РАССКАЗ О РАБЕ

Жил, знаменитый правосудьем встарь, В одной стране великодушный царь. Раб у него был верный, пазанда, Великий повар, славный в те года. Однажды царь с гостями пировал, А повар сам все блюда подавал. И в спешке вдруг, усердием горя, Горячим блюдом он облил царя. И все решили: нет прощенья тут, За грех такой его теперь убьют. Шах глянул на несчастного того И сжалился и пощадил его. Вазир сказал: «Ответь, владыка мой, — Как ты миришься с дерзостью такой?» А царь в ответ: «Взгляни — он весь дрожит, Он страхом и смущением убит. А ведь убитого — ты должен знать, Не принято повторно убивать. Он тягостным раскаяньем томим, И мы его невольный грех простим!» О боже, мир падет, хвалу творя, К стопам великодушного царя. Я трудно жил, в грехах свой век губя, Но жив одной надеждой на тебя! Измучен я, казнен моим стыдом, Но ты за муки воздаешь добром. Хоть недостоин я твоих щедрот, Но свет моей надежды не умрет. О море щедрости! Кто я такой? Из моря хватит капли мне одной. Я знаю — только с помощью творца Довел я эту книгу до конца. И я «Смятеньем праведных» назвал Свой труд, как только суть его познал. Пишу в благословенный восемьсот Восемьдесят восьмой — по хиджре — год. [27] Ты, переписчик будущего дня, Молитвой краткой помяни меня! И да исполнит бог мечту твою, Да уготовит сень тебе в раю. О Навои, вина теперь налей И чашу благодарности испей. Эй, кравчий мой, хранитель чистых вин, Не надо чаши! Дай мне весь кувшин. Сегодня я без меры пить хочу, На время сам себя забыть хочу!

Миниатюра из рукописи XV в.

«Смятение праведных».

ФАРХАД И ШИРИН

Перевод Л. Пеньковского

ВСТУПЛЕНИЕ К ПОЭМЕ

О КАЛАМЕ, О НИЗАМИ, О XOCPOBE

Калам! Ты нашей мысли скороход. Превысил ты высокий небосвод. Конь вороной воображенья! Нет, — Быстрей Шебдиза ты, но мастью гнед. [28] Неутомим твой бег, твой легкий скок, А палец мой — державный твой седок. Гора иль пропасть — как чрез мост, несешь. Ты скачешь — и, как знамя, хвост несешь. Нет, ты не конь, а птица-чудо ты: Летать без крыльев можешь всюду ты. Из клюва мелкий сыплешь ты агат. Нет, не агат, — рубинов щедрый град! Сокровищницу мыслей носишь ты, О птица человеческой мечты! Так рассыпал сокровища в стихах Тот, чей в Гяндже лежит священный прах. [29] Он мир засыпал жемчугом своим, — Как звезды, жемчуг тот неисчислим. Но не растопчет грубая нога Великого гянджинца жемчуга. В ушах людей играет жемчуг тот, Но, как серьга, он в грязь не упадет: Сквозь ухо проникая в глубь сердец, Обогащает сердца он ларец. Нет! Жемчуг тот — по сути говоря — Наполнить может до краев моря Так, чтоб его веками черпал всяк И чтоб запас жемчужный не иссяк. Кого с тобой в сравненье ни возьми, Никто тебе не равен, Низами! А впрочем, был среди людей один — На Инде певший соловей один. [30] Не соловей, а Хызр. Ведь знаем мы: Был Индустан ему страною тьмы, А речь была той звонкой, той живой Им найденной во тьме водой живой. Но на ристалище со мной не он, — Я с Низами бороться принужден. Рукой схватив такую «Пятерню», В руке надолго ль силу сохраню? У всех трещали пальцы до сих пор, Кто с Низами вступал в подобный спор. Быть надо львом, чтоб рядом сесть со львом, Тем более чтоб в драку лезть со львом. Иль не слоном таким же надо быть, Чтоб с хоботом слоновым хобот свить? И мушка хоботком наделена, Но муха не соперница слона. А предо мной слоны: гянджинский слон Поистине — он исполинский слон! Да и второй — не столь гигантский слон, Но слон, однако, индустанский слон! Обоих ты в молитвах помяни, Обоих милосердьем опьяни. Побольше мощи Навои прибавь — И рядом с ними ты его поставь! вернуться

27

Пишу в благословенный восемьсот // Восемьдесят восьмой — по хиджре — год.— 888 г. от хиджры по мусульманскому летосчислению соответствует 1483 г.

вернуться

28

Быстрей Шебдиза ты, но мастью гнед. — Шебдиз — имя легендарного вороного коня сасапида Хосрова, героя поэмы Низами «Хосров и Ширин». Но мастью гнед. — Навои имеет в виду кончик калама (пера), обмакнутого в чернила.

вернуться

29

Тот, чей в Гяндже лежит священный прах.— Имеется в виду великий азербайджанский поэт Низами.

вернуться

30

На Инде певший соловей один. — Речь идет о знаменитом индо-персидском поэте Эмире Хосрове из Дели.