Ни слезы, ни стоны, ни жалобы, а — сознание необходимости борьбы, горделивое любование своим ненаглядным «героем», жажда разделить с ним классовую страду:

Милый пишет мне письмо: С белыми сражается, С красным орденом домой В отпуск собирается. Кабы были сизы крылушки, Серебряный полет,— Полетела бы я, девушка, К миленочку во флот.

В песенках девушек запечатлена и другая сторона облика красной послеоктябрьской казармы.

Девушки — любят красноармейцев: Золотое-то колечко Только вечером горит, У девченочке сердечко По курсантике болит. Я сидела у окошка Шила милому платок; У милого есть гармошка, А на шапке молоток. То не ветер ветку клонит, Сама ветка клонится; За хорошеньким армейцем Сама девка гонится.

Но за что любят девушки красноармейцев? За их красу? За воинскую удаль, неколебимую решимость одолеть ощетинившегося тред гибелью своею классового врага? И за то, и за это. Но на ряду с этим (а может быть, и главным образом) за то. чего прежде не было и не могло быть. Девушка любит красноармейца вот за что:

Как милого не любить По его портрету: Стала грамоту учить По его совету.

Красноармеец является проводником просвещения! Мало того, смычка города с деревней, без наличия этого вяжущего звена, вряд ли удалась бы нам в полной мере.

V

Нет слез, жалоб и стонов в оставленной красным рекрутом родной деревушке.

Нет их и в вольной казарме.

Сознательный защитник советской власти стоит на страже завоеваний своей революции, каждый момент готов ощетинившемуся врагу дать колючий смертоносный отпор:

Мы изжить хотим напасти, Чтоб покой себе добыть, А врагов советской власти — Били, бьем и будем бить.

Он далек от хвастливого, — «квасного», как говорили в старину, — патриотизма прежней палочной и зубодробительной «солдатчины»: —«шапками закидаем»!!! И, если слышим мы от него —

«Всю Рассею переедем, Всю Европу перейдем: На советы кто полезет — Тому голову свернем!»

то это вовсе не хвастание, а результат пережитого-пере-испытанного. Ему, действительно, приходилось биться и «свертывать головы» представителям чуть-ли не всей Европы. Он бил — чехо-словаков, японцев и американцев в Сибири. Он столкнул в Ледовитый океан — англичан, а в Черное море— французов, греков и итальянцев. Он имеет право на эти горделивые, полные сознания собственной мощи, строки:

Враг на нас все зубы точит, Да грозит из далека — Испытать еще, знать, хочет Крепость красного штыка!

Вот что такое красный воин Союза Советских Социалистических Республик!

А каково отношение к нему массы, — лучше всего раскрывает такая вот частушка:

Вы служите, не тужите, Красные солдатики: Вы теперь нам не чужие, А родные братики.

И в этом — залог крепости, роста и непобедимой несокрушимости армии рабочих и крестьян.

Василий Князев.

ЧАСТУШКИ КРАСНОЙ КАЗАРМЫ

Призыв

Эх ты, Ванюшка — голубчик, Ваня славный побратим, Возьмем, Ваня, по винтовке, Да на белых покатим. Мы с братишкой Ванюшкой Поменялись кольцами; За советску власть в солдаты Идем добровольцами. Собралась нас полна рота Из рабочих батраков — Защищать свои советы От богатых кулаков. Прощай, улица Зеленина, Чайнуха «Куринок» — Ухожу я в стаю Ленина, Веселый паренек. Погуляем, сколько знаем, Покутим сколько хотим; После первых морозцев В Красну армию катим. Запрягай-ка, батька, коней, Тройку карих лошадей, — Провожай сынка в армейцы В город Ладогу скорей. Скоро-ль, скоро-ль повезут По ямбургской дорожке? Скоро-ль, скоро-ль нам дадут Армейские сапожки? Я парнишка-некрутишка, Небольшой, да боевой: Ожидай меня, мамаша, С красным орденом домой!

В красной казарме

С измалетства сбаловался Водку пить, табак курить, — В Красну армию забрали, Перестал теперь дурить. Красна армия велика За три года выросла, Вой с наемным генералом Она честно вынесла. Как теперь почетно стало В Красной армии служить, Для защиты всех трудящих За врагами последить. Мне в деревню неохота, И по милой не тужу, — Добровольцем больше года В Красной армии служу. Меньшевик сказал Чернову: "Открывай торговый склад, Старых русских генералов Отдавай-ка на прокат!» Всю Рассею переедем, Всю Сибирь пешком пройдем, На Советы кто полезет — Тому головы свернем! Мы изжить хотим напасти, Чтоб покой себе добыть, А врагов советской власти Били, бьем и будем бить! Враг на нас все зубы точит Да грозит издалека; Испытать, знать, снова хочет Крепость красного штыка!