— Я угадал, — спокойным радостным тоном произнёс я. После чего громко произнёс. — Этот парень не с нами… ОН СКАЗАЛ, ЧТО ТРАХНЕТ ОВЦУ!

Я стал выпихивать охреневшего Гарта из загона, под громкий смех пьяной молодёжи.

— Нам с тобой не по пути, товарищ овцеёб!

Гарт не понял, что происходит и безропотно шёл к выходу.

— Гарри, кончай прикалываться над Гартом, — сквозь смех выдала Элизабет.

— Это было не смешно, — обиженно произнёс Гарт, застыв на месте и смотря на меня так, словно он ребёнок, у которого отняли конфету.

— Разве? А по-моему забавно. — Я дружески хлопнул парня по плечу. — Гарт, не обижайся, это просто шутка.

— Гарри, был бы ты нормального роста и не моим другом, я бы тебе врезал, — пробурчал Гарт. — Я тоже умею шутить…

Он подхватил меня подмышки, поднял в воздух так, что мои ноги стали болтаться, не касаясь земли.

— Эй-эй-эй! — возмутился я. — Поставьте карлика на землю, я против горячих объятий с парнями.

— Верити, наложи на барана Конфундус, — сказал девушке Гарт.

— С удовольствием, — ухмыльнулась Верити. Она достала волшебную палочку и направила её на меня.

— Да не на этого барана, а на настоящего, который с рогами и кучерявый, — произнёс Кинг.

— Так бы сразу и сказал, — ухмыльнувшись, ответила Верити и перевела палочку на крупного барана. — Конфундус!

Баран замер, прекратив пощипывать травку. Гарт понёс меня, посадил на спину барану, со все силы хлопнул животину по крупу.

— БЕГИ! — крикнул он барану практически рядом с ухом.

Эта волосатая скотина взяла разгон с места со скоростью болида Формулы-1. Я ухватился за ветвистые рога и крепко сжал бока ногами. Болтанка была жуткая, баран петлял, как накурившийся марихуаны заяц и прыгал, как бык на родео.

— ЕБУЧИЕ РОГА-А-А-А-А-А! — закричал я, стараясь удержаться верхом на ездовом баране.

Я чувствовал себя джигитом, объезжающим мустанга. Баран завалился на правый бок, чтобы скинуть меня, и продолжил грести ногами, но поскольку я крепко вцепился в рога, он стал в полулежащем положении наворачивать круги, волоча меня по траве. Сделав пару кругов, баран вновь вскочил на ноги и встал на дыбы, скидывая меня на землю. Я разжал руки и упал на спину, а баран вскочил и рванул наворачивать круги по загону. Лежу, раскинув в стороны руки, смотрю на облака, вдалеке слышится громкий смех всех собравшихся.

— И ты Джастин, — печальным голосом спросил я, повернув голову и обнаружив, что Финч-Флетчли ржёт вместе со всеми.

Кто не видел пьяного карлика, гарцующего верхом на баране, тот многое упустил… Хорошо, что этим всё ограничилось.

Через неделю Элизабет получила подмастерья зелий и закатила по этому поводу пьянку, на которую были приглашены всё те же лица. Слава Будде, баранов у неё не было и праздновали мы в обычном кафе, так что от волшебства тоже пришлось воздержаться.

Итак, ещё одни каникулы пролетели почти незаметно, хотя в отличие от прошлого года, я после занятий находил силы и время для встреч с Джастином, чтобы пообщаться и развеять скуку.

Двадцать седьмого июля ко мне подошёл домовик, он вёл себя не так, как обычно, смущался, мялся и не мог начать разговор.

— Тимми, что случилось?

— Товарищ хозяин, а у вас есть ещё работа для Тимми? — спросил домовик.

— Тебе что, мало работы? Ухаживать за домом и животными, ещё иногда навещать дом в Лондоне, помогать моей маме. Я вообще удивляюсь, как ты со всем этим справляешься.

— Тимми любит работу, — смущаясь, сказал домовик. — Тимми получает от работы удовольствие…

— Да вы, батенька, извращенец… Хочешь, чтобы я сделал тебе приятно?

Домовик согласно кивнул.

— Тебе повезло, я не из тех людей, кто отказывает себе в удовольствие возложить на других работу, но тебе придётся кое-чему научиться.

— Тимми готов учиться! — радостно сказал домовик.

— Хорошо. Я куплю тебе новый компьютер со сканером, научу на нём работать. Твоей задачей будет отсканировать все книги по волшебству. Но… Это не должно тебя слишком сильно напрягать и отвлекать от основных обязанностей. Если тебе так сильно нужна работа, то пусть это будет твоим хобби. Понимаешь?

— Тимми понимает и очень рад, что хозяин придумал ему много работы, — восхищённо произнёс домовик.

— Много? Думаю, тебе на двадцать лет хватит, а то и на тридцать.

Домовик засветился от счастья и впал в экстаз.

— Спасибо! — радостно воскликнул он. — Товарищ хозяин такой добрый!

— Ну что ты, я люблю делать людям приятно, тем более, если это мне ничего не стоит.

Тут домовик к чему-то прислушался и исчез. Он появился через несколько секунд с конвертом.

— Товарищ хозяин, разрешите доложить? — получив от меня кивок, Тимми продолжил. — Прибыла корреспонденция. Злых чар и зелий не обнаружено.

— Неси.

Это оказалось официальное письмо из МКМ, в котором меня поздравляли с получением степени подмастерья. К письму прилагался официальный документ, свидетельствующий об этом, и простенький медный перстень, на котором было написано две буквы: «П» и «Т». Это означает подмастерье трансфигурации. Такая побрякушка позволяет мне не посещать уроки трансфигурации, и я считаюсь признанным полноценным магом вне зависимости от того, закончу ли школу или нет.

Вообще, обозначение магов крайне запутанное и существуют разные системы. Это как у военных — есть звания, а есть должности, причём должность может быть старше звания и наоборот.

Первая система оценок самая понятная, она позволяет оценить волшебника по магическим силам и состоит из шести показателей: Сквиб; Слабый маг; Маг; Сильный маг, он же Чародей; Великий волшебник; Высший маг.

Сквибы — могут завести фамильяра вплоть до книзлов, варить некоторые слабые зелья, пользоваться некоторыми амулетами и видеть сквозь слабые маглооталкивающие чары.

Слабый маг — может варить слабые и средние зелья, заниматься волшебной гербологией, творить слабые заклинания, заниматься ритуалистикой и создавать рунные артефакты.

Маг — это уровень большей части выпускников Хогвартса, Валлаби и прочих школ магии, то есть тех, кто к учёбе подходил спустя рукава и мало тренировался в волшебстве, им доступен весь спектр волшебства.

Чародеи — это маги, изначально имевшие потенциал обычного мага, но весь подростковый период посвятившие саморазвитию. Хотя очень редко, но бывают маги, которым повезло родиться с сильным магическим потенциалом и они, будучи детьми, имеют уровень сил Чародея. Например, Элизабет Хоук по магической мощи в три раза сильнее всех прочих наших ровесников, что парней, что девушек, я в два раза сильней её, поскольку тренировался больше и упорней, так что мы оба по этой системе считаемся Чародеями, но изначально ничем не выделялись на фоне сверстников.

Великие волшебники — это очень сильные маги, которых мало кто видел вживую, вроде Мерлина и Дамблдора. Хотя последний мог считаться таковым из-за Старшей палочки, при этом он мог быть на уровне сильного мага. Хотя, если учесть, что Дамблдор жил не первую жизнь и взять за теорию тот факт, что за волшебство отвечает не тело, а душа, то он мог действительно быть великим волшебником, которому наскучило находиться в этом мире.

Высший маг — это скорее гипотетическая планка, которая теоретически допускает существование волшебника неимоверной силы, который будет равен по своим возможностям языческим богам. О таких магах до современности дошли лишь недостоверные легенды, которым никто не верит.

Вообще, после семнадцатилетия волшебные силы не перестают расти, просто рост очень сильно замедляется и продолжается лишь в том случае, если маг активно использует волшебство. Так что Маг годам к двумстам, если доживёт до этого возраста, сможет стать Чародеем. Наверняка можно стать и Великим волшебником, но для этого надо проводить либо какие-то особые ритуалы, вряд ли разрешённые и широко известные, иначе бы ими все пользовались и знали о них, либо прожить очень долго, при этом часто и мощно колдуя. Думаю, если я доживу до двухсот — трёхсот лет и не заброшу развиваться как волшебник, то до уровня Великого волшебника дорасту. А вот что надо делать, чтобы стать Высшим магом, даже представить не могу.