∙ ГЛАВА 33 ∙ КОКО — Ты всё это время знал? — я почувствовала, как моё лицо из испуганного стало безумно злым, а глаза запылали от ярости.Бо протестующе поднял руку.— Ну, в общем-то, до недавнего времени я не знал. Клянусь, что не знал о твоей беременности, Дакота. Я бы не заставил тебя пройти через всё это в одиночку. Я могу быть кем угодно, но только не таким негодяем.— Как давно ты знаешь? — скрестила я на груди руки.— Может, четыре-пять лет.— Ты когда-нибудь собирался мне об этом рассказать? — я произнесла эти слова пронзительным, резким тоном, который никогда прежде не принимала в разговоре с ним.— Дакота, — сказал он, накрыв мои руки своими. — Да, я об этом думал, но решил, что ты первой должна мне это сообщить. И я верил, что ты всё расскажешь, когда будешь готова.Я упала в кожаное кресло, стоящее в углу гримёрной, и откинулась на его спинку. Тысячи мыслей проносились в моей голове так быстро, что я не успевала их переварить. Бо подошёл ко мне, опустился на колени и положил руки на мои ноги.— Послушай, — сказал он. — Я ценю то, что ты сделала для нас. Для неё.Мои глаза нашли его.— Не могу даже представить, как нелегко всё это было для тебя в восемнадцать-девятнадцать лет, и ты перенесла эту беременность в полном одиночестве.— Со мной была Ребекка.— Всё равно. Это должен был быть я. Я должен был быть там. Я должен был быть рядом с тобой и принимать решения, чтобы тебе не пришлось делать это в одиночку.— Согласна.Он взял в ладони моё лицо.— Боже, тебе, должно быть, было так тяжело одной нести это бремя.Я вытерла одинокую слезинку. Мне пришлось достаточно поплакать над этой ситуацией, чтобы хватило на всю жизнь. Я отказывалась плакать снова. — То, что ты сделала, — продолжил он, — заставляет меня любить тебя ещё больше.Он поднял голову, убрал пальцами волосы с моего лица, и его губы встретились с моими.— Знаешь, почему я люблю тебя, Дакота?— Почему?— Потому что ты красивая, сильная и несгибаемая, — сказал он. — И это единственная часть тебя, которая совсем не изменилась.Я сверкнула полуулыбкой, мои плечи расслабились, потому что вся тяжесть мира начала рассеиваться.— Полагаю, за последние десять лет тебе пришлось пожертвовать многим, не так ли? — Бо поднялся и притянул меня к себе. — Возможно, пришло время и мне кое-чем пожертвовать.— О чём это ты?— Я подумываю о том, чтобы купить себе симпатичный пентхаус где-нибудь в этом богом забытом городе.— Ты ненавидишь Нью-Йорк, — рассмеялась я.— Да уж, но дом – это не почтовый индекс. Дом там, где ты, Дакота.Мои глаза закрылись, когда я прижалась щекой к его груди, вдыхая его запах и обнимая за талию.Он сдержал своё обещание. Он вернулся за мной.Стук в дверь вырвал нас из задумчивого состояния.Бо поцеловал меня в лоб.— Мне нужно раздать несколько автографов. Встретиться с поклонниками. Ты знаешь правила.Мы медленно двинулись к выходу, как будто хотели продлить этот момент. Его рука схватилась за дверную ручку, но прежде, чем он вышел из комнаты, мне необходимо было сказать ему ещё кое-что напоследок:— Я люблю тебя, Бо.Люблю. И всегда буду любить.