Ночью Уходят уступами крыши, Сверкает серебряный снег. Иду я вперед, и все тише Мечты замороженной бег. А месяц над Городом плачет И шлет мне печальный привет: Как я, он в пустыне маячит, Мне призраков страшных и бед… 21 декабря 1906 Орел Ограбленный Гаснут фонарные зраки… В липком рыдающем мраке Идут из трактира гуляки. Им барин навстречу. Во фраке. И окружили его хулиганы, И – нанеся ему тяжкие раны, – Опустошили карманы. Над столицей – как птицы – кружились туманы. Барин присел под забором. Заплакал… «Ах, посадить бы грабителей на кол!» Где-то звонок электрический звякал. Барин ограбленный плакал. 18 января 1907 Москва Улица зимой Волнуется, гудит намокший тротуар, А сверху дрянь валит, ни дождь, ни снег – как сопли. У расписных дверей икающий швейцар, И сразу не поймешь: свинья ли он, холод ли? Из-под заплывших век Глаза его глядят безжизненно-надменно, А перед ним стоит убогий человек, Весь вшивый и смиренный. На красоту витрин, На груды яств и вин, На спаянные кровью вещи Глядит толпа глупцов, А Голод горла их зажал свирепо в клещи И лица расписал кровавостью рубцов. …………………………………………. ………………………………………………….. 18 января 1907 Москва

Стихи 1906-1907 гг.

Мои молитвы Но длань незримо-роковая…Тютчев Свился змей в огневое кольцо Над поруганным, горестным миром, И хочу отвратить я лицо И иным поклониться кумирам. Поклониться сапфирным слезам, Что грустящие звезды роняют, И – войти в многобашенный храм, Где молитвы кристальные тают, Где хранятся любивших сердца В сокровенном от глаз мавзолее… Но поднять не могу я лица И молюсь я жестокому змею. 12 августа 1906 Орел Красные крылья Крылья вестника скорбей.Валерий Брюсов Полет орлов мне люб и ведом, Но не ему меня прельстить, Не полечу за ним я следом И не скручу до Солнца нить! Меня иные крылья манят – Их создает ночная власть, Их взмахи голову туманят, Зовут отмстить, зовут проклясть. То крылья вещего полета, То крылья – «красных петухов», На них из крови позолота, Узор из слез и черепов. И в час, когда про Смерть вещая, Они над Миром пролетят, Я в трепет их свой клич вплетая, Благословлю и Смерть, и Ад! 11 июня 1906 Киев, солнце льет золото в окно Лунное лобзание Месяц нитями хрустальными Ночь застывшую обвил И молитвами печальными Сонный мир заворожил. Свято мертвое лобзание, Чист и светел этот миг, Словно спетый без страдания И без боли гневной стих. 26 июля 1906 Орел, вечер Осенний вечер Час примиренийС миром земли!Валерий Брюсов Зори целуют лицо небосклона, Розовым смехом смеются. Тихие гласы вечернего звона Плавными волнами льются, Сумрак сплетает вверху, над домами Грусти отрадной волокна И фонари голубыми глазами Смотрят в зеркальные окна. Волны прозрачной и ласковой мути Сказкой опутали лица… Сколько покоя в вечерней минуте, В час, когда тихнет столица! 5 октября 1906 Москва Луна Как тихий гроб, из тяжкого отлитый злата, Скользит луна бесшумно в черных небесах. Века плывет она вверху вперед куда-то – И желтый блеск ее вселяет в душу страх. Быть может, в том гробу самоубийцы прах? Быть может, дикий крик погасшего заката Вещал, что близок час и близок челн проклятый И – увидав его, – заря была в слезах? И зажигаю я в душе смущенной свечи, Заупокойные молитвы я твержу, Повитый трауром предчувствий, весь дрожу, Шепча безумные, запутанные речи… А в миг, как из-за штор я в окна погляжу, Вновь вижу тихий гроб, и хлад объемлет плечи. 12-16 октября 1906 Москва * * * Что хрупче вас, мечты о славе? Что тоньше вашего стекла? Подобно сладостной отраве, Вы льетесь в душу и, как мгла, Фатою легкой укрывает Провалы, топи, пустыри, — Так ваша ласка заглушает Рыданья меркнущей зари. Но только мысли встрепенутся, Погаснет ваш неверный свет И в диком вихре понесутся Виденья черных, грозных бед, И клюв в крови моей омочит Печаль — всегдашний спутник мой, И в отдаленьи захохочет Забвенья образ роковой! 29 июня 1906 Киев, робко-голубое, вечернее небо