– Отец сильно ошибся, чтобы приблизить Аделину недостаточно красивого личика и дорогих подарков. – Задумался Теодор. – Она ценит ум, но и этого недостаточно. Насколько мне известно, Сандра всегда и во всём поддерживала Аделину, во всяком случае, пока её не объявили предателем. Думаю, даже спустя столько лет, королеве очень её не хватает, ведь она родилась младшей сестрой, о которой всегда заботились, а в итоге осталась совсем одна. Это и есть уязвимость Аделины, если я смогу хоть немного заменить ей сестру, то дело будет сделано. К тому же сейчас самый подходящий момент, все эти её перепады настроения говорят лишь о том, что она уже на пределе. Хотя, не мудрено, что правление так сложно ей даётся, с её-то добрым наивным сердцем…

– Чёрт! Я опять повела себя как дура… – Думала Аделина, небрежно уткнувшись лицом в кровать. – Ещё этот проклятый шкаф… И угораздило же Теодора подойти так близко, как будто целовать меня решил… Хотя он то тут причём, ну подошел он близко, ну и что с того?! Это я не должна была реагировать как озабоченная, и что на меня нашло… И о чём я вообще думаю!? Он союзник, у нас общие цели, и всё! Чёрт! Я только что сказала, что из меня никудышная королева, а значит и никудышный союзник, чёрт, чёрт, чёрт!!! Всё, теперь я точно буду держать себя в руках, больше никаких соплей. Всё!

2-12

Сандра, деревня касты целителей.

С тех пор как Сандру снова заперли в захолустной деревянной хижине, прошло уже около часа. За это время тихая деревенька превратилась в шумный «улей» с постоянно-нарастающим гулом, дверь в хижину неожиданно обзавелась замком и охраной, а недавно мирные жители, принялись выкрикивать протесты и злобные фразы.

– Похоже, мне уже отсюда не выбраться. – Сидя на кровати и вслушиваясь в гул толпы, тихо проговорила прорицательница. – Чтож, во всяком случае, я пыталась...

Страх смерти многолик, у одних это неистовое желание жить, у других, простое желание доделать начатое перед уходом, одни цепляются за жизнь всеми силами, другие приняли свою участь. Пока Сандра не смирилась, вся её жизнь напоминала непроходимое болото, где что бы она ни делала, свет всё ровно безвозвратно исчезал, сменяясь лишь отчаянием. Она хотела искупить грехи, защитить близких, изменить мир к лучшему, но как бы не старалась, эти мечты приносили ей лишь боль и разочарование. Вчерашняя попытка самоубийства была не первой, но в отличие от всех прошлых попыток имела все шансы стать последней. Именно вчера Сандру оставила последняя капля надежды, которая раньше рождала сомнения и не давала опуститься ножу. Именно вчера она перестала цепляться за жизнь, смирившись, что её мечты несбыточны, а жизнь больше никогда не наладится. И именно вчера, она похоронила свою душу вместе со всеми желаниями, мечтами, и надеждами. Теперь, единственный страх который Сандра может чувствовать – это слабое, неохотное, опасение, что ей не удастся доделать начатое перед уходом. В мыслях, она бы наверно и рада отнестись к этому серьёзнее, не как к чувству необязательного долга, но к сожалению её душа уже не отзывается на этот крик. Тело чудом избежало острия, но душа уже полностью смирилась с погибелью, а значит - уже мертва. Внутри не осталось даже боли, не осталось ничего.

Неожиданно за дверью послышались звуки открывающегося замка, а затем в комнату вошла девочка лет шестнадцати на вид. В её бирюзовых глазах не было ни страха, ни презрения, она лишь молча, поставила поднос с едой и водой на стол, и тут же поспешила к выходу.

– Подожди. – Тихо произнесла прорицательница. – Можно с тобой немного поговорить?

– Отец велел с вами не разговаривать, простите. – Холодно ответила девочка.

– Скажи хотя-бы что там происходит, прошу.

– Разве вы сами не слышите? Они вам не верят, и отказываются покидать свои дома. С самого начала все знали, что появление чужака не сулит ничего хорошего, а вы своими предсказаниями - лишь подлили масла в огонь.

– …Ты тоже думаешь, что во всём происходящем, виновата только я?

– Не знаю… – Впервые девочка показала хоть какую-то эмоцию. – Дедушка думает, что вы пришли нас спасти, отец уверен, что это вы накликали беду, а остальные считают, что ваши слова - ложь.

– А как зовут твоего дедушку?

– Его зовут Аронтиф, это он проводил вас в святилище.

– Ясно… Спасибо… Извини что задержала. – Задумалась Сандра.

– Не извиняйтесь. – Шагая к выходу неохотно проговорила девочка, но потом в самый последний момент остановилась. – Это место никогда не было таким, мы как будто уже не семья, а чужаки друг другу. Не ваша вина, что вы здесь оказались, но именно из-за вас между нами теперь раздор.

– Если бы я промолчала о ведении, то обрекла бы вас на гибель.

– Даже если это правда, чего вы добились своими словами?

– Я сделала только хуже. – Без доли эмоций начала Сандра. – Но это ваш выбор. Мне уже давно надо было понять, что есть вещи, которые я не в силах изменить.

– Мы до сих пор живы только потому что держались вместе, но теперь, благодаря вам, мы порознь.

2-13

Аренхолд, король Ольгерд.

Орден красного феникса сдержал своё обещание, впредь, король юга и его семья свободны от власти братства. Вместе с немногочисленной армией в двести человек, они укрылись далеко за пустыней на юге, соорудив небольшой «походный» лагерь.

– Ваше величество, к нам прибыл посол из Мэнгорна. – Пройдя в королевский шатёр, донёс один их подданных.

Король Ольгерд, как обычно, стоял около карты, и вместе со своими ближайшими помощниками активно обсуждал план действий. Несмотря на истощённый голос и большие мешки под глазами, услышав о приходе посла, король тут же попросил всех покинуть шатёр, а затем незамедлительно пригласил «неожиданного» гостя.

– Приветствую вас король юга. – Низко поклонился посол. – Главмагистр рад вашему возвращению, и желает вам долгого правления.

– Давайте без лишних слов посол, я не буду спрашивать, как вы меня нашли, но мне очень интересно зачем. Так же, прежде чем говорить, прошу предоставить доказательства вашей принадлежности к Мэнгорну.

– Прошу. – Произнёс посол, передав Ольгерду запечатанный свиток.

– Чтож, хорошо. Теперь ответьте на мой вопрос, посол.

– То, что я сейчас скажу – должно остаться в тайне ваше величество. Мой повелитель планирует в скором времени напасть на Веленгельм, и ищет союзников в этой войне. Если вы согласитесь создать альянс, мы гарантируем, что ваши войны ни в чём не будут нуждаться.

– Как союзник, что я конкретно должен буду сделать?

– Мы поможем вам вернуть Аренхолд, но взамен, вы обеспечите боевую поддержку в сражениях за Веленгельм, не претендуя на земли Веленгельма, или на какие-либо трофеи оного.

– Боевая поддержка подразумевает сражение бок обок, верно я понимаю?

– Естественно. Воины останутся под вашим командованием, и не будут сражаться в одиночку на передовой.

– Мне нужно обсудить это с советниками.

– Я зайду через час, надеюсь, этого времени хватит?

– Вполне.

– Тогда, с вашего позволения, я подожду в лагере. – Поклонившись, произнёс посол, а затем достал два средних мешка золота из сумки и поставил их на стол. – Это дары от моего повелителя.

2-14

Аделина, за стенами замка.

Чтобы не выделяться, Аделина надела повседневное зелёное платье, сняла все дорогие украшения, и надела потрёпанные сапоги, в которых она обычно ходила в конюшню. Учитывая, что почти никто из простолюдинов не видел королеву в лицо - этого должно было быть вполне достаточно, однако перед самым выходом Теодор прибавил к «маскировке» ещё и серую накидку с капюшоном. Неизвестно где он её достал, но она как нельзя кстати дополняла образ скромной зажиточной крестьянки из дальнего пригорода.

Вначале Аделине очень нравилось за стеной, Теодор сводил её на ярмарку, накупил кучу сувениров, показал выступление приезжих акробатов. За стеной люди казались более счастливыми, открытыми, искренними, однако, даже в гуще веселья, королеве постоянно попадались отголоски «другой» жизни, не весёлой и не искренней, полной отчаяния и страха за будущее. Одетые в лохмотья дети просящие кусок хлеба, худые женщины без капли жизни в глазах безысходно шатающиеся по рынку – всё это не было исключением или единичным случаем, скорее наоборот, единицы тут были счастливы.