Она впала в скорбь и печаль. Стыдно стало ей, что она покинута и так быстро должна вернуться к себе. Страданием стала для нее великая любовь ее к Кухулину, и свою жалобу она излила в песне:

— Теперь должна я двинуться в путь, Милое место должна я покинуть Не по воле своей — честь зовет меня, Меж тем как я хотела б остаться. Не дивись же ты, что мне было б милей Остаться здесь, рядом с тобой, Под защитой твоей, чем возвращаться В терем свой, к Аиду Абрату. О Эмер, с тобой остается муж твой, Он покинул меня, жена прекрасная! Хотя рука моя не достанет его, Душа будет стремиться к нему. Много героев сваталось ко мне И в доме моем, и в чаще лесной. Я отвергла все их исканья, Блюдя свою недоступность. Горе приносит любовь к человеку, Что от любящей отвращает взор свой! Лучше уйти, чем остаться, Когда не встречаешь к себе любви. Пятьдесят подруг привела с собою Ты сюда, Эмер светловолосая, Чтоб напасть на Фанд, — о, поступок злой! — Чтоб обидеть ее, чтоб убить ее. Трижды пятьдесят есть подруг у меня, Красоты великой, мужа не знавших, В доме моем, и всегда они Отстранят обиду, защитят меня.

В это время узнал Мананнан о том, что происходит, — о том, что Фанд, дочь Аида Абрата, супруга его, выдерживает неравную борьбу против жен Улада и что Кухулин должен покинуть ее. Он поспешил к ней с востока и разыскал ее. Он приблизился к ней так, что никто, кроме нее одной, не увидел его.

Смущение и раскаяние охватили Фанд, когда она увидела его, и она запела:

— Смотрите на Мананнана, сына Лера, Жителя равнин Эогана Инбира. Мананнан, высоко стоящий в мире! Было время, когда я его любила. Но потом случилось — громкий крик сердца! — Я его разлюбила ради другого. Хрупка любовь, идет путем тайным, Нам не понять его, если б и хотели. Когда была вместе я с сыном Лера В терему своем, в замке Инбира, Казалось нам, что ничто на свете Никогда не разлучит меня с ним. Когда, прекрасный, он стал моим мужем, Я была ему верною супругою. Золотое запястье мне подарил он Как выкуп чести, дар свадебной ночи. Когда шла я к нему, привела с собой Пятьдесят девушек в пестрых одеждах И дала ему пятьдесят мужей Для службы ему, кроме девушек. Четырежды пятьдесят — то не выдумка! — Число слуг дома нашего: Дважды пятьдесят мужей счастливых, здоровых, Дважды пятьдесят девушек прекрасных, цветущих. Вижу, по морю скачет сюда ко мне, Невидимый взору неразумных людей, Всадник, покрытый пеной морскою; Нет нужды ему в ладье деревянной. Вот прискакал он, уже средь нас он, Лишь тот его видит, кто из племени сидов; Он своею мудростью видит всех живущих, Даже когда они далеко от нас. Такова судьба моя — уже свершилась она. Нет у нас, женщин, в любви разума; Тот муж, кого так сильно полюбила я, Нынче принес мне горькое страдание. Прощай, Кухулин, мой Пес прекрасный! Честь зовет меня прочь от тебя. Если не нашла я того, что хотела, Моим остается право уйти. Вот настала минута разлуки. Не с легким сердцем я удаляюсь. Тяжело оскорбление, нанесенное мне. Прощай, о Лойг, сын Риангабара! Возвращаюсь я к моему супругу, Который ничем меня но обидит. Чтоб не сказали, что исчезла я тайно, Смотрите все, как я удаляюсь.

Окончив речь свою, девушка подошла к Мананнану. Тот приветствовал ее и сказал:

— Добро тебе, девушка! Станешь ли ты теперь ждать Кухулина или последуешь за мной?

— Вот мое слово, — отвечала она. — Есть среди вас двоих один, которого бы я предпочла иметь мужем. Но я последую за тобою и не стану ждать Кухулина, ибо он покинул меня. И еще есть тому причина, о мой милый: подле тебя нет достойной тебя королевы, у Кухулина же есть такая.

Но когда Кухулин увидел, что девушка удаляется с Мананнаном, он воскликнул:

— Что же будет теперь, о Лойг?

— Что будет? — отвечал тот. — Фанд удаляется с Мананнаном, сыном Лера, потому что она не полюбилась тебе.

Тогда Кухулин сделал три великих прыжка вверх и столько же на восток, в сторону Луахайра. И долгое время после этого он жил, не принимая пищи и питья, в горах. Ночевал же он на дороге, ведущей в Мид-Луахайр.

Эмер пошла к Конхобару в Эмайн-Маху и рассказала ему все, что случилось с Кухулином. Тогда Конхобар послал певцов, ведунов и друидов за Кухулином, чтобы они взяли его и привели в Эмайн-Маху. Кухулин хотел сначала убить их. Но они запели перед ним волшебные песни свои, крепко держа его за руки и за ноги, пока не начал проясняться его разум. После этого он попросил пить. Они дали ему напиток забвения. И, выпив его, он забыл о Фанд и обо всем, что с ним было. Затем они дали такой же напиток Эмер, ибо и она была в таком же состоянии. Мананнан же потряс своим плащом между Фанд и Кухулином, чтобы они после этого никогда больше не встречались.

Смерть Кухулина

— Никогда еще до этого дня, — сказал Кухулин, — я не слышал жалоб женщии или детей без того, чтобы помочь им.

Пятьдесят женщии королевского рода преградили ему путь. Цель их была — отвлечь его от выезда на новые подвиги, удержать его в Эмайн-Махе. Принесли также три чана с водой, чтобы, погрузившись в них, он охладил свой боевой пыл. Таким способом удалось удержать его от выезда на бой в этот день.

Враги Кухулина стали ждать до утра. Сыны Калатина [399]расположили свое войско вокруг Эмайн-Махи. Дым пожарищ от зажженных ими сел образовал громадное облако, которое покрыло собою всю Эмайн-Маху. Войско сынов Калатина производило такой шум, что королевский дом в Эмайн-Махе весь сотрясался и оружие падало со стен. Плохие вести доходили до Кухулина.

Тогда запела Леборхам:

— Встань, о Кухулин, встань, чтобы помочь  Жителям равнины Муртемне [400]  Против воинов Лагена, о сын Луга,  О герой, на благо взращенный,  Обрати на врагов свои дивные боевые приемы. вернуться

399

Сыны Калатина. — В «Угоне быка из Куалнге Кухулин в серии единоборств убил в числе других Калатина и его двадцать семь сыновей. Тогда Медб воспитала трех малолетних, оставшихся в живых сыновей Калатина. Зная, что человеческой силой нельзя одолеть Кухулина, она, отрубив им по одной руке и одной ноге (магический прием), сделала их могучими волшебниками и поставила во главе снаряженной ею армии. Другими виднейшими бойцами в ее войске являются Лугайд, сын Курой, король Мумана, и Эрк, сын Кайрпре, король Темры, — непримиримые враги Кухулина, который убил их отцов

вернуться

400

Жителям равнины Муртемне. — Равнина к югу от Эмайн-Махи, составлявшая часть личного надела Кухулина.