1861 [163]

Перевод М. Зенкевича.

Военный город! Год борьбы! Сладкие рифмы и чувствительные любовные романсы не для тебя, суровый год! Ты не сидишь у стола, как бледный поэтик, сюсюкая тихо стишки, Но, как сильный мужчина, выпрямясь, в синей одежде, [164]шагаешь с ружьем на плече, Мускулистый, загорелый, с тесаком за поясом сбоку. Я слышу, как зычный твой голос гремит по всему континенту; Мужественный твой голос, о год, раздается в больших городах, Я видел тебя в Манхаттене, как рабочего среди рабочих, Видел, как ты широко шагал по прериям от Иллинойса, от Индианы, Как быстро упругим шагом ты устремился на Запад, сойдя с Аллеганских гор, Видел тебя у Великих озер, в Пенсильвании, на судах реки Огайо, И к югу вдоль рек Теннесси и Кумберленда и у Чаттануга на горной вершине, Я видел тебя, мускулистого, в синей одежде, с оружьем, могучий год, Я слышал твой решительный голос, гремевший снова и снова, Твой голос, внезапно запевший из уст кругложерлых пушек, И я вторю тебе, стремительный, гулкий, неистовый год!

Бей! Бей! Барабан — Труби! Труба! Труби!

Перевод К. Чуковского.

Бей! бей! барабан! — труби! труба! труби! В двери, в окна ворвитесь, как лихая ватага бойцов. В церковь — гоните молящихся! В школу — долой школяров, нечего им корпеть над учебниками, Прочь от жены, новобрачный, не время тебе тешиться с женой, И пусть пахарь забудет о мирном труде, не время пахать и собирать урожай, Так бешено бьет барабан, так громко кричит труба! Бей! бей! барабан! — труби! труба! труби! Над грохотом, над громыханьем колес. Кто там готовит постели для идущих ко сну? Не спать никому в тех постелях, Не торговать, торгаши, долой маклеров и барышников, не пора ли им наконец перестать? Как? болтуны продолжают свою болтовню и певец собирается петь? И встает адвокат на суде, чтобы изложить свое дело? Греми же, барабанная дробь, кричи, надрывайся, труба! Бей! бей! барабан! — труби! труба! труби! Не вступать в переговоры, не слушать увещаний, Пронеситесь мимо трусов, пусть молятся и хнычут, Пронеситесь мимо старца, что умоляет молодого, Заглушите крик младенца и заклинанья матерей, И встряхните даже мертвых, что лежат сейчас на койках, ожидая похорон! Так гремишь ты, беспощадный грозный барабан! так трубишь ты, громогласная труба!

Песня знамени на утренней заре [165]

Перевод К. Чуковского.

Поэт О новая песня, свободная песня, Ты плещешь, и плещешь, и плещешь, в тебе голоса, в тебе чистые звуки, Голос ветра, голос барабана. Голос знамени, и голос ребенка, и голос моря, и голос отца, Внизу на земле и вверху над землею, На земле, где отец и ребенок, Вверху над землею, куда глядят их глаза, Где плещется знамя в сиянье зари. Слова, книжные слова! Что такое слова? Больше не нужно слов, потому что, смотрите и слушайте, Песня моя здесь, в вольном воздухе, и я не могу не петь, Когда плещется знамя и флаг. Я скручу струну и вплету в нее Все, чего хочет мужчина, все, чего хочет младенец, я вдохну в нее жизнь, Я вложу в мою песню острый, сверкающий штык, свист пуль и свист картечи (Подобно тому, кто, неся символ и угрозы далекому будущему, Кричит трубным голосом: «Пробудись и восстань! Эй, пробудись и восстань!»), Я залью мою песню потоками крови, крови текучей и радостной, Я пущу мою песню на волю, пусть летит, куда хочет, Пусть состязается с плещущим знаменем, с длинным остроконечным флажком. Флаг Сюда, певец, певец, Сюда, душа, душа, Сюда, мой милый мальчик, — Носиться со мною меж ветрами и тучами, играть с безграничным сиянием дня! Ребенок Отец, что это там в небе зовет меня длинным пальцем? И о чем оно говорит, говорит? Отец В небе нет ничего, мой малютка, И никто никуда не зовет тебя — но посмотри-ка сюда, В эти дома загляни, сколько там чудесных вещей, Видишь, открываются меняльные лавки, Сейчас по улицам поползут колесницы, доверху наполненные кладью. Вот куда нужно смотреть, это самые ценные вещи, и было нелегко их добыть, Их жаждет весь шар земной. Поэт Свежее и красное, как роза, солнце взбирается выше, В дальней голубизне растекается море, И ветер над грудью моря мчится-летит к земле, Сильный упрямый ветер с запада и с западо-юга, Шалый ветер летит по воде с белоснежной пеной на волнах. Но я не море, я не красное солнце, Я не ветер, который смеется, как девушка, А после бурлит и сечет, как кнутами. Не душа, которая бичует свое тело до ужаса, до смерти, Но я то, что приходит незримо и поет, и поет, и поет, Я то, что лепечет в ручьях, я то, что шумит дождем, Я то, что ведомо птицам, в чаще, по вечерам и утрам, Я то, что знают морские пески и шипящие волны, И знамя, и этот длинный флажок, которые плещутся-бьются вверху. Ребенок Отец, оно живое — оно многолюдное — у него есть дети, Мне кажется, сейчас оно говорит со своими детьми, Да, я слышу — оно и со мной говорит — о, это так чудесно! Смотри, оно ширится, — и так быстро растет — о, посмотри, отец, Оно так разрослось, что закрыло собою все небо. вернуться

163

1861год — год начала Гражданской войны в США.

вернуться

164

…в синей одежде… — Войска Союза (северян) носили форму синего цвета.

вернуться

165

Песня знамени на утренней заре. — Флаг — в оригинале вымпел (Pennant).