LXII Вот въехал в Рим Гильом, отважный граф, Во храм повел сеньера сей же час. Сесть отроку на трон помог смельчак, 2645Его короной Франции венчал. Людовику все присягнули там — И те, кто верность соблюдал всегда, И те, кто был готов в измену впасть. LXIII Вот въехал в Рим Гильом, отважный воин, 2650Сеньера своего венчал короной, Империю его привел в покорность И захотел домой вернуться снова. Путь оказался долог и нелегок, Но Франции родной достигло войско. 2655Направился в Париж король Людовик, А граф в Монтрей-сюр-Мер [330]неспешно отбыл В надежде там вкусить желанный отдых — Ходить гулять да ездить на охоту, Но насладиться не успел покоем: 2660Вновь у французов начались раздоры. Между собой ведут войну бароны, Жгут города и разоряют села, Людовика не слушаются вовсе. Гонец об этом весть привез Гильому, 2665И тот чуть не сошел с ума от горя. «Племянник,  слышишь? — он Бертрану молвил. — Совет разумный дай мне, ради бога. Боюсь, лишится наш король престола». Бертран в ответ: «Какая вам забота? 2670И Францию пошлите, дядя, к черту, И короля, который глуп настолько, Что сохранить корону не способен». Гильом ему: «Нет, то моя забота. Мне молодость не жаль отдать сеньеру». 2675Своих вассалов и друзей он поднял, Встал во главе их, двинулся в дорогу И рать привел в Париж, богатый город, Где находился юный венценосец. Меж тем сильней пошло междоусобье. 2680Гильом Короткий Нос с прискорбьем понял, Что с этою страной расстаться должен — Там у него врагов смертельных много. В Лан был им увезен державный отрок И под охрану горожанам отдан, 2685А граф пошел на недругов походом, Стал выжигать и грабить их феоды, Их замки брать и сровнивать с землею, Во прах сметать их стены и донжоны [331]. Так со смутьянов за год сбил он гонор. 2690Что в Лан пришли пятнадцать графов гордых И попросили короля с поклоном Пожаловать их вновь уделом отчим. Сестру Гильома взял Людовик в жены, Им на престоле утвержден был прочно, 2695Но позабыл его заслуги вскоре. [332]

Нимская телега [333]

Перевод со старофранцузского Ю. Корнеева

I Честны́е господа, пускай во всем Вам царь небес удачу ниспошлет! Послушайте о том, кто до сих пор Никем из христиан не превзойден. 5То был маркграф [334]Гильом Короткий Нос. В Ним на простой телеге въехал он, Оранжем с бою овладел потом [335], Там отнял несравненную Гибор У короля славонского Тибо, 10Крестил ее, своей женой нарек, И был под Римом им убит Корсольт. Так послужил Христу он в мире сем, Что рай святой отверз ему господь. Шел месяц май, катился к лету год, 15Деревья расцвели, стал зелен дол, Защебетал привольно птичий хор. Домой с охоты ехал граф Гильом. В лесу он много времени провел, Там двух оленей уложил стрелой, 20На трех испанских мулах туши вез. Колчан повесил он на левый бок, Лук заболонный [336]вскинул на плечо. С ним скачут сорок юных удальцов Из графских и из княжеских родов. [337] 25Сан рыцарский им дай не так давно. Бароны ловчих птиц везут с собой, Ведут на длинных сворках гончих псов, В Париж вступают через Малый мост [338]. Отважен граф Гильом, могуч и росл, 30К себе домой добычу он везет, Племянника встречает своего И задает вопрос: «Бертран, отколь?» «Скажу вам правду, — отвечает тот.— Я из дворца, где целый день провел 35И вдоволь понаслушался всего. Наш император оделял вельмож: Тем замки дал, тех одарил землей, Иной и город получил в феод. Лишь вы да я остались ни при чем. 40Мне что! В юнцах хожу я до сих пор, А вы везде прославлены молвой И столько ратных приняли трудов, Не спали ночью, голодали днем». Со смехом молвил граф: «Племянник мой, 45Зря не гневитесь из-за пустяков, А возвратитесь поскорей домой Да снарядитесь тщательно в поход, Пока я потолкую с королем». Бертран в ответ: «Покорствую, сеньер». 50И возвратился поскорей домой. Отважен граф Гильом, могуч и росл. Коня сдержал он лишь перед дворцом, Там под оливой спешился густой, По лестнице из мрамора идет, 55Ступает так, что по́ножи долой Слетают с добрых кордовских сапог. [339] В смятение и страх поверг он двор. Король поднялся, указал на трон: «Гильом, извольте рядом сесть со мной». 60 «Нет, государь, — сказал лихой барон.— Мне лишь сказать вам надо кое-что». Король ему в ответ: «Я внять готов». «Готов иль нет, — вскричал барон лихой,— А выслушаешь, друг Людовик, всё. 65Тебе в угоду не был я льстецом, Наследства не лишал сирот и вдов, Зато не раз служил тебе мечом, Верх для тебя взял в битве не одной, Сразил немало юных храбрецов, 70И этот грех на мне теперь по гроб: Кто б ни были они, их создал бог. С меня он взыщет за своих сынов». «Сеньер Гильом, — рек доблестный король, — Прошу вас потерпеть чуть-чуть еще. 75Весна пройдет, ударит летний зной, А уж тогда один мой пэр умрет, И я вам передам удел его, Равно как и вдову, коль вы не прочь». С ума Гильома гнев едва не свел. 80Воскликнул граф: «Клянусь святым крестом, Не в силах рыцарь ждать столь долгий срок, Коль он еще не стар, но нищ казной. Нуждается в еде мой добрый конь, А я не знаю, где добуду корм. 85Нет, слишком круты и подъем и склон Пред тем, кто чьей-то смерти втайне ждет И на чужое зарится добро». вернуться

330

Монтрей-сюр-Мер— город на крайнем севере Франции, на берегу пролива Па-де-Кале.

вернуться

331

Донжон —главная, самая высокая башня феодального замка, служившая последним укрытием в случае нападения неприятеля.

вернуться

332

Но позабыл его заслуги вскоре. — Последний стих «Коронования Людовика» служит как бы прологом к следующей поэме данного цикла — «Нимской телеге».

вернуться

333

«Нимская телега» является непосредственным продолжением «Коронования Людовика» в ряду жест, посвященных подвигам Гильома д'Оранжа. Главное стилистическое различие между обеими поэмами заключается в обилии комических положений и деталей, содержащихся в тексте «Нимской телеги», хотя многие из этих деталей, несомненно, вызывавшие смех у средневековых слушателей поэмы, уже не кажутся смешными современному ее читателю. Автор «Нимской телеги» не щеголяет знаниями, почерпнутыми из книг, и не пытается, подобно своему предшественнику, увязать повествование с действительными историческими фактами; его рассказ в некоторых отношениях ближе к озорной сказке, чем к героическому эпосу. Некоторые эпизоды поэмы наводят на мысль о намеренном «снижении» героической патетики, о шутовском обыгрывании торжественных сцен: таково, например, перечисление кухонной утвари в XXVII лэссе, немыслимое ни в «Песни о Роланде», ни в «Короновании Людовика»; таковы речи Гильома, объясняющего мусульманским владыкам Нима, откуда у него появился шрам на носу.

Автор «Нимской телеги», так же как и автор «Коронования Людовика», неизвестен. В.-Й. Йонкблут, опираясь на две строки из принадлежащего Парижской национальной библиотеке манускрипта 24369—24370, пытался приписать авторство жесты некоему жонглеру Жерому, но в настоящее время большинство исследователей отвергает его предположение.

Относительно датировки поэмы существуют разные мнения: одни ученые относят время ее создания к 1135–1140 годам, другие — к 1160–1165 годам, третьи, как говорилось в примечаниях к «Коронованию Людовика», считают если не всю поэму, то хотя бы ее начальные лэссы наиболее древней частью всего цикла Гарена де Монглана. Приведем гипотезу Ж. Фраппье, изложенную в его работе о цикле Гильома д'Оранжа. Фраппье обращает внимание на упоминаемый в XLVI лэссе «Крак, который древней ярмаркою славен», и вкратце излагает историю этого укрепленного города, отвоеванного в 1110 году у сарацин. В 1142 году граф Раймонд Трипольский уступил его ордену Госпитальеров, а те превратили Крак в крупный торговый центр, в котором устраивались ежегодные ярмарки, привлекавшие купцов со всех сторон света. Таким образом, заключает Фраппье, говорить о «древней ярмарке» в Краке можно было только спустя хотя бы четверть века после ее основания, то есть в 60—70-е годы XII века. Примерно к этому времени и нужно отнести создание «Нимской телеги».

Текст «Нимской телеги» содержится в тех же манускриптах, что и текст «Коронования Людовика». Первое критическое издание поэмы, вкупе с остальными жестами данного цикла, осуществил В.-Й. Йонкблут в уже упомянутом нами выше (см. с. 607) гаагском трехтомнике. Парижский манускрипт 774 (с учетом остальных рукописей) лег в основу издания, подготовленного французским медиевистом Ж.-Л. Перрье. По этому изданию («Le charroi de Nimes, chanson de geste du XII siècle», éditée par J.-L. Perrier, P., 1931) и выполнен настоящий перевод.

Ю. Стефанов

вернуться

334

Маркграф —во Франкском государстве VIII–IX вв. — правитель пограничной области, марки. Позднее — владетель феодального княжества, имеющий равные с герцогами права.

вернуться

335

В Ним на простой телеге въехал он, // Оранжем с бою овладел потом… — В первом из этих стихов предвосхищается сюжет настоящей жесты, во втором содержится намек на следующую часть эпопеи о Гильоме — «Взятие Оранжа» («La prise d'Orange», ок. 1150 г.), где рассказывается, как, победив короля Тибо, владевшего Оранжем, Гильом женится на его вдове, которая крестится и принимает христианское имя Гибор. Кстати сказать, именно так звали жену исторического Гильома.

вернуться

336

Лук заболонный— то есть сделанный из цельного ствола, очищенного от коры. Заболонь — наружный, лежащий непосредственно под корой слой древесины.

вернуться

337

С ним скачут сорок юных удальцов из графских и из княжеских родов… — Обычай отдавать знатных юношей и девушек на воспитание к чужим дворам был характерен для средних веков.

вернуться

338

Малый мост(Petit Pont) — мост, соединявший остров Сите, где находился королевский дворец, с левым берегом Сены.

вернуться

339

… по́ножи долой // Слетают с добрых кордовских сапог— Кордова еще во времена мусульманского владычества славилась своими изделиями из кожи. Кордовская кожа упоминается ниже в числе товаров, которые якобы привез в Ним переодевшийся купцом Гильом.