Георгий-змееборец. Икона из Кремиковского монастыря (1667 г.). Болгария.

Женитьба короля Вукашина [140]

Письма пишет Вукашин [141]тщедушный В белом Скадре на реке Бояне, [142] Посылает их в Герцеговину, В белый град Пирлитор [143]неприступный, Что стоит у вершин Дурмитора. [144] Тайно пишет, тайно отправляет Видосаве, [145]супруге Момчилы. Так в письме он молвит Видосаве! «О жена Момчилы, Видосава, Как живешь ты среди льда и снега? Если глянешь вверх с высокой башни, Там ничто не обрадует взгляда — Пред тобою Дурмитор бесплодный, Льдом и снегом студеным покрытый И холодной зимою и летом. Если глянешь вниз со стен отвесных, Мутной Тары [146]воды протекают; Катит камни и стволы уносит. Через Тару нет брода для конных, Через Тару нет моста для пеших; Только бор вокруг да камень черный. Отрави воеводу Момчилу, Отрави иль выдай с головою. Приезжай ко мне в мое Приморье, В город Скадар на реке Бояне, Там ты станешь моею женою, Госпожой пресветлой королевой. Дам тебе веретено златое, Будешь шелк прясти, сидеть на шелке, В бархате ходить, в парче заморской, В жемчуге и золоте червонном. А каков-то Скадар на Бояне! Если взглянешь вверх с высокой башни — На горах смоковницы, маслины, Виноградников богатых гроздья. Поглядишь ли вниз со стен отвесных — Наливает пшеница колосья, Искрится зеленая Бонна, Через луг зеленый протекает. Много разных рыб в реке Бояне: Лишь захочешь, свежую получишь». Прочитала письмо Видосава. Мелкие нанизывает буквы. Пишет так королю Вукашину: «Господин, король и повелитель. Как мне выдать Момчилу — не знаю. Выдать трудно, отравить опасно. У Момчилы сестра Ефросима [147]— Кушанья господские готовит, Пробует их до него сестрица. У Момчилы девять милых братьев И двенадцать двоюродных братьев — Подают ему вино с поклоном, До него из чаши пьют хмельное. У Момчилы чудный конь крылатый, Ябучилой [148]конь его зовется. Может конь перелететь все горы; И с очами сабля [149]у Момчилы. Он боится лишь вышнего бога. Но послушай, король, что скажу я: Поведи с собой большое войско И в лесу у Озер [150]сядь в засаду. А таков у Момчилы обычай: Отправляется он на охоту В воскресенье утром в край озерный. Девять братьев ведет за собою И двенадцать двоюродных братьев, С ними сорок конников из града. Вечером, пред самым воскресеньем Я спалю у Ябучилы крылья, Саблю я залью соленой кровью, Чтоб ее не вытянул из ножен. Так ты сможешь погубить Момчилу». Получил король ее посланье И увидел, что письмо вещает. Вукашин обрадовался вести. Собирает он большое войско. Воинов ведет в Герцеговину, Прямо в горы, к далеким озерам, И в зеленом лесу сел в засаду. Вечером пред самым воскресеньем В свою спальню идет воевода. На перины мягкие ложится. В скором времени жена приходит, Но в постелю лечь она не хочет. Над его склонилась изголовьем И роняет слезы на подушки. Спрашивает жену воевода: «Видосава, верная подруга, Приключилось ли какое горе — На подушки ты роняешь слезы?» Молодая жена отвечает: «Господин, воевода Момчило, Ничего со мною не случилось. О чудесном я слышала чуде, Слышала, глазами не видала, Что владеешь конем Ябучилой, Ябучилой, жеребцом крылатым. У коня я не видела крыльев. Не могу я этому поверить И боюсь, что ты погибнешь в битве». Был умен воевода Момчило Был умен, а поддался обману. Так своей жене он отвечает: «Видосава, верная подруга, Я легко смогу тебя утешить: Ты увидишь крылья Ябучилы. Лишь петух запоет пред зарею, В новые скорей пойди конюшни. Серый конь свои выпустит крылья, В этот час его крылья увидишь». Спит Момчило, а жене не спится. Ждет она петушиного пенья. Только первый петух объявился, Мягкие покинула перины. Вот свечу в фонаре зажигает И берет с собой смолу и сало. В новые идет она конюшни. Истину сказал ей воевода. Ябучило крылья распускает, До копыт он крылья расширяет. Салом и кипучею смолою Видосава намазала крылья, Подожгла их яркою свечою И спалила крылья Ябучиле. А остаток, то, что не сгорело, Жесткою подпругою стянула. В оружейную она прокралась И схватила Момчилову саблю, Залила ее соленой кровью И вернулась на мягкое ложе. Только утром заря заалела, Рано встал воевода Момчило. Говорит он жене Видосаве: «Видосава, верная подруга, Чудный сон мне сегодня приснился. Из урочищ Васоев проклятых [151] Появилась полоса тумана И обвилась вокруг Дурмитора. Сквозь туман я начал пробиваться, Пробиваться с братьями родными, А за мной двоюродные братья, А за ними конники из замка. Мы во мгле друг друга потеряли, Потеряли, не нашли друг друга. Видит бог, беда нас не минует». Отвечает жена Видосава: «Ты не бойся, господин мой милый, Добрый витязь видел сон хороший, Сон ведь ложь, а истина у бога». На охоту собрался Момчило. С белой башни он сходит к воротам. Ждут Момчилу девять милых братьев И двенадцать двоюродных братьев, С ними сорок конников из замка. Серого коня жена выводит. На коней они добрых вскочили, На охоту поскакали к Озерам: А когда приблизились к Озерам, Окружило их большое войско. Это войско Момчило заметил И схватился за острую саблю: Вытянуть проклятую не может; Приросла она, кажется, к ножнам. Воевода Момчило промолвил: «Слушайте, мои родные братья, Предала нас сука Видосава, Дайте саблю скорей, да получше». Воеводы послушались братья, Дали лучшую саблю Момчиле. Братьям так говорит воевода: «Нападайте вы с боков на войско. Я ударю по самой середке». Боже правый, чудо-то какое! Если б кто-нибудь был там и видел, Как Момчило рубится жестоко, Как он путь прокладывает в чаще! Ябучило врагов поражает. Больше конь передавил копытом, Чем Момчило перебил оружьем. Только не было ему удачи. Выехал он к граду Пирлитору. Девять вороных коней навстречу — На конях ни единого брата. Сжалось сердце храброе Момчилы; Он жалеет девять милых братьев. Ослабели юнацкие руки, И не может он биться с врагами. Ударяет коня Ябучилу Сапогом и шпорою стальною, Чтобы конь полетел к Пирлитору, Но лететь Ябучило не может. Стал ругать тут коня воевода: «Волчья сыть, Ябучило проклятый, Раньше мы шутя с тобой летали, Без нужды, из удали, для шутки, А сегодня полететь не хочешь!» Отвечает ржаньем Ябучило: «Господин воевода Момчило, Ты меня не поноси напрасно. Я сегодня полететь не в силах — Видосава крылья мне спалила. Разрази ее гром, Видосаву! А остаток от сожженных крыльев Притянула крепкою подпругой. Сам спасайся теперь как сумеешь!» Эти речи слушает Момчило; По лицу его слезы струятся. Спрыгивает он с коня проворно. В три прыжка был у ворот он замка. Только замка заперты ворота, Заперты засовами, замками! Тут в беде призывает Момчило, Призывает сестру Ефросиму: «Ефросима, милая сестрица, Полотно со стен спусти на землю, Чтобы мог я подняться на стены». Отвечает сквозь слезы сестрица: «Милый брат, Момчило-воевода, Не спустить мне полотна на землю: Видосава-изменница крепко Волосы за столб мне привязала, Привязала сноха, не пускает». Но сестры-то жалостливо сердце, Как не пожалеть родного брата. Лютою змеею зашипела И вперед рванулась со всей силой; Волосы оставила на балке. Полотно схватила Ефросима, Опускает с белой башни наземь. Воевода полотно хватает, Подымается быстро по стенам. Вот, казалось, он вскочит на башню. Но изменница тут подоспела, А в руках ее острая сабля. Полотно разрезала злодейка. Со стены Момчило покатился. Приняли королевские слуги Воеводу на мечи и копья, На палицы и на алебарды. Тут король Вукашин подбегает. Боевым копьем его ударил, Прямо в сердце ударил Момчилу. Перед смертью так сказал Момчило: «Я тебе, Вукашин, завещаю: Не женись на моей Видосаве, С нею головы лишишься вскоре. Для тебя изменила сегодня, Для другого предаст тебя завтра. Обвенчайся с сестрой моей милой, С милой сестрою Ефросимой, Будет верною тебе женою И родит тебе, король, юнака, Что во всем мне будет подобен, Равен мне богатырскою силой». Так сказал воевода Момчило, Так юнак промолвил и скончался. Отворились города ворота, Появилась сука Видосава. Вукашина-короля встречает, За руку ведет его на башню. За столы золотые сажает, Угощает вином, и ракией, [152] И закуской сладкою господской. В оружейную затем спустилась, Воеводы приносит одежды И оружье светлое Момчилы. Глянь-ка, братец, чудо-то какое! Что Момчиле было до колена, По полу король едва волочит! Шапка, что была Момчиле впору, Вукашину на плечи упала! И в один большой сапог Момчилы Две ноги Вукашиновы входят. Чтобы перстень надеть воеводы, Вукашин три пальца подставляет. Поясную сабельку Момчилы За собою на аршин волочит, А в тяжелом панцире Момчилы На ноги не в силах он подняться! Тут король Вукашин молвил слово: «Горе мне, клянусь я вышним богом! Видосава, ну и потаскуха! Коль такого предала юнака, — Нет на свете равного Момчиле, — То меня предаст, наверно, завтра!» Верных слуг Вукашин призывает. Схватывают суку Видосаву, Вяжут крепко к хвостам лошадиным. Гонят слуги коней по нагорьям. Растерзали кони Видосаву. Захватил Вукашин все богатства, И увез он сестру воеводы, Красную девицу Ефросиму. В белом Скадре на реке Бояне С ней король Вукашин обвенчался. Сыновья у них вскоре родились. Их назвали Марком и Андреем. [153] Старший, Марко, на дядю походит, На дядю, воеводу Момчилу. вернуться

140

Переведено по тексту сб.: Караджич, т. II, № 24. Записано от гайдука Стояна, уроженца Герцеговины. События песни не соответствуют исторической действительности. Более ранние версии песни (родонские и македонские), впрочем, несколько достовернее, но в них нет образа Вукашина и связанной с ним любовной интриги, заимствованной, по-видимому, из итальянской повести о Бове из Антоны (ср. русскую сказку о Бове-королевиче). Эта более поздняя версия песни создана для того, чтобы показать юнацкую родословную Марка Королевича, и, несомненно, оформилась уже тогда, когда Марко Королевич стал популярным эпическим героем.

вернуться

141

Вукашин— король в западной части Македонии (1365–1371), родом из семьи герцеговинских феодалов, отец Марка Королевича, погиб в битве с турками. Его тщедушность (сербск. жура) носит явно эпический характер: певцу важно категоричнее противопоставить Вукашина и Момчила.

вернуться

142

В белом Скадре на реке Бояне… — Этот древний город (албанск. Шкодер) близ устья р. Бояны и Скадарского озера никогда не входил в королевство Вукашина.

вернуться

143

Пирлитор— явное искажение названия г. Перитеорион (Периторион) в Эгейской Македонии в связи с перенесением места действия оттуда в Герцеговину.

вернуться

144

Дурмитор— горный массив в Черногории, вблизи боснийско-герцеговинской границы.

вернуться

145

Видосава— вымышленное имя. Подлинное имя жены Момчила неизвестно. Момчило — знаменитый болгарский герой первой половины XIV в. Сын бедных родителей, он боролся против засилья болгарских феодалов, сражался с наступавшими турками и византийцами, некоторое время был фактическим правителем ряда районов родных Родопских гор и побережья Эгейского (Белого) моря. Его столицей был приморский город Ксанти. Момчило погиб 7 июня 1345 г. у стен прибрежного города Периториона в битве с объединенными и превосходящими силами византийцев и турок. Он мог бы, наверное, отсидеться за стенами города, но горожане отказались открыть перед Момчилом ворота и предпочли дождаться исхода сражения.

Византийский император Иоанн Кантакузин после битвы не позволил разграбить имущество Момчила и предложил его жене либо жить среди «ромеев» (византийцев), либо уехать в Болгарию, откуда она была родом. Жена Момчила предпочла уехать на родину.

вернуться

146

Тара— одна из крупных рек Герцеговины и Черногории.

вернуться

147

Ефросима(Евросима) — устойчивое эпическое имя для сестры юнака. Вместе с тем, по преданию, — это монашеское имя Елены, жены исторического Вукашина и матери Марка Королевича.

вернуться

148

Ябучило— конь серовато-белой масти, цвета яблока. В примечании к этой песне В. Караджич пересказал легенду о происхождении Ябучила: «Рассказывают, что там (?) где-то в каком-то озере был крылатый конь, и он выходил по ночам да играл с кобылами Момчила, которые паслись на лугу у озера, но после того, как он наиграется с кобылой, он бил ее ногами в живот, и она делалась яловой (чтобы не ожеребилась крылатым конем)». Момчило, узнав об этом, вооружился бубном и барабаном, ночью подкараулил у озера, в нужный момент стал бить в бубен и напугал крылатого коня. Тот не успел ударить кобылу и скрылся в озере. А кобыла понесла и принесла Момчилу крылатого коня.

вернуться

149

И с очами сабля… — В средние века рукояти сабель восточного и балканского происхождения нередко делались в виде головы змеи или зверя типа льва (леопарда, гепарда) с «очами» из драгоценных камней. «Очи» сабли, по верованиям, оберегали владельца от «дурного глаза».

вернуться

150

Озера. — Так называется плоскогорье в северо-восточной части Дурмитора, где имеется множество озер.

вернуться

151

Из урочища Васоев проклятых… — Земли черногорского племени Васоевичей юго-восточнее Дурмитора, на границе с Албанией, то есть вблизи Скадарского озера. Предки собирателя В. Караджича, по преданию, были родом из этого племени.

вернуться

152

Угощает вином и ракией… — В XIV в. ракия (водка из виноградных выжимок или яблок, груш, слив) еще была неизвестна южным славянам.

вернуться

153

Их назвали Марком и Андреем. — Этот стих свидетельствует о том, что ко времени сложения данной версии песни в эпической традиции уже существовали другие песни об этих героях.