- Отделяю темные нити от светлых и вытаскиваю их наружу.
- Куда? - переспросил гальт, затягиваясь.
- Ну... наружу, - за словами последовал неопределенный взмах руки.
Халахам недоверчиво уставился на девушку.
- Ты разбрасываешь ошметки искаженных ликад вокруг себя, где вздумается?
У Лайлин отчего-то возникло неодолимое желание оправдаться:
- От них ничего не остается, как только я их того...
- Чего "того"?
- Ну, вытаскиваю.
- Значит "наружу" они не попадают? - уточнил Халахам.
- Ну да. В смысле - нет, не попадают.
Гальт помолчал с минуту, после чего, как бы между делом, поинтересовался:
- И как ты считаешь, куда они деваются?
Лайлин задумалась, сбитая с толку. Этот человек, определенно, умел задавать вопросы, приводившие в растерянность. Упрямо поджав губы, она сообщила то, в чем была уверена:
- По крайней мере, не возвращаются туда, откуда я их однажды вытянула.
Гальт хмыкнул, прикрывая глаза.
- У кого научилась уходить от ответов?
- Вы знаете, - фыркнула Лайлин, продолжая сверлить учителя взглядом, пока тот не посмотрел на нее. На миг ей почудилась тень улыбки на тонких губах, но уже в следующую секунду Халахам сурово сообщил:
- Всю энергетическую муть, которую удается выудить, забираешь ты сама.
- То есть? - сморгнула девушка, беспокойно переплетая пальцы.
- "Темные нити" остаются в тебе.
- Но ведь я не перенимаю ни болезни, ни увечья.
- Ой ли?
Лайлин поежилась под колючим пронизывающим взглядом. Халахам смотрел так, будто просил прекратить ребячество и принять, наконец, очевидные факты.
- Жжение под кожей? - робко обронила она.
Едва заметный кивок послужил исчерпывающим ответом.
- Мне страшно спрашивать, но... Как же теперь выглядит моя собственная ликада?!
- Не так плохо, как ты опасаешься, - холоднокровно утешил гальт.
Но Лайлин от этих слов радостней не стало.
- А как плохо?
- Все инородные "нити" со временем уходят. Не приживаются.
Помолчав, он добавил не без доли юмора:
- Будь все иначе, мы бы с тобой сейчас не разговаривали.
Шутка пропала втуне. Лайлин смотрела на свои сцепленные в замок пальцы, борясь с жутковатым ощущением. Казалось, что болезни - все эти багровые, черные и лиловые разводы чужих ликад - сейчас расползаются под кожей змеиным клубком, пропитывают кровь ядом. Хотелось чуть ли не вскрыть вены и выпустить мутные ручьи, позволить им истечь, уйти, исчезнуть!
- Лин, - окликнул гальт.
Девушка не отвечала.
Тогда он, спрыгнув с корня на землю, выстланную мхом, подошел и накрыл ладонью стиснутые в напряжении руки Лайлин. Бросил отрывисто:
- Успокойся. Ну же...
Следующие слова гальта, казалось, выскользнули против его воли:
- Что за истерика на ровном месте? Не разочаровывай меня.
Лайлин подняла удивленный взгляд на учителя, словно спрашивая, когда это он успел в нее поверить.
- Просто прими факт, - скупо обронил тот.
Девушка отняла руки, прервав касание. Подобралась. Кивнула.
- Вот и славно, - Халахам ловко оседлал ближний корень, выпиравший драконьим хвостом из земли. - Перейдем к главному.
- Перейдем, - откликнулась эхом Лайлин, ерзая на жесткой бугристой коре.
Гальт терпеливо дождался, пока она устроится, и тогда уже заговорил:
- Чтобы избежать боли во время работы с ликадой, тебе лишь необходимо научиться извлекать "нити", не пропуская их через себя.
- Как просто! - Лин всплеснула руками, нервно хихикнув.
- А никто и не обещал, что будет легко.
- Вы говорили, мне лишь нужно больше тренироваться.
- Хочешь сказать, все время наших с тобой занятий ты упражнялась мало?
Девушка помрачнела.
- Раз не могу лечить толком, значит недостаточно...
Гальт вытряхнул остатки табака из трубки, постучав ею о дерево. Проводив взглядом сорвавшийся с ветки лист, устало произнес:
- Можно хоть всю жизнь швырять доски с одного берега на другой, расходуя материал и силу, но чтобы построить из них мост, необходимы знания.
Лайлин уныло молчала.
Не собираясь потакать витавшим в воздухе упадочническим настроениям, Халахам решил прояснить несколько вещей.
- Когда смотришь на ликаду, ты видишь поврежденные "нити". Так?
- Угу.
- Ты видела их внутри, но ни разу - снаружи, рядом с очищенной ликадой. Я правильно понял?
- Угу.
- Угу..., - передразнил гальт, не сдержавшись. - Урок первый. Постарайся направить нити в намеченную точку за пределами ликады. Тяни не на себя - тяни к точке.
- А чью ликаду мне править? - Лайлин недоверчиво взглянула на мужчину, примериваясь. - Вашу?
- Нет, - отрезал тот, подбирая ползшего по дереву жука. Усадив его на ладонь, Халахам сжал кулак.
Взгляд Лайлин потемнел. Как только учитель протянул к ней раскрытую ладонь, она тут же коснулась крошечного клубка смятых энергетических паутинок.
Через полминуты жук засеменил через ладонь к пальцам человека.
Отрицательно мотнув головой, гальт снова сжал кулак.
- Ты все сделала по-прежнему. Так не пойдет. Еще раз.
Лайлин только и смогла, что выдохнуть нечто похожее на писк.
- Мы будем повторять, пока ты не справишься с задачей, - сухо заявил Халахам, предупреждая.
Девушка замерла, едва не потянув красные паутинки по привычке на себя. Та-ак. Похоже, ей придется действовать осторожнее, если не хочет в конец замучить кроху. "Как он там говорил? Выбрать точку?"
Определив в качестве "точки" подушечку большого пальца Халахама, Лайлин коснулась пульсирующей багровым ликады, представляя себе, как тонкая нить протягивается в сторону и собирается комочком в намеченном месте...
Подумать оказалось легче, чем сделать. Едва клубок сдвинулся, кончик мизинца, которым девушка касалась хитинового панциря, кольнула игла - темная муть вошла под кожу.
Воспрянувший с новыми силами жук рванул к краю ладони.
Не успел.
- Сначала, - гальт разжал кулак...
Час спустя Лайлин, явно нервничая, расстроено смотрела на жука, скрючившего примятые уже страшно подумать в который раз лапки. На Халахама она вообще смотреть не хотела. При одной мысли о том, чтобы с ним заговорить, становилось тошно. Треклятые нити ликады, словно притягивались ее телом, ее силой. Стоило лишь привести их в движение, как они устремлялись по проторенной дорожке. Откровенно говоря, Лайлин уже боялась прикасаться к жуку. Очередное чудо исцеления не приносило ему ничего хорошего.
- Халахам, - выдавила девушка, не поднимая глаз. - А можно нам каждый раз нового жука брать?
- Нет, Лин. Нельзя.
- Но почему?! - взвилась она, теряя терпение.
- Догадайся.
Взгляд гальта был безжалостен и темен.
Лайлин рухнула обратно на корень, чувствуя, как растет глубоко в груди неприятие.
"Он намеренно накаляет обстановку, чтобы я из кожи вон лезла! Вот гад!"
Сухое покашливание заставило девушку поднять глаза на Халахама. Одного взгляда ей хватило, чтобы заподозрить неладное. В выражении его лица странным образом переплелись надменность и упрек. Так, будто...
- Теперь я понимаю, о чем говорил Алестар, - довольно прохладно процедил гальт.
- А я нет, - пикнула девушка и добавила на всякий случай, - Простите.
- Научись думать шепотом - это мой тебе искренний совет.
Лайлин стало не по себе, и кровь прилила к щекам. Придумывать оправдания не было никакой охоты, поэтому она сосредоточилась на замученном вусмерть жуке, решив закрыть глаза на возникшую неловкость.
От смущения и легкой досады по всему телу расползлось странное тянущее чувство в мышцах.
При первом же касании лиловые жилки ликады, как и прежде, двинулись к источнику притяжения, но на этот раз им навстречу, смывая в сторону, плеснула резкая нетерпеливая волна: "Прочь! Пошли прочь от меня!".