Такие же кубки он увидел за соседними столиками, а гид на обратном пути завел очередную байку о магической силе напитка богини: отведавшего ждала молодость, магнетическая привлекательность, неисчерпаемая энергия, – только царскую корону не обещал, но и этого хватит.

   Полный усталостью, мифами и магией, он вошел в холл отеля, девушка на рецепции с улыбкой подала ему ключ и пожелала приятного вечера. Рассеянно двигаясь по мрамору, он думал, чего бы такого приятного ему хотелось, ничего не приходило в голову, что вызывало легкое сожаление: золотая рыбка готова исполнить твое желание, а ты хочешь спать и все. Он поглядывал по сторонам, вперед – перед ним на диване сидели две девушки с коническими бокалами в руках. В трее замигал значок, раздался alarm-сигнал антивирусной программы, и появилось окно сообщения: «В Ваш компьютер пытается внедриться троянская программа. Удалить?» Подожди ты, может это хорошая конячка, надо посмотреть: слева сидела блондинка в темно-красной блузке без рукавов и длинной черной шифоновой юбке со срезанным клином подолом, справа – темно-русая в коротком леопардовом платье в обтяжку; обе покачивали пятнадцатисантиметровыми шпильками и смотрели прямо на него. «Да это же «студентки» с пляжа в боевом наряде», - внезапно понял он. Девушки слегка улыбались, и правая приветственно помахала рукой. Он оглянулся, ища взглядом их вчерашних друзей, - холл был пуст; запустилась программа вежливости и дала команду его руке помахать в ответ. С досадой он нажал кнопку выключения питания, свернул к выходу и пошел в номер. Горячий душ тебе нужен. Или холодный. Сначала горячий, потом холодный, потом зеленая сигаретка на балконе, и спать. Это мы и без золотой рыбки устроим. Что там было в золотом кубке, что так спать хочется.

   Он сидел с херром Сутером за столом восьмиметровой кухни, они ели руками тамильские блюда и на чистом швейцарском языке обсуждали афродизиаки. Они были голые до пояса – Мартин пояснил, что пальцы нужно вытирать об живот – тогда ни одна частица драгоценных специй не пропадет и эффект будет максимальным. Блюда подавала девушка, удивительно похожая на Тару Линн Фокс, она была в коротко обрезанных шортах; где-то позвякивали индийские инструменты, наигрывающие «Подмосковные вечера».

- Как поживает Ваша мама? – задал он девушке светский вопрос.

- Моя мама сейчас думает, не увеличить ли ей грудь еще на размер, а вот Ваша немецкая мама втирает в свою масло и уже ждет Вас.

- Но мы... не договаривались о встрече.

- Не всегда ждешь того, с кем договорился, и договариваешься с тем, кого хочешь увидеть.

   Он открыл глаза и посмотрел на часы – было уже начало восьмого. Он никогда не опаздывал и не помнил случая, чтобы не слышал будильник. Сутер переквалифицировался в кулинары. Бизнесмен – писатель – кулинар. Пока он собирался, ему почему-то вспомнился Остап Бендер. Пора, пора.

 На пляже уже были люди.

- Siggi, komm zu mir![6]

   Немка встретила его взгляд, улыбнулась как старому знакомому, хрустко откусила от красного яблока, и из него выпрыгнуло:

- Guten Morgen![7]

- Hallo! Wie geht’s[8]?

- Danke, gut[9].

   Он запустил пальцы в белокурую шевелюру проходящего мимо мальчика:

- Siggi, bist du schon ein großer Junge?[10] – тот увернулся и спрятался за маму, обхватив руками ее бедро и уткнувшись носом выше. Солнце закрыло легкое облачко зависти; он попрощался жестом, услышал спиной: «Bis bald![11]», - оглянулся, глаза голубые, со… солнце прямо в глаза, Hier kommt die Sonne, и поспешил к морю. Черт, надо срочно в воду. Он быстро прошел мелководье и поплыл вперед, плыл долго; парус раздувался от ветра, киль легко разрезал море, в голове был легкий звон, небо было чистое – впереди виднелся Остров Сокровищ. Давно такого не было.

   Он лежал на лежаке, подставив солнцу спину, в голове крутилась Wind of Change, он вспоминал первую поездку в Берлин, еще при Горбачеве, как над Бранденбургскими воротами он увидел верхушку Рейхстага и над ней – огромный бундесовый флаг: Стена еще стояла, от флага веяло свободой, сердце замирало от такой близости, от предчувствия. Это сколько ж ей тогда было. А тебе. Ему страшно захотелось немецкого пива. «Вряд ли здесь у них есть Warsteiner», - говорил он ногам, которые уже несли его к бару.  

   На табуретах за стойкой бара сидели «студентки», потягивая через трубочки колу:

- Доброе ууутро!

- Доброе, - ответил он, разглядывая витрину: немецкого пива не было, да и рано еще, а bald - это во сколько, он заказал кофе.

- А где ваши крестоносцы, гроб господень прод... эээ… охранять поехали? - выдал он от бедра из двух стволов.

- Ктооо? Какой гроб?

   Язык мой – враг мой. Но язык, не получив пива, показал ему fuck и продолжил:

- Мальчики-бугайчики со змеями-ангелами - чаша кончилась, за Граалем рванули?

- Аааа, эти. Нет, они в Маааскву рванули - у них клиент горит, - с сожалением в голосе ответила блондинка.

- Телефоны взяли?

- Да взяли, но мы все равно туда не поедем…

- Ну так… они. А вы учитесь?

- Нееет, мы уже второй год работаем – в Бааанке, - русая произнесла «банк» с большой буквы. А Вы на парашюте летааали?

- Летал, летал.

- И как, не страшно?

- Удовольствие часто связано со страхом, вы не замечали?

- Нееет, это как?

- Ну вот – вы фильмы ужасов любите?

- Да.

- Смотреть страшно?

- Дааа.

- Так не смотрели бы.

- А хочется!

- Так и парашют.

   Девушки переглянулись, стараясь уловить логику. Он допил кофе и, чтобы завершить разговор, спросил:

- Так что ж вы теперь будете делать – сами?

- Нууу, пойдем вечером в город, потусуемся…

- Может, там еще пересечемся, - сказал он и повернулся уходить.

- А гдеее?

Вот черт, где - где... в… п…арке.

- Да хоть в Луна-парке: вход для детей до девяти.

- Так Вы тут с детьмиии?

О господи, твою... со всеми ее детьми.

- Это я для вас уточнил.

- А у нас нет детей!

- Да я понял, это я про вас… пошутил.

- Аааа, и где Вас ждать?

Ждать - не ждать, мать-перемать.

- Да хоть у рогатки. Катапульту знаете?

- Конечно! А когда Вы придете?

Приду – не приду, ну его в... ...ду...рак ты, блин... хорошо поджаренный, лучше б ты пива попил. Что за дурня в голову лезет.

- Часов, скажем, в семь.

- Ну, тогда до вечера…

- Bis bald.

- Бис чтооо?

- В центре Европы это означает: приятного вам дня, хорошо повеселиться, полетать на парашюте, много-много мороженного на палочке или других чупа-чупсов, как захотите, прекрасно сегодня выглядите, спасибо за компанию, пока.

- И все это в двух словах помещается?

- Да, знаете ли, в bis bald очень много может поместиться. Очень много.

   Вернувшись к лежаку, он жадно закурил: сегодня всего хотелось сильно. Сильнее всего хотелось понять, что с ним происходит, было что-то новое, другое. Словно без его ведома кто-то проапгрейдил его комп: нарастил оперативку и заменил процессор, поменял операционную систему, и  старый пентиум, «пенек», превратился в многоядерного зверя модели «Ferrari». Это удивляло его, радовало и немного пугало – он еще не освоил новые кнопки, а скорость-то уже – будь здоров.

   За обедом он-таки взял пива, двойной чизбургер, картошку-фри с кетчупом, - вредно, но замечательно вкусно, как тогда, в первый раз, в Шарлоттенбурге, - думал он уже в номере, с удовольствием закуривая. Спать не хотелось, хотелось музыки, он включил Криса Сфириса, повертел в руках планшет, начать «Бунт Афродиты», зачем тебе Даррелл, это нужно вдыхать, просто дыши, пока дышится; он дышал глубоко, спокойно, ритмично, пока не заснул.

6

Зигги, иди ко мне!

7

Доброе утро!

8

Привет! Как дела?

9

Спасибо, хорошо.

10

Зигги, ты уже большой мальчик?

11

До скорого!