Петр I обращал большое внимание на организацию четкого управления войсками. В учреждении им должности «генерал-квартирмейстера» с определенным штатом офицеров можно видеть зачатки современного генерального штаба.

Устав гласил: «Генерал-квартирмейстера требует мудрого, разумного и искусного человека в географии и фортификации, понеже ему надлежит учреждать походы, лагери и, по случаю, фортификации и ретраншементы и над оными надзирание иметь, а особливо при небольших войсках, в которых инженеры обыкновенно под его надзиранием и командою обретаются. А ежели таковой и артиллерию при том же разумеет, то может и оною командовать, а особливо надлежит ему генерально оную землю знать, в которой свое и неприятельское войско обретается. Такожде какие реки, проходы, дифилеи и горы, леса и болота находятся». Причем «когда определится, что войску маршировать и в ином месте стать, которое место ему не весьма знакомо и от неприятеля опасное, тогда осматривает он за день с добрым экскортом кавалерии таковое место, какое положение имеет и какими надежными путями войско туда маршировать может. Еже все оное через своих подчиненных офицеров ландкартой нарисовать и изобразить должен, а при возвращении своем доносить, что при том внимать надлежит, дабы генералитеты наперед не только положение места знать, но и меры свои по тому восприять могли».

В полках, бригадах и дивизиях были введены должности «квартирмейстера». Петр I требовал от командиров частей и соединений документации всех оперативных планов, изучения и описания театра войны, путей сообщений, географического и экономического описания районов предполагаемого театра военных действий. Причем Петр I обращал особенное внимание на изучение опыта войны. Всеми этими вопросами занимались квартирмейстеры, которые должны были иметь «Записную книгу или протокол» и «все походы и бывшие лагери записывать и чертежи оным рисовать». Они должны были поддерживать теснейшую организационную связь с начальниками частей и соединений, быть их ближайшими помощниками. Однако не всем квартирмейстерам удавалось осуществить такую связь вследствие их слабой подготовки.

В практику управления войсками после Нарвского поражения Петр ввел русский язык и для иностранцев, находившихся на русской службе. Он создал командные кадры из русских людей, так как иностранцы не всегда добросовестно служили и не пользовались доверием у солдат. Некоторые из них, как это было при Нарве, изменяли воинскому долгу. Офицеры-иноземцы зачастую не знали ‘русского языка и, будучи очень далекими от нужд солдат, мало заботились об их обучении. Солдаты в свою очередь ненавидели иноземных офицеров.

На основании Устава 1716 г. офицерами могли быть выходцы из различных слоев населения, «ежели таковые люди не только в экзерциции при кавалерии или инфантерии, но и в протчих военных науках, особливо в артиллерии или фортификации обученные, то толь лучше еще могут при некоторых акциях себя оказать и от других, которые в таковых науках неискусны, отличиться и скорее чин получить».

Учрежденный Петром I в 1722 г. «Табель о рангах» являлся венцом петровских реформ не только гражданских учреждений, но и армии. Согласно «Табеля о рангах» все должности разделялись на 14 рангов или классов. В армии это были чины от фендрика (прапорщика) до генерал-фельдмаршала, во флоте — от корабельного комиссара до генерал-адмирала, на гражданской службе — от коллежского секретаря до канцлера. Все чины первых восьми рангов причислялись (с потомством) к дворянству «во всяких достоинствах и авантажах, хотя бы они и никакой породы не были». «Табель о рангах» давал возможность отдельным наиболее способным выходцам из других слоев населения, защищавшим интересы господствующего класса, тоже продвигаться в чинах. Воспользоваться этим, разумеется, могли только единицы. «Табель о рангах» заставил помещиков учиться. Тем самым обеспечивалась подготовка командных кадров для русской армии.

В XVII в. европейские армии, а частично и русская армия, комплектовались посредством вербовки наемников. Петр покончил с такой системой и ввел военную обязанность всего населения, кроме духовенства.

Воинская служба при Петре для дворянства становится повинностью, а не службой за землю, как это было раньше. Состав рядовых формировался из «рекрутов» (так стали называть даточных людей с 1705 г. — Б. Т.) по 1 человеку с определенного количества дворов, после подушной переписи с определенного количества душ (в разные годы разное количество. — Б. Т.).

Первый рекрутский набор был проведен в 1699 г. До 1709 г. наборы проводились ежегодно. В особенности большой набор был в 1705 г.[191] Каждый набор давал в армию до 30–40 тысяч молодых солдат.

Длительная война поглощала очень много людей, на ней немало «перебирали людишек». Наряду с общими наборами Петр I проводил специальные. Так, в 1703 г. призвали в армию всех вольноотпущенных кабальных людей и крепостных, хозяева у которых умерли, а в 1704 г. — московских стрельцов.

Служба в армии была очень тяжелой. Многие, подлежащие приему в солдаты, не только из крестьян, но и из детей дворянских, пытались скрываться от записи в армию. Тут на помощь Петру пришли «прибыльщики и доносители». Брянский дворянин Безобразов донес, что в Брянске и в уезде… «умножилось подьячих и дьяков и прочих нижних чинов, из которых гораздо возможно довольное число набрать в службу в драгуны или в солдаты». Такие же сведения сообщал и князь Трубецкой, получивший за это 500 рублей. Петр издал указ: «Разобрать и годных в службу написать», и впредь запретил постригать в монахи до 60 лет[192].

В армию ежегодно принимались дворянские «недоросли». Одних из них, которые были склонны к учебе, готовили офицерами, а тех, которые не хотели учиться, записывали рядовыми в драгунские полки. Так из «недорослей» в 1704 г. были сформированы драгунские полки.

Таким образом, порядок комплектования офицеров и солдат для русской армии, установленный Петром I, позволил ему создать массовую единообразную по своему национальному составу армию, принципиально отличную от наемных западноевропейских армий. Созданная Петром новая вооруженная организация была прототипом будущих национальных армий Европы, которые возникли только лишь сто лет спустя — после французской буржуазной революции.

Отказавшись от принципа наемных войск, Петр значительные средства мог высвободить для вооружения армии.

О том, насколько введенная Петром военная обязанность населения опередила порядок комплектования, применявшийся в большинстве европейских армий, можно судить по следующим фактам: в Австрии правильный рекрутский набор был установлен лишь с 1722 года, а в Пруссии — лишь с начала XIX века. Принятая Петром система комплектования обеспечивала органическую связь армии со своим народом и государством. Поэтому русская армия обладала более высокими моральными качествами, чем европейские армии. Воспитание солдата и его обучение, построенные на новых принципах, заложенных Петром I, создавали условия для выработки у него стойкости и воли к победе. Высоко поднимая звание солдата, Петр I говорил: «Солдат есть имя общее, знаменитое, солдатом называется первейший генерал и последний рядовой».

В представлении русского солдата служба в армии была прежде всего государственным делом, требующим сознательного к нему отношения.

Петр старался поднять нравственные достоинства солдата и развить в нем не механическое, а сознательное исполнение воинского долга перед Родиной. Это давало возможность применять такие стратегические и тактические формы борьбы, которые были совершенно неприемлемы для наемных армий.

Основным принципом в стратегии Петр I считал «искать неприятеля на его земле», считая обязательным разобщение сил противника и разгром его по частям.

Во время пребывания Карла XII в Польше этот принцип обучения и воспитания внедрялся в русскую армию и был блестяще применен при разгроме шведов.

191

До сих пор вслед за Карцевым («Военно-исторический обзор Северной войны», СПБ, 1851, стр. 68) историки считают, что якобы в 1705 г. было три рекрутских набора. Поскольку был большой набор рекрутов вследствие того, что значительная часть из них укрывалась, Петр I отдавал повторные указы о доборе рекрутов, которые Карцев принял как указы о самостоятельных наборах. Полное собрание законов, т. IV, № 2036; Записки Туманского, ч. II, стр. 265; Н. Г. Устрялов, История царствования Петра Великого, т. IV, ч. II, стр. 644.

192

С. М. Соловьев, История России с древнейших времен, кн. III, стр. 1444.