — На год запросто могут посадить.

— Эй, вы что, волшебники? — удивилась девушка.

— Ты громче кричи, а то ещё не все посетители слышали.

— А я тебя знаю, — оживилась девушка. — Ты Гарри Адамс. Я про тебя в газетах читала.

— Это хорошо, что ты меня знаешь, значит, представляться не придётся. Это Джастин. Так что, поедим вместе?

Я отломил кусок пиццы, оставшийся от прогнанных посетителей.

— Фу-у! — девушка сморщилась. — Ты что, будешь есть это? Это же чужая пицца…

— Не думаю, что кому-то пришло бы в голову плевать в свою пиццу, а раз она лежит на столе почти в целом виде, значит, её никто не жевал, так что добру пропадать?

Джастин тоже ухватил кусок и начал смачно поедать.

— Так как говоришь, тебя зовут?

— Александра Маргарита Руссо, но лучше зовите меня Алекс, — ответила девушка. — А вы не будете обо мне докладывать в аврорат?

— За что? За то, что освободила столик для халявной пиццы? Мы что, похожи на неблагодарных личностей?