«Все эти наши слова...»

Все эти наши словаМне уж давно надоели.Только б небес синева,Шумные волны да ели,Только бы льнула к ногамПена волны одичалой,Сладко шепча берегамСказки любви небывалой.

2 июля 1909

«Отчего боятся дети...»

Отчего боятся детиИ чего?Эти сети им на светеНичего.Вот, усталые бояться,Знаем мы,Что уж близкие грозятсяОчи тьмы.Мурава, и в ней цветочки,Желт, синь, ал, —То не черт ли огонечкиЗажигал?Волны белой пеной плещутНа песок.Рыбки зыбкие трепещутЗдесь у ног.Кто-то манит, тянет в море.Кто же он?Там, где волны, на простореЧей же стон?Вы, читающие многоМудрых книг,Испытайте точно, строгоКаждый миг.Ах, узнайте, проследитеВсё, что есть,И желанную неситеСердцу весть!Нет, и слыша вести эти,Не поймешь,Где же правда в нашем свете,Где же ложь!

5 июля 1909

«Ликуй, звени, блести, мой легкий, тонкий стих...»

Ликуй, звени, блести, мой легкий, тонкий стих,Ликуй, мой звонкий стих, о радостях моих.Я кроткою мечтой тоску преодолел,И сладко полюбил, и нежно пожалел.И так люблю, губя, – и так, любя, гублю,И, погубив, опять прильну – и оживлю.

13 июля 1909

«Поняв механику миров...»

Поняв механику мировИ механичность жизни дольной.В чертогах пышных городовМы жили общиной довольной,И не боялись мы Суда,И только перед милым прахомВдруг зажигались иногда Стыдом и острым страхом.Возник один безумец там,И, может быть, уже последний.Он повторил с улыбкой намМинувших лет смешные бредни.Не понимая, почемуВ его устах цветут улыбки,Мы не поверили ему.К чему нам ветхие ошибки!На берег моря он бежал,Где волны бились и стонали,И в гимны звучные слагалСлова надежды и печали.Так полюбил он мглу ночейИ тихо плещущие реки,Что мест искал, где нет людей,Где даже не было б аптеки.И, умирая, он гляделВ небесный многозвездный купол,Людей не звал, и не хотел,Чтоб медик пульс его пощупал.

27 августа 1909 Шмецке

«Люби меня, люби, холодная луна...»

Люби меня, люби, холодная луна!Пусть в небе обо мне твой рог жемчужный трубит,Когда восходишь ты, ясна и холодна.На этой злой земле никто меня не любит.Да будет ночь твоя в мерцании светил!Отверженец земли, тоскующий и кроткий,О, сколько раз во тьме я за тобой следил,Любуяся твоей стремительною лодкой!Потом я шел опять в докучный рокот дня, —И труд меня томил, и путь мой был бесцелен,Твой свет в моей душе струился мглисто-зелен.Холодная луна, люби, люби меня!

28 декабря 1909

«Беспредельно утомленье...»

Беспредельно утомленье,Бесконечен темный труд.Ночь зарей полночной светит.Где же я найду терпенье,Чтоб до капли выпить этотДьявольский сосуд?Посмотрите, – поседелаУ меня уж голова.Я, как прежде, странник нищий,Ах, кому ж какое делоДо того, что мудрый ищетВечные слова!

18 июня 1910, ночь Удриас-Корф

«Даль безмерна, небо сине...»

Даль безмерна, небо сине,Нет пути к моим лесам.Заблудившийся в пустыне,Я себе не верил сам,И безумно забывал я,Кто я был, кем стал теперь,Вихри сухо завивал я,И пустынно завывал я,Словно ветер или зверь.Так унижен, так умален, —Чьей же волею? моей! —Извивался я, ужаленЯдом ярости своей,Безобразен, дик и зелен,И безрадостно-бесцелен,Непомерно-мудрый Змей.Вдруг предвестницей сиянья,Лентой алою зари,Обвилися в час молчаньяГор далеких алтари.Свод небес лазурно-пышенВ легкой ризе облаков.Твой надменный зов мне слышен,Победивший мглу веков.Ты, кого с любовью создалВ час торжеств Адонаи,Обещаешь мне не поздноЛаски вещие твои.Буйным холодом могилыУмертвивши вой гиен,Ты идешь расторгнуть силы,Заковавшиеся в плен.Тайный узел ты развяжешь,И поймешь сама, кто я,И в восторге ярком скажешь,Кто творец твой, кто судья.