— А где наши лошади? — спросил стражника Нэт.

— Они в другом месте, — ответил карлик.

— Веди нас к ним, — распорядился Нэт.

— Они находятся в кормовом отсеке, там продовольственные склады, и моих соплеменников там сейчас побольше, чем здесь. И возможно, часть лошадей уже зарезали. — Предупредил людей проводник, страшась за свою жизнь.

Все переглянулись. Посовещавшись немного, друзья решили, что лошадьми придется пожертвовать. Но этим общим решением осталась очень недовольна Сандра, и без того лишившаяся своего верного двуручника (хотя зачем коротышкам-кобольдам понадобился здоровенный двуручный меч было непонятно, может быть на переплавку.). Она заявила, что не отдаст своего Верного, с которым через многое вместе прошла, на съедение и никуда не уйдет отсюда без него. И если никто больше не хочет идти спасать коней, хотя бы тех, что пока еще живы, то она пойдет одна и будет убивать карликов голыми руками.

— Тогда и я пойду с Сенди, — вздохнув, сказал всем Ален, жених воинственной невесты, хотя он тоже лишился своего меча, с которым прошел через многие схватки, и которого ему было очень жаль.

Пришлось всем согласиться идти в кормовой отсек. Не отпускать же, в самом деле, друзей туда вдвоем. Но тут Эдвин попросил всех подождать немного и, поднапрягшись, вызвал остальные мечи и кинжалы. Их быстро расхватали и отряд, подхватив мешки с седлами, хотя нести и то и другое было тяжело, не задерживаясь более, отправился вызволять лошадей. Они некоторое время поплутали по проходам, ведомые своим проводником и, наконец, оказались на месте. Кобольдов здесь действительно оказалось довольно много, но в основном это были женщины, которые увидев людей, онемели от неожиданности, и застыли. Чем люди и воспользовались. Они предупредили карликов о том, что если те начнут кричать и звать на помощь, то воины будут вынуждены убить их. Кобольды все поняли правильно, поэтому обе стороны быстро пришли к согласию.

Карлики подали людям веревки, которыми их же и связали, а потом засунули во рты кляпы. Одного кобольда оставили пока на свободе, чтобы он отвел их к лошадям. Что тот и сделал. К сожалению живых коней осталось мало, всего восемь, но скакун Сандры был к ее облегчению, среди них. Теперь отряду оставалось только выйти из этого подгорного королевства на свет божий, чем они и занялись. Идти им всем было достаточно легко, так как их проводник вел отряд такой дорогой, по которой могли пройти даже лошади. И она оказалась значительно короче той, по которой они шли в первый раз.

По дороге раза три пришлось подраться с воинами кобольдов. Но их успешно одолели и, наконец, они подошли к стене, которую кобольд открыл, на что-то нажав. Отряд вышел на тропу, ниже той пещеры, где его захватили хозяева здешних мест. Люди были уверены в том, что карлик, помня о том, что с ним будет в случае обмана, вывел их на нужную им сторону. Поэтому они отпустили его с миром, дав ему на прощанье пару золотых, чем его изрядно удивили и обрадовали. Но, все же, все решили, на всякий случай проверить там они, где надо или нет.

16

В этот час было уже светло, и они могли хорошенько осмотреться. Все сразу увидели, что местность вокруг не та, что была там, где они начинали подниматься в гору. Склон был почти лысым, вернее деревья, конечно, здесь тоже росли, но совсем не так густо, как на противоположной стороне. Но это еще ничего не значило. Перевалов и троп, о которых они не знали, могло быть несколько. И отряд решил пройти к ближайшему поселению и обо всем подробно разузнать. Тем более, что им срочно нужен был целитель. Эдвину было очень плохо, хотя он, как всегда, держался и старался не подавать виду. Только вот, его друзья не были слепыми. Он был на высоте, но их обмануть ему не удалось.

Они начали спускаться, но через некоторое время, повернув вслед за виляющей тропой и увидев с этого места ее конец, они обнаружили, что этот перевал охраняет маленькая застава имперцев. Она полностью перекрывала единственную здесь тропу и отряду волей-неволей необходимо было зайти на огороженную территорию, занимаемую имперской воинской частью, не зная, есть ли там колдун и какова численность гарнизона — смогут ли они в случае неблагоприятного для них развития ситуации, сразиться с имперскими воинами и победить. А ведь Эдвин был плох, и неясно было, сможет ли он вступить в схватку с колдуном в таком состоянии, хотя хорошо зная принца, никто нисколько не сомневался в том, что он обязательно попытается.

Другой вопрос, получится ли у него на этот раз сразить гильдейца или нет. Но, не имея понятия обо всем вышеперечисленном, и надеясь, что судьба к ним сейчас будет благосклонна, все решили сначала попробовать договориться с имперцами миром, особенно если на этой заставе не имелось колдуна или розыскных листов, которые по правде говоря, вряд ли могли попасть в такую глухомань, как отдаленная маленькая крепость. Так что у их надежды были все основания иметь место. Хотя для пущей безопасности, можно было, конечно, попытаться изобразить из себя велеринцев-купцов с охраной, которые едут торговать в королевство. Но, к сожалению, у них совсем не было какого-либо товара, который можно было бы перевезти через перевал. Разве что найденные в хранилище волшебные предметы. Но вот ими-то совсем не хотелось светить. Да и это вообще могло выйти им боком, ведь им намеренно или случайно могли устроить проверку, заговорив с ними на велеринском языке, а из леорнийцев его знал только Эдвин. Да и их всеобщий, на слух имперцев, по словам Вила и Леры, звучал с легким акцентом.

Конечно, можно было бы сказать, что эти воины все из Леорнии, но это выглядело бы странно — зачем для охраны товара и их владельцев купцы пригласили для такого, довольно опасного предприятия, чужеземцев, когда везде полно своих наемников. К тому же один из двух имеющихся у них настоящих купцов, которым и роль-то особенно не нужно было бы играть, все же был подданным короля, а не императора, и якобы родного для него языка не знал. И поймав членов отряда на обмане, им могли больше ни в чем не поверить и совсем перестать им доверять. Их вообще могли принять за шпионов, со всеми вытекающими из этого последствиями. И это могло привести к схватке, чего всем очень хотелось избежать. Так что лучше было сказать воинам гарнизона, а главное их командиру правду о том, что большинство членов отряда являются леорнийцами, хотя это было не совсем так, и они возвращаются к себе домой. Только надо было придумать убедительную причину их посещения Велерина.

Они некоторое время думали, но никому никак не приходило в голову ничего стоящего, не говорить же имперцам правду. И тут Ник сказал, что все же можно сообщить имперцам, о том, что они являются купцами с охраной. Только они возвращаются после успешной торговли в королевство, сумев расторговать весь свой товар. А то, что среди них так много женщин, то это от того, что купцовы жены пожелали ехать вместе со своими мужьями, не желая из ревности отпускать их одних так надолго, а другие девушки являются невестами своих леорнийских женихов, дожидавшимися их в империи. И ничего удивительного в том, что их так много нет. Ведь наемники и телохранители люди вольные, и где только не бывают. Вот и познакомились в империи с этими красотками, слюбились с ними и договорились пожениться, тем более что их родители не были против этого. А теперь, узнав от купцов, которые набирали себе охрану, о том, что они едут торговать в империю, подрядились отправиться с ними в такой дальний путь, чтобы заодно забрать из Велерина своих невест и сыграть на своей родине веселые свадьбы. Благо, что маршрут купцов почти совпадал с расположением тех городов, где проживали девушки.

А то, что среди них есть раненый, объяснить можно было тем, что еще до того, как они подъехали к горам, на них напали разбойники, и им пришлось принять бой и повезло отбиться. Конечно, сражались охранники купцов, которых должны были, само собой, изобразить Эвен и Тэо, тем более, что и изображать бы ничего не пришлось, поскольку они ими и являются. У них даже денег при себе много, особенно тех, что взяла с собой Аманда, уезжая из маркизата. Так что, если и это понадобится для проверки их слов, хотя это и сомнительно, то им будет что предъявить. Но вряд ли до этого дойдет, если им в целом поверят.