Но вот происходит переоценка этой простой пищи («Горе наше — ржаная/гречневая каша, а посл бы и такой, да нет никакой» — ПРН, с. 87; каша, манная каша«простак, простофиля» — СРНГ 13. с. 148. ср. размазня)и буквализация фигуры самохваления, и пословица переиначивается: Овсяная каша сама себя хвалит, а гречневую люди( Мудрое сл.. с. 90) — здесь гречневая каша в противоположность овсяной достойна похвалы, ср. в Записках блокадного человека (1) Лидии Гинзбург:
— Мои-то раньше были не дай бог. Вдруг гречневой каши не хотят. Свари им овсянку. И суп овсяный, и кашу.ЙЙЙ
Семья так хорошо жила, чтодети в порядке чудачества (с жиру, как прежде господа ели ржаной хлеб) требовали не лучшего, а того, что похуже, — вот подводная тема рассказа о гречневой и овсянке.
— но ведь раньше она была выше похвал; пословица переосмысляется; Грешнева каша самасебя хвалит:я-де смаслом хороша( Р. посл, логов ., с. 80, ср. Овсяная каша хвалилась, будтос коровьим маслом родилась— РПП,с. 102, или Калина сама себя хвалила: я с медом хороша— Ленингр. обл.,1443) — вслед за овсяной кашей гречневая становится самохвалкой и попадает в один ряд со всякой харей или жабой («Всякая харя/жаба (сама) себя хвалит» — ПРН,с. 735. ср. у Достоевского о Фоме Опискине: «Его не хвалили — так он сам себя начал хвалить.» — Село СтепанчиковоЙЙЙ . 1.1). Так же переосмыслено, принято за правду ходячее сам (а) себя высек(ла),злорадно применяемое к тому, чьи козни обернулись против него самого, хотя смешная фраза городничего ( Ревизор , 4.15: «Унтер-офицерша налгала вам, будто бы я ее высек; она врет, ей-Богу врет. Она сама себя высекла.») доводит до нелепости ответ «Это само сломалось» провинившегося ребенка, а унтер-офицерская вдова ничего не злоумышляла. (↓1: Еще раз «закон тождества».)
б23: Еще примеры на «Если никто, то сам».У Гончарова ( Обломов,1.1 и 4.5): «ЙЙЙВот спинка-то у дивана до сих пор не починена; что б тебе призвать столяра да починить? Ведь ты же изломал. — Я не ломал, — отвечал Захар, — она сама изломалась; не век же ей быть: надо когда-нибудь и изломаться.» «ЙЙЙМальчишки, должно быть, разорвали: дрался — признавайся? — Нет, маменька, это само разорвалось! — сказал Ваня.» У Пришвина ( Кащеева цепь. 1): «— Борону ты сломал? — Я? Лопни мои глаза, провалиться на месте, ежели я. — Кто же сломал? — Сама сломалась.» Снова Достоевский:
— Кто тебе показывал? Кто смел показать?
— Я сама видела, — отвечала Катя решительно.
— Ну, хорошо! Ты не скажешь на других, я тебя знаю.
Кто у нас тогда первый начал?
Никто. Само началось с первого шага.
( Неточка Незванова,5. и Кроткая.1.4). А вот грамматический пример: страдательное значение возвратного — ся или датского — s: sig «себя» возникло по тому же правилу — действие совершает над собой сам объект действия, если деятель отсутствует в кругозоре говорящего. Подтвердить это может искусственность и вторичность трехчленной страдательной конструкции сравнительно с двучленной. (↓1: К возвратно-страдательному -ся.)
б24: Если никто, то все.Близкий ответу «само получилось» способ отпереться это сказать, что все виноваты, например у Лескова: «ЙЙЙВедь тут уж все были? — Все. — И все, должно быть, били? — Должно, что так. — И ты поукладил? — Нет, я не бил. — Ну а кто же бил? — Все били. — А ты никого не заприметил? — Никого.» ( Язвительный, 7) или «Бросали сало? — отнесся к нему директор. — Да, да. — пролепетал ему мальчик. — Кто бросал? — Я не знаю… все… — Все? стало быть, и ты? — Я, нет, не я. — Я не знаю кто.» ( Смехи горе, 16). «В миру виноватого нет», «Где все виноваты, там никто не виноват» ( ПРН , с. 405. и РПП , с. 71), вообще «Если и только если никто (в отдельности), то все (как один)». По этому правилу могут быть получены и неопределенно-личные формы множественного числа, ср. говорят, параллельное страдательному говорится,и «в общей бане слышали» (см. Лесков. Интересные мужчины,17) — в ином месте, где все инаковы-одинаковы. Наконец, есть более общее правило «Если и только если никто, то иной». по которому сваливают вину на «козла отпущения» (уже дети, см. К. Чуковский. От двух до пяти . 1.8) и которое дает выражения вроде А кто знает, Пушкин?или Бог знает.пословицу Мир один Бог судитиз пословицы На мир и суда нет. Мир несудим,ср. сложение Мир никем не судится, одним Богом,сюда же Никто не может, так Бог поможет( ПРН , с. 404 и 36: СВРЯ . ст. Мiр), или слово одинв неопределенном смысле «некий». (↓1: К инакости бани. — 2: К Мир один Бог судит.)
б25: Иначенье Пушкина.Булгаковский управдом Никанор Иванович «до своего сна совершенно не зналпроизведений поэта Пушкина, но самого его знал прекрасно и ежедневно по несколько разпроизносил фразы вроде: „А за квартиру Пушкин платить будет?“ или „Лампочку на лестнице, стало быть, Пушкин вывинтил?“, „Нефть, стало быть, Пушкин покупать будет?“» (ср. послевоенное «ЙЙЙГражданин, а интересно, кто. Пушкин возьмет билет? — неожиданно сказал сзади кондуктор.» — Ямпольский, Московская улица , 12); после своего сна Никанор Иванович уже не спрашивает, а восклицает: «Пусть Пушкин им сдает валюту. Нету!» ( Мастер и Маргарита , 15). Такие фразы используют правило «Если никто, то Пушкин», частный случай правила « Если(и только если) никто, то иной»; от поэта Александра Пушкина в них остается чистый иной — один, но и другой, единственный и не как все, некто-никто. Фольклорное иначенье Пушкина в противоположность высокому иначенью у писателей — «Пушкин — наше всё» Аполлона Григорьева, Пушкин как русский «всечеловек» в речи Достоевского — снижает, «карнавализует» его (по слову Бахтина в Эпосе и романе , ВЛЭ, с. 467, о «карнавализа-ции легенд» вокруг Сократа, Данте. Пушкина). В детстве я слышал анекдот АТ 1528 Сокол/соловей под шляпой с Пушкиным вместо хитрого мужика. К фольклорной Пушкиниане примыкают Анегдоты из жизни Пушкина , Пушкин и Гоголь и О Пушкине Хармса. Вот стихотворение Евгения Кропивницкого (1940):
Ода Пушкину. Поэт Всеобъемлющий, и нет. Нет поэта равного. Слава, слава славному. Из поэтов главному. Слава многоликому Пушкину великому!— насмешка над юбилейными славословиями. Гоголь, сказавший, что Пушкин «есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа: это русской человек в его развитии, в каком он, может быть, явится чрез двести лет», в той же статье Несколько слов о Пушкине сделал примечание о хождении под его именем «множества самых нелепых стихов»; как раз такие стихи приписывает Пушкину Поприщин ( Записки сумасшедшего , под 4-ым октября), ср. хлестаковского Пушкина: Ревизор , 3.6. Хлестаков и сам списан с Пушкина, по догадке Абрама Терца (А. Синявского) и, параллельно М. Будыко в Путеш. врем ., с. 219—27, сюда же Д. Галковский, Бесконечный тупик , 137 и 185. Рассказ Битова Фотография Пушкина (1799–2099) тоже знает «карнавализованного» Пушкина. (↓1: Пушкин и Сенька Попов, — 2: Анекдоты про Пушкина.)