Сны

1. «Мне двадцать лет…»

Мне двадцать лет. Гремит трехтонка. Со мною    в кузове       девчонка. Вокруг    смертельная война. Навстречу нам Грохочут взрывы. А я беспечный    и счастливый… И вдруг    внезапно —       тишина. И пенье птицы    почему-то, И почему-то    в окнах       утро… И сна    засвеченная пленка. Засвеченная пленка сна.

2. «Себе я снился молодым…»

Себе я снился молодым Проснулся    и не шелохнулся. Себе я снился молодым И все не верил,    что проснулся. А может, это был не сон? А то,    что я проснулся,       снится? Мне снится утро, Тихий звон Дождя. Кто может поручиться, Что пробуждение    не сон?! 1973

Долгожитель

Он, Как вершина горная,    седой. Старик — Могучий гений долголетья. Не покидал    аул он отчий       свой — Подумать только! — Полтора столетья. При Пушкине Уже был взрослым он. Мог бы обнять его Вот этими руками. Все человечество Далеких тех времен Ушло с планеты. Он    остался с нами. …Вхожу с почтеньем В тот спокойный дом, В ту вековую Тихую обитель… И, как ни странно, Думаю о том, Что, может быть, Я больший долгожитель. Хотя бы тем, Что выжил на войне, Такой,    что не бывало на       планете. И это    по своей величине Не менее,    чем жить века на       свете. На Капри    лето       я встречал          зимой, А в тундре    зиму       первого апреля. На тыщи верст Помножьте возраст мой, Ведь расстоянье —    это тоже время. И потому    я старше,       чем старик, Задумчивый    ребенок       долголетья, Не оставлявший Горный свой Лерик Не год,    не два, А полтора столетья. Я старше    на моря,       на города, На трудные    и легкие       маршруты. Не на года, Я старше на минуты, Что, может, больше стоят, Чем года. 1972

Юмор

Когда враг Нас бомбил у Познани, Бил На бреющем Из пулемета И, как вши, Под рубахою Ползали Капли Холодного Пота, Вот тогда В это пекло И крошево Приходил он на помощь По-братски Незаметно. Незвано, Непрошено, Русский юмор, Наш юмор Солдатский. В села Керченского полуострова В дни гудящей Железной осады С неба низкого, Грубошерстного Он бросал Нам на помощь Десанты. Парашюты, Как одуванчики, На ладони, На плечи Садились, И частушки Взлетали, Как мячики, И наивные шутки Шутились. Враг входил За селеньем в селение, Но хребет Не сломал он Кавказский. В плен Не взял он В своем наступлении Русский юмор, Наш юмор Солдатский… И за проволокою За колючею, Где овчарки Не шли, А стелились, По любому Пустячному случаю С непонятною силой живучею Наши русские шутки Шутились. И в Берлине, Охваченном пламенем, На простреленном нами Рейхстаге, Рядом С нашим Отеческим знаменем Русский юмор Раскрыл Свои флаги. Да! Делили мы Корки последние. Да! Рвались под ногами Снаряды. Но при этом Писались Комедии Даже в дни Ленинградской блокады. 1966