Древние греки были убеждены, что легендарный Фаэтон (греч.«пылающий») превратился в Утреннюю звезду (Венеру). Аполлодор (II в. до н. э.) считал Фаэтона сыном Тифона. Этого же мнения придерживался и Гесиод. Действительно, если вспомнить гипотезу о происхождении Венеры из недр Юпитера, то Тифон вполне можно назвать папашей.

В «Тифонии» Нонна имеется упоминание о тектонических разрушениях и приливных волнах, доходивших до неба, вызванных сближением Фаэтона с нашей планетой:

Воды потопа, смешавшись с рядами небесных созвездий, Сделали Млечный Путь еще более белым от пены… Скоро и мир перестал бы быть миром, и вспять обращенный Железный век прекратил бы бесплодную связь человеков; Но мановеньем священным Зевса бог синекудрый Режущим землю трезубцем копнул Фессалийскую гору И посредине вершину рассек; в расселину пика Воды блестящие вдруг устремились и ринулись в недра. Скоро, согнав с себя струи идущего с высей потопа, Вновь появилась земля; а когда удалились наплывы, Между глубоких ущелий опять обнажились утесы.

Рис. 95.Кодекс «Мальябекиано»

При сближении с нашей планетой Фаэтон (Венера) не смог преодолеть «кружащиеся полюса (Земли), и быстрая ось смела его». В результате гравитационного взаимодействия между планетами орбита Земли изменилась, то есть увеличился эксцентриситет ее орбиты.

В кодексе «Мальябекиано» имеется рисунок, где отображен момент сближения Венеры с нашей планетой. Бог Земли, с початком кукурузы в руке, «поймал» Венеру, эмблема которой находится в правой руке божества. Таким образом, индейский художник изобразил гравитационное взаимодействие между планетами, которое привело к многочисленным катаклизмам на Земле.

Овидий так описывает одно из сближений с Фаэтоном, когда Земля находилась в перигелии, то есть ближайшей к Солнцу точке орбиты:

Полымя землю уже на высотах ее охватило; Щели, рассевшись, дает и сохнет, лишенная соков, Почва, седеют луга, с листвою пылают деревья; Нивы на горе себе доставляют пламени пищу. Мало беды! Города с крепостями великие гибнут Вместе с народами их, обращают в пепел пожары Целые страны. Леса огнем полыхают и горы: Тавр Киликийский в огне, и Тмол с Афоном, и Эта; Ныне сухая, дотоль ключами обильная Ида, Дев приют — Геликон и Гем, еще не Эагров. Вот двойным уж огнем пылает огромная Этна; И двухголовый Парнас, и Кинт, и Эрикс, и Офрис; Снега навек лишены — Родопа, Мимант и Микала, Диндима и Киферон, для действ священных рожденный. Скифии стужа ее не впрок; Кавказ полыхает. Также и Осса, и Пинд, и Олимп, что выше обоих. Альп поднебесных гряда и носители туч Апеннины. Тут увидал Фаэтон со всех сторон запылавший Мир и, не в силах уже стерпеть столь великого жара, Как из глубокой печи горячий вдыхает устами Воздух и чует: под ним раскалилась уже колесница. Пепла, взлетающих искр уже выносить он не в силах, Он задыхается, весь горячим окутанный дымом. Где он и мчится куда — не знает, мраком покрытый Черным как смоль, уносим крылатых коней произволом. Верят, что будто тогда от крови, к поверхности тела Хлынувшей, приобрели черноту эфиопов народы. Ливия стала суха, — вся зноем похищена влага. Волосы пораспустив, тут стали оплакивать нимфы Воды ключей и озер. Беотия кличет Диркею; Аргос — Данаеву дочь; Эфира — Пиренские воды. Рекам, которых брега отстоят друг от друга далеко, Тоже опасность грозит: средь вод Танаис задымился И престарелый Пеней, а там и Каик тевфранийский, И быстроводный Исмен, и с ним Эриманф, что в Псофиде; Ксанф, обреченный опять запылать, и Ликорм желтоватый, Также игривый Меандр с обратно текущей струею, И мигдонийский Мелант, и Эврот, что у Тенара льется; Вот загорелся Евфрат вавилонский, Оронт загорелся, Истр и Фасис, и Ганг, Фермодонт с падением быстрым; Вот закипает Алфей, берега Сперхея пылают; В Таге-реке, от огня растопившись, золото льется, И постоянно брега меонийские славивших песней Птиц опалила речных посредине теченья Каистра. Нил на край света бежал, перепуган, и голову спрятал, Так и доныне она все скрыта, а семь его устий В знойном лежали песке — семь полых долин без потоков. Жребий сушит один исмарийский Гебр со Стримоном, Также и Родан, и Рен, и Пад — гесперийские реки, Тибр, которому власть над целым обещана миром! Трещины почва дала, и в Тартар проник через щели Свет и подземных царя с супругою в ужас приводит. Море сжимается. Вот уж песчаная ныне равнина, Где было море вчера; покрытые раньше водою, Горы встают и число Киклад раскиданных множат. Рыбы бегут в глубину, и гнутым дугою дельфинам Боязно вынестись вверх из воды в привычный им воздух; И бездыханны плывут на спине по поверхности моря Туши тюленьи… Полюса — оба в дыму. А если огонь повредит их, Рухнут и ваши дома. Атлант и тот в затрудненье, Еле уже на плечах наклоненных держит он небо, Если погибнут моря, и земля, и неба палаты, В древний мы Хаос опять замешаемся. То, что осталось…

Перевод С.В. Шервинского

Тавр Киликийский — горы в Малой Азии. Тмол — гора в Лидии, Афон — в Македонии. Гем — Балканы, Кинт — гора на Сицилии, Офрис — гора в Фессалии, Родопа — горы во Фракии. Мимант, Пикала — мыс и гора в Ионии, Диндима — гора во Фригии. Киферон — гора между Латтикой и Беотией. Ливия — Северная Африка. Диркея — источник близ Фив. Эфира — Коринф. Пиренские воды — источник Пирена в Коринфе. Танаис — Дон. Каик — река в Тевфрании (Мизии). Исмен — река в Беотии. Псофида — город в Аркадии. Ксанф (Скамандр) — река в Трое. Ликорм — река в Этолии, Меандр — река в Малой Азии. Мигдонийский — фракийский. Тенор — мыс в Лаконии. Оронт — река в Сирии. Истр — Дунай. Фасис — Риони. Фермодонт — река в Каппадокии. Алфей — река в Элиде, Сперхей — в Фессалии. Брега меонийские — лидийские, в Малой Азии. Каистр — река в Лидии. Гебр, Стримон — реки во Фракии, где находится гора Исмар. Родан — Рона, Реп — Рейн, Пад — По.

В своих трудах Овидий упоминает: «Если верить рассказам, однажды целые сутки прошли без солнца» и заканчивает описание катастрофы, вызванной Фаэтоном: «Заставив всю сотрясаться, от его могучих толчков, она (Земля) опустилась ниже, чем обычно».