Действительно, сводки из Разведывательного управления Митрила сообщали, что группа А21 передислоцировалась в тренировочный лагерь для завершения курса боевой подготовки. Теперь становилось ясно, что это не могло быть ничем иным, как дезинформацией.

— Прошу простить за то, что я так необдуманно бросила вас гоняться за «дикими гусями», — извиняющимся тоном проговорила Тереза.

— Это не твоя вина, Тесса, — ответила Мао, довольно неформально. — Думаю, нам пора двигать в зону эвакуации. С твоего разрешения, конечно.

— Да, конечно. Следуйте плану отхода. Мы ждем вас дома.

— Вас поняла. Связь кончаю.

В окошечке, помаргивавшем в верхнем уголке командирского монитора, надпись Урц-2 поменяла цвет с зеленого на красный. Тесса вздохнула и откинулась на спинку кресла.

— Какая жалость.

— Обычное дело, мадам капитан, — вставил старший помощник командира, капитан второго ранга Ричард Мардукас. Длинный и тощий, как селедка, пожилой человек напоминал скорее инженера, чем военного моряка. Его строгие глаза, скрывающиеся за очками в тонкой прямоугольной оправе, устремились на передний экран.

— Для нас это не оправдание, — ответила Тесса, бросив взгляд на аскетический и острый профиль Мардукаса. — В распоряжении группы А21 были бронероботы советского производства, не так ли? Если они сумеют тайком провезти их и выпустить в густонаселенном городе, последствия могут быть ужасными.

— Так точно, мадам капитан. Но мы не всемогущи. Ошибки неизбежны — с этим следует смириться.

— Так говорить безответственно.

Под началом Тессы находилось так много опытных военных специалистов и новейшей боевой техники, что она чувствовала себя обязанной напрягаться изо всех сил, вылезая из кожи, так, словно она и в самом деле пыталась отвечать за все. Неточные разведсводки и порочная стратегия, построенная на их основе, действовали ей на нервы.

— Я не назвал бы это безответственностью. Скорее — гибкостью, — холодно ответил Мардукас.

Внимание Тессы привлек звуковой сигнал.

— Слушаю.

Корабельный искусственный интеллект сообщил синтезированным женским голосом:

— Линия G1. На связи майор Калинин.

Это был вызов от Андрея Сергеевича Калинина, командира десантных сил ТДД. В данный момент он выполнял задание, находясь на территории Японии.

— Подключите.

— Так точно.

Секундой позже включился динамик и низкий, сильный голос Калинина заполнил командный центр.

— Госпожа капитан первого ранга, каковы результаты операции на Филиппинах по уничтожению тренировочного лагеря?

— Полный провал. Интересующая нас террор-группа там никогда не появлялась.

Калинин, судя по голосу, не удивился.

— Вы говорите о А21? Я получил информацию о том, что один из членов группы был арестован в аэропорту Нарита.

— Хорошие новости, — после секундной паузы ответила Тесса. — Но ваш голос звучит мрачнее обычного, майор. В чем дело?

— Вы правы, госпожа капитан. У схваченного парня обнаружена реакция. Та самая.

При этих словах лицо Тессы вытянулось.

— Вы хотите сказать…

— Велика вероятность, что он способен оперировать лямбда-драйвером.

Загадочный аппарат, называющийся лямбда-драйвером, обладал неизмеренной пока еще мощью. Используя сознание оператора в качестве затравки, он был способен выдавать энергетические поля и потоки, сравнимые по мощности с ядерными взрывами. Не стоило и говорить о том, как он мог быть опасен, попав в безответственные руки.

И вот теперь получалось так, что группа беспринципных террористов имела в своем распоряжении специально подготовленного человека, способного управлять этим страшным устройством.

— Он взят под стражу японскими правоохранительными органами, поэтому мы не сможем провести детальное расследование на своей территории. Осмелюсь просить вас прибыть сюда лично, госпожа капитан первого ранга.

— Согласна, — задумчиво ответила она. — Мы немедленно начнем действовать.

Эти слова были последними в зашифрованном радиосеансе.

Но в голове у нее вертелось:

Снова. Кто же такие эти люди? Кому в голову могла прийти мысль использовать эту ужасную вещь?

26 июня, 10:01 (по Гринвичу)

Тёфу, Токио, Япония

Муниципальная старшая школа Дзиндай.

Отразившись от набалдашника металлической биты, белый мяч с резким щелчком влепился в перчатку кэтчера.

— Стра-а-а-айк три! — прокричала одна из девушек, одетых в спортивную форму.

— Уже третий аут? — деловито уточнила судья. — Хорошо, меняемся.

Девочки в поле припустились, чтобы занять свои позиции.

— Ага! — Чидори Канаме победно взмахнула кулаком, сойдя с питчерского места. Девушка была довольно высокой, а ее прекрасные черные волосы волной сбегали по спине ниже талии. Скромная школьная гимнастическая униформа не могла скрыть ласкающих глаз пропорций. Ее окружала атмосфера благородства и удивительной внутренней силы. Особенно, пока она молчала.

— Ничего себе, Кана! Три страйк-аута подряд! — воскликнула ее одноклассница. Токива Киоко.

— Ха, — Канаме изобразила на лице скучающее выражение, приличествующее лучшей спортсменке класса. — Для меня — пара пустяков!

Ее рука, влетевшая в воздух с победным знаком V, как нельзя лучше передала уверенность в своих силах, столь свойственные Канаме.

— Я не совсем то имела в виду. Слушай, это же всего-навсего школьный софтбол на уроке физкультуры. Нельзя же так лупить со всей силы. Бедная Сиори чуть заикой не стала от испуга — только посмотри на нее.

— Да ну? Правда?..

— Правда-правда. Ты выглядишь жутко сердитой. Не с той ноги встала сегодня?

— До чего ты проницательная, Киоко, я просто диву даюсь.

Совершенно верно. Не стоило и пытаться скрыть что-нибудь от Киоко. Недаром она дружила с Канаме с самой школьной вступительной церемонии.

— Опять Сагара что-то отчебучил? — спросила подруга, безошибочно попав в точку.

Безусловно, именно Сагара Соске был виновником опасного для окружающих настроения, которое сегодня владело Канаме. Только вчера утром они договорились вместе позаниматься вечером, чтобы, как следует, подготовиться к контрольной работе. Соске обещал зайти к ней в районе семи часов. Как легко догадаться, он так и не появился.

Когда Канаме попыталась дозвониться до него по сотовому телефону, она получила ответ: «абонент вне радиуса действия сети». Пробило восемь часов, а потом и девять. Миновала полночь, и незаметно подкралось утро. Сейчас на столе в небольшой квартирке, где в одиночестве жила Канаме, громоздилась куча разных вкусностей, которых она вчера с легким сердцем наготовила для Соске. Черт, лучше бы она вместо этого сама позанималась!

— Нет, — проворчала она. — Соске совершенно здесь ни при чем. Ничего общего.

— Так я и знала, — Киоко, конечно, насквозь видела все ее увертки. — Почему же он сегодня не появился в школе?

На соседней спортивной площадке группа мальчишек-одноклассников шумно играла в баскетбол. Но Соске среди них не наблюдалось.

— Понятия не имею!.. — теперь Канаме почти рычала. — Смылся вчера во время обеденной перемены и с тех пор носа не казал.

— Так что же он натворил?

— Мне по барабану, чем он там занимается! Говорю же — он тут совершенно ни при чем!

Наглая ложь. Если бы Канаме было все равно, она бы не стала пахать на кухне, как каторжная. Настоящее праздничное меню: поджаренная свежая макрель, тушеные с дайхоном кальмары, тофу с яйцами-питан и еще много всего.

Канаме горько вздохнула.

— Эй! — Киоко оторвала ее от тягостных раздумий, хлопнув по спине. — Твоя очередь стоять на бите.

— А? Да-да, — Канаме поднялась со скамейки, прихватив биту, и направилась на базу. Внезапно она остановилась, услышав накатывающийся низкий вой турбовинтового двигателя и уханье рассекающих воздух винтов. Подняв голову, она, тем не менее, не заметила в чистом небе ни следа вертолета, который, судя по звуку, снижался где-то совсем рядом.