Всеобщее молчание; все глаза устремлены на Иоанну; она стоит неподвижно.

Агнеса

Она молчит!

Тибо

   Она должна молчать Пред именем, пред коим ад и небо Безмолвствуют. Она — святая, небом Нам посланная? Нет, на месте страшном, Под деревом волшебным, где издревле Нечистый дух гнездится, было все Придумано; там вечность продала Она врагу, чтоб славою минутной Здесь, на земле, ее он возвеличил.

Герцог

Ужасно!.. Но отцу поверить должно; Отцу ли дочь свою оклеветать!

Дюнуа

Безумец, кто жестокому безумцу, Губящему детей своих, поверит?

Агнеса

(к Иоанне)

Ах! отвечай; молю тебя, прерви Ужасное твое молчанье; мы Не усомнимся; нас единым словом Из уст твоих ты можешь убедить; Но отвечай; отвергни клевету, Скажи, что ты невинна, и поверим.

Иоанна молчит.

(Агнеса отступает от нее с ужасом)

Ла Гир

Она испугана; внезапный ужас Сковал язык ее; сам божий ангел От клеветы такой оцепенеет… Приди в себя, очувствуйся; невинность Имеет взгляд непобедимо сильный; Как молния, сразит он клевету; Иоанна, подыми свой чистый взор, Воздвигнися во гневе благородном, Чтоб пристыдить, чтоб наказать сомненье, Срамящее святую добродетель.

Иоанна молчит; Ла Гир, ужаснувшись, отступает; движение в народе увеличивается.

Дюнуа

Почто дрожит народ? Чего страшатся Вожди и рыцари? Она невинна. Я княжеским моим ручаюсь словом; И здесь бросаю я перчатку; кто Отважится назвать ее виновной?

Сильный удар грома; все трепещут.

Тибо

От имени гремящего там бога Я говорю: Иоанна, отвечай, Скажи, что ты невинна, что врага * Нет в сердце у тебя * , и в клевете Изобличи отца.

Другой, сильнейший удар; народ разбегается во все стороны.

Герцог

    О! защити, Создатель, нас! какие страшны знаки!

Дю Шатель

(королю)

Уйдите, государь.

Архиепископ

    Я вопрошаю Во имя бога: что велит тебе Молчать — твоя невинность иль вина? Ты слышала гремящий божий голос? Возьми сей крест — когда он за тебя.

Иоанна стоит неподвижно; новые сильные удары грома; король, Агнеса, архиепископ, герцог, Ла Гир и Дю Шатель уходят.

Явление XII

Дюнуа, Иоанна.

Дюнуа

Иоанна, я назвал тебя невестой; Я с первого тебе поверил взгляда; Так думаю я и теперь; я верю Иоанне более, чем этим знакам, Чем говорящему на небе грому. Понятно мне молчание твое: То благородный гнев; себя закрыв Святой невинностью, ты подозренью Презренному не хочешь дать ответа; Пренебреги его — но мне откройся; Я в чистоте твоей не усомнился; Не говори ни слова; дай лишь руку В залог, что ты себя моей руке И делу правому вверяешь смело.

(Он подает ей руку; она отворачивается с трепетом; Дюнуа смотрит на нее в изумлении и ужасе)

Явление XIII

Иоанна, Дю Шатель, Дюнуа, потом Раймонд.

Дю Шатель

Иоанна д'Арк, король тебе позволил Покинуть Реймс; тебе отворены Ворота; не страшись — никто тебя Не оскорбит; король твоя защита… Граф Дюнуа, вам быть здесь неприлично; Какой конец!..

Он уходит; Дюнуа несколько времени молчит, потом бросает взгляд на Иоанну и медленно удаляется; Иоанна остается одна; наконец является Раймонд; он останавливается в отдалении, смотрит на нее в горестном молчании; потом подходит к ней и берет ее за руку.

Раймонд

   Воспользуйся минутой; На улицах все пусто; дай мне руку; Иди за мной; я буду твой защитник.

При взгляде на него она подает первый знак чувства; смотрит быстро ему в лицо, потом на небо; потом с живостью берет его за руку, и они уходят.

Действие пятое

Явление I

Густой, дикий лес; вдали хижина угольщика; темно; ужасная гроза; слышны выстрелы. Угольщик и его жена.

Угольщик

Какая сильная гроза! все небо В огне; среди бела дня ночь, и страшно Бушует ветер. Видишь ли, как гнутся Деревья, как бунтуют их вершины? И эта на небе война — пред нею И дикий зверь смиряется и робко В свой темный лог уходит — лишь одних Людей она не может усмирить: Сквозь шум грозы, сквозь гром и вихорь слышны Мне выстрелы; и оба войска так Одно к другому близко, что теперь Лишь только этот лес их разделяет; Того и жди, что битва загорится.

Жена

Помилуй нас, господь; враги разбиты Уж наголову были; отчего ж Они опять так сделались отважны?

Угольщик

Уж им теперь король наш не опасен; С тех пор как дева стала в Реймсе ведьмой, Нечистый дух нам боле не помощник, И все пошло вверх дном. вернутьсявернуться