- Что случилось? - одними губами прошептала девушка, предвидя неприятности.

Гальт уже был на ногах, отыскивая взглядом тропинку, которую они с Лайлин протоптали на пути сюда.

- Возвращаемся. Пора выдвигаться.

   * * *

Халахам гнал коней с какой-то мрачной яростью. До колик запугал крестьянскую чету, не желавшую пропускать фургоны вперед своей еле ползшей по тракту повозки. Ближе к вечеру, когда Пуща осталась далеко позади, гальт разругался в пух и прах с пастухом, уводившим овец с пастбищ. Вся беда последнего была в том, что он неудачно подгадал со временем, чтобы перегнать отару через дорогу. Если бы знал, что нарвется на столь крепкую свару, сто раз бы решил остаться на лугах до утра.

Айхел, обычно пекущийся о сохранности повозок, сейчас старался не отставать от гальта и помалкивал - только морщился, когда фургон подскакивал на ухабах.

В конце-концов, укатанная до зелени молодежь взмолилась о пощаде, и Халахаму пришлось устроить привал на пару часов раньше, чем значилось в его планах. Едва повозки встали, все трое рванули в кусты, расползлись подальше друг от друга и дружно простились с обедом. Однако обратно из спасительных зарослей вышла только Лайлин. Сын трактирщика и бывший наследник графа показываться на свет божий не торопились.

Когда прошла добрая четверть часа, огонь был разведен, котелок со вчерашней кашей поставлен на камни и циновки расстелены на земле вокруг очага, отсутствие этих двоих стало выглядеть подозрительным. На зов ни один из них не откликнулся, но стоило Алестару пройти пару лакратов в сторону кустов, оттуда донесся слаженный вопль с общим смыслом "не приближаться".  Еще четверть часа спустя Лайлин от чистого сердца предложила подлечить болезных, на что получила решительный и не менее слаженный отказ. Чуть позже к костру притопал Теаран. Воротя нос от еды, буркнул что-то про сытную чернику, и присосался к фляге с водой. Лайлин тайком зыркнула на его ликаду. Приметила серые "нити". Подумав о том, что урок надо закреплять, иначе толку от него будет мало, она выбрала точку - и вытянула всю муть. Быстро, просто и без осечек. Крохотный клубок искаженной ликады пульсировал в пустой тарелке на коленях Лайлин, куда она его отправила.

"Что бы эдакого стяпляпать?" - взгляд девушки пролетел над котелком с поварешкой, мимо наворачивающего кашу Айхела, к колесам фургона и дальше, в самую гущу травы-муравы...

Расслышав тихий "хмык" су-волда, Халахам посмотрел, куда тот скосил глаза. Деревянная плошка в руках Лайлин медленно покрывалась нежно-зеленой порослью травки-полевицы, а сама девушка внимательно рассматривала что-то за спиной кузнеца, словно и не замечала происходящего прямо у себя под носом.

- Лин?

Вздрогнув, она глянула на гальта.

- Что ты творишь?

- Что я... ничего... Ох, мамочки!

Тарелка, выскользнув из ладоней, упала на землю вверх дном. С обратной стороны дерево целиком скрывали короткие кудрявые корешки.

Айхел отвел полную ложку в сторону, не донеся до рта.

- Доча, что это за штуковина?

- Была - плошка, - развеселилась Лин, поднимая посудину и поворачивая так и эдак, чтобы рассмотреть. - Теперь, как говаривала дамтан, "цвятошный вазон".

- Не уразумел, - настороженно протянул кузнец. - Чьих рук дело?

- Так моих же, пап! - прыснула Лайлин.

- Ага, - Айхел отправил стынущую кашу в рот и деловито осведомился, - Так это ты и огород картохой засадить можешь, как в горы приедем?

- Если она на камне расти станет...

- Вон оно как. Ну, кто тебя надоумил и научил, спрашивать не буду. Умение, всеконешно, полезное.

Халахам крякнул, не став развивать тему. Как раз в это время в кустах зашевелилось, зашуршало - с треском и досадливым шипением к фургонам продирался всеми позабытый Эрикир. Едва приблизившись к костру и вдохнув запах еды, парень позеленел и рванул было обратно в заросли, но Лайлин оказалась шустрее. Отработанным приемом она выудила темные нити, добавляя их к свежей травке в "вазоне". Эрикир замедлил шаг и, переведя дыхание, неуверенно обернулся.

- Понятия не имею, что у вас происходит и о чем речь, но хотелось бы перекусить, - подал голос Теаран.

- Вот и все, все живы-здоровы. А то "не подходи, не трогай, не смотри". Делов-то, - безмерно довольная собой, Лайлин принялась рассыпать кашу по тарелкам.

Следующие пять минут посиделки у костра проходили в молчании, приправленном дружным поскребыванием ложек о миски. Кузнец, не терявший времени даром, со своей порцией расправился быстрее остальных. Отставив посуду в сторону, он с минуту мерил Халахама взглядом и, наконец, спросил:

- Так почто мы сегодня фургоны на кочках били? Куда коней гоним?

- В гостях у барона засиделись. Надо было наверстать, - сухо отозвался гальт.

- После такого "прощания", как у нас с Готрейном вышло - вообще диву даюсь, что он не отрядил погоню. И все же до полудня мы ползли вразвалочку, а после, значит, "наверстать" удумали? Не верю.

- Мы опаздываем на встречу с Одором. Я просчитался со временем.

Айхел вновь упрямо пробасил:

- Не-ве-рю.

- У нас неприятности, - сдался Халахам.

- Вот теперь похоже на правду...

- Что было в том послании? Что передал ворон? - осторожно подалась вперед Лайлин.

Поджав губы, гальт все-таки ответил:

- За Одором и носителем, с которым он идет к горам, увязались маги.

- Что за маги?

- Верховные.

- Те самые, что возглавляют Коалицию?! - Эрикир чуть не поперхнулся. - Но что им нужно?

- Не знаю.

- Они тоже ищут нас? Носителей?

- Ну и глубока же эта трясина, - процедил сквозь зубы Теаран.- Как только угораздило вляпаться в такую окрошку... Лучше бы мне всю жизнь гонять юррских интриганов.

- Ты запамятовал, что именно "ваши интриганы" тебе подсобили "вляпаться"?  - желчно напомнил Халахам.

- Судьба, - охнул Эри, привычно уже почесывая рубец на шее.

- Плевал я на судьбу! Еще скажи - провидение. Мои глаза до сих пор хранятся в баночке дома у одного психа, а я даже пальцем не могу до него дотянуться! Качусь в душной колымаге - жор знает, за каким лешим - в горы, когда мой брат остался один посреди своры подлецов с мыслью о том, что я мертв. Не говори мне про Судьбу! Подобные бредни предполагают смирение - но я никогда не смирюсь с таким дерь..., - Н'Карн выдохнул в бессильной ярости, замолкая.

- Судьба или нет, но назад путь заказан.

Виконт вскинул голову, так словно мог видеть Халахама.

- Выбор за мной.

- Боюсь, это не так.

Теан замер на секунду, не веря своим ушам. Когда он заговорил, голос его вибрировал от возмущения:

- Кто ты, чтобы указывать всем нам? Чем я, он, она, - Н'Карн безошибочно ткнул пальцем в сторону Эрикира и затем Лайлин, - тебе обязаны?... Постоянно только и слышно от вас обоих: нужно то, можно это. Превратил Шеа в натуральное пугало и как только кто-то из нас готов сорваться с крючка, сразу тычешь под нос байки об ужасной Кор-Унтару. При этом мы - вроде бы как - под вашей защитой! Ну и где? Где эта защита? Лин рук не покладая латает нас одного за другим! Что за фарс, гальт.

В наступившую паузу никто не вклинился, и Теаран добавил тяжело, веско:

- Нам нет смысла оставаться здесь. Нет смысла поддерживать твои неизвестные планы.

- Виконт, - голос Халахама прозвучал четко и с угрозой, - не заставляй тебя связывать.

У Лайлин от лица отхлынула кровь, будто чарку холодной воды плеснули. Раньше она в душе была не согласна с резкостью обвинений, брошенных Теараном, но не после того, как гальт ясно дал понять, что чихал на свободу выбора носителей. Нет, ну картина получается замечательная! Халахам и Алестар целенаправленно тащат детишек в Туманные горы, по дороге настойчиво, хоть и исподволь, внушая мысль о том, что нужно развивать способности, становиться сильнее, готовиться к тому моменту, когда... когда их не будет рядом, чтобы защитить? Но позвольте, а сколько было той защиты? У Лин у самой до сих пор на спине шрамы зудят. При всем при этом до открытого столкновения с Кор-Унтару дело еще не доходило...