- Ладно-ладно, я виновата! Признаю, идея просить Лекса и идти к Деланье, была, мягко говоря, не самой удачной. Но, прошлого-то уже, всё равно, не вернуть. Что сделано, то сделано.

- То есть, ты мне предлагаешь закрыть на произошедшее глаза и забыть об этом? Ну, уж нет. Я не могу спустить то, что ты ослушалась меня.

«Так и знала, что этим всё и закончится, – обречённо подумала я. – Но, Кай, своими тираническими замашками, меня ужасно бесит! Интересно, смогу ли я когда-нибудь с этим смириться? Не знаю. Но, даже если мы и расстанемся когда-нибудь, то я, всё равно, останусь его марионеткой».

- И что же ты сделаешь? – вслух спросила я.

- Пойдёшь со мной на ужин, к моим родителям, – ответил Кай. – Я хотел отказаться от этого приглашения, но… Так как ты терпеть не можешь вечерние платья, плохо знаешь правила этикета (если, вообще, их знаешь), путаешься в столовых приборах и, вряд ли, умеешь поддерживать разговор с людьми из высшего света… для тебя это будет достаточным наказанием.

- Знаешь, у тебя не только замашки тирана есть, но и замашки садиста. Ты ведь сам не ладишь со своими родителями. Получается, что ты и сам себя вместе со мной наказываешь.

- Потерпеть их один вечер труда не составит. Зато, мне доставит огромное удовольствие видеть, как ты выпутываешься из какой-нибудь неловкой ситуации, в которую, наверняка, попадёшь.

- С тобой всё ясно, – вздохнула я. – Но, может, ты мне ответишь, наконец, откуда ты узнал о видениях?

- Рассказал Келлер. Сказал, что после того, как он влез в твою память, ты будешь видеть сцены из своего прошлого. Так, что ты видела?

А у меня в этот момент появилось какое-то неприятное чувство. Как будто что-то происходит неправильно. Не так, как надо. Наверное, это и означает чувствовать, когда твой кукловод что-то скрывает.

- Ты чего-то не договариваешь, – произнесла я. – Что?

- Я не думаю, что тебе стоит это знать.

- А может, я сама решу – стоит или нет? В конце концов, это ведь меня касается.

- Я уже сказал, что не стоит, – твёрдо сказал Макфей. – По крайней мере, не сейчас. Хватит с тебя и того, что я тебе рассказал о том, что мне сказал Шейн.

Спорить с Каем – это, всё равно, что биться головой о стену. Занятие болезненное и бесполезное. Поэтому, допытываться дальше я не стала. Когда он решит, что надо, тогда и расскажет. Мне же остаётся только ждать.

- Так, что ты видела? – спросил Кай.

- Саму себя. Такой, какой я была лет пять назад. Я была в какой-то грязной одежде, с пятнами, похожими на кровь. И я сказала… сказала…

- Что? – нетерпеливо сказал кукловод.

- Я не знаю, к кому я сама обращалась, но фраза была такой: «Ты не сможет ничего сделать. Не сможет стать для него тем, кем желаешь стать. Не сможешь! Потому что ты сама уничтожила всё!».

- И что это могло значить?

- Если бы я знала. Но, может, всё прояснится, когда видение появится в следующий раз? По крайней мере, теперь я точно знаю, почему вижу своё прошлое.

- Не нравится мне всё это. А особенно, не нравится интерес Мейснера к тебе.

- Он же уже объяснил, почему он ходит со мной, – пожав плечами, ответила я. – Всё из-за того, что Саварис Кавэлли нанял его.

- Называешь своего отца по имени?

- А как мне его ещё называть? Папой? Я его даже не знаю! И я ещё не до конца уверена, что он мой отец, несмотря на заверения Лекса, что это так. Зато, теперь мне известно, почему Лекса привлекает моя кровь.

- Рад за тебя. А теперь, собирайся и поехали к моим родителям.

- А что? Этот дурацкий ужин уже сегодня?! – ужаснулась я.

- А ты как думала? Заодно, узнаем, что понадобилось от меня моим родителям. Не каждый день они хотят видеть меня дома.

- Может, они просто хотят увидеть тебя, пообщаться? – предположила я.

- Котёнок, не будь такой наивной. Ты прекрасно знаешь о моих отношениях с родителями. Просто так они захотят меня видеть, разве что, лет через сто!

«Раз начал называть «котёнком», значит, уже не так сильно на меня злится. Но, идти к родителям Макфея… На том-то вечере нормально было, так как народу было много и с предками Кая мы, вообще, не общались. Только поздоровались и всё. А в этот раз это будет семейный ужин и разговоров не избежать. Чем же может обернуться этот, на вид, обычный семейный ужин?».

Глава 36.

Глава 36.

- Милене рассказали о её происхождении, – произнёс Анхель, появившись в комнате Ванхама. – С ней-то что делать собираешься? – поинтересовался падший, кивнув на Николь, лежащую без сознания у Винсента на кровати.

- Пока не знаю. Может, отдать её Филиппу? Как думаешь? Одна подруга Милены уже побывала у него, так почему же и второй не погостить у наркодиллера? Думаю, сам Филипп будет очень даже не против. А может, мне самому с ней развлечься?

- Чем эта девчонка тебе так не угодила? – с интересом спросил Анхель.

- Чем? Да, в общем-то, всем. Терпеть не могу девочек, не знающих ничего о реальном мире и которые думают, что абсолютно со всеми можно договориться по-доброму. Эта наивность просто выводит из себя!

- А ещё – она подруга Милены, верно? Вряд ли бы ты обратил на неё внимание, если бы это было не так.

- Возможно, – не стал отрицать Винсент. – К тому же, мне хочется, чтобы Милена страдала. Хочу видеть её плачущее лицо, когда она узнает, что и вторая её подруга пострадала от рук какого-то извращенца. А если она ещё узнает, что это, косвенно, её вина… это, вообще, будет прекрасно!

- Я тебя не понимаю, – покачал головой Анхель. – Ты говорил, что Милена принадлежит тебе. Так в чём смысл причинять вред своей же собственности?

- Удивительно, что именно ты этого не понимаешь, – усмехнулся парень. – Ведь ты сам не лучше меня. Вспомни, как ты обращался со своей Шисуной. Тебе же было абсолютно плевать на её собственной мнение. Ты держал её при себе, подчинил её…

- Да, но умышленно я не заставлял её страдать.

- Умышленно, не умышленно… какая, в сущности, разница? Кроме того, Милена так красива, когда плачет! И Милена, в какой-то мере, заслужила того, чтобы её близкие и она сама страдали.

- Что ты имеешь в виду?

- Она сама виновата во всём, что происходит с ней. Ведь, с одной стороны, я обожаю Милену, но с другой… я ненавижу Адалиссу.

- Адалиссу? А это ещё кто?

- Для тебя это не имеет значения, Анхель, – сказал Винсент. – Ты, всё равно, скоро покинешь мир людей.

- В этом ты прав, но… Мне, всё-таки, интересно, что ты сделаешь с этой Николь?

- Не слишком ли сильно тебя волнует её судьба? Ты, тот, кто проклял многие поколения людей и, вдруг, печёшься о девчонке, которую ты даже не знаешь? Или всё дело в Милене? Анхель, я вызвал тебя, чтобы ты защищал Бэлоу, а не для того, чтобы ты влюблялся в неё!

- А кто говорит о влюблённости? – презрительно хмыкнул Анхель. – Здесь ничего такого нет. Просто… тебе самому-то не кажется, что у Милены, в последнее время, и так много стрессов? Ещё один серьёзный и ты лишишься своей игрушки. Психика людей, знаешь ли, очень ранима. Потом будешь её в комнате с мягкими стенами навещать.

- Хм, доля истины в твоих словах есть, – задумчиво протянул Ванхам. – Ладно, оставлю пока эту девчонку при себе. А ты возвращайся к своим должностным обязанностям. А то Милена сейчас к Макфеям пойдёт, а там всякое может случиться.

- Я могу обойтись и без твоих напоминаний, – спокойно сказал падший и ушёл.

- Что-то наглеешь ты, Анхель, в последнее время, – сказал Винсент самому себе. – Похоже, Милена дурно на тебя влияет.

- Где я? – слабо произнесла, пришедшая в себя, Николь.

- О, очнулась, наконец-то.

- Винсент? Что произошло? Я помню, как мы гуляли по улице и… больше ничего.

- Ну, во-первых, ты в моей комнате, а во-вторых… слушай, а ты, правда, всех, кто тебе улыбается и говорит только хорошие слова, считаешь своими друзьями?

- Ты о чём? – с удивлением посмотрела на парня Николь.

- Ты, правда, считаешь меня своим другом?