Не был «неформалом», но дружил-сочуствовал, это да. Они казались мне классово близким элементом, что ли. Точнее, конечно, не классовом, а экзистенциально-социальным. Ну и не близком, а так, не особо чуждым. И вот, облизанный добрыми людьми в храме гнусного потребления, иду мимо бренчащего в гитару нефорства. Банданы там, навороты. Десять человеков сидят, полуспят, алчут пива — двое работают. Причем гитарист там себе, что-то тихо орет под нос для себя (именно так — тихо, но орет), а девочка-шляпница охаживает прохожих — «киньте монетку на счастье». Знакомые нефоры говорили, что от девки-шляпницы зависит куда больше, чем от самой игры, хоть целый оркестр играй, подавать будет в прямой пропорции от мастерства девушки… Девушка и старается.

Я иногда кидаю, иногда нет, по настроению, по занятости рук. Вижу — впереди мимо пилит мимо ребят толпа теток. Шляпница прыгает, но как-то безрезультатно — тетки не подают. Когда стало ясно, что не подаст последняя тетка, один из парней, с досады: «ну овцы, нах, чисто стадо овец».

Сколько матерного подумал я про него! Моралисты легко выстроят ряд, что тут можно сказать… «Нищий, презирающий подающего», «баран, доящий овец» и т. п.

Мне-то еще важно, что гадина рушит миф о беззлобном нефоре и лавочнике-жлобе.

Мог бы сделать из увиденного какие-нибудь далеко идущие выводы. Что-нибудь подытожить про идентичности.

Впрочем, не подытожил.

Ну его.

Каждому болоту — свой Кулик

В Красноярске есть художник Пономарев, рисующий членом. Снимающий процесс на видео, и много рассуждающий о Боге, Абсолюте и т. п. Его коллега Левченко, рисующий в основном бухалово и бухавший с Пономаревым, ласково зовет того «хуеписец». Ценит за мужество. «Подвыпив, художники часто мечтают — вот бы хуем нарисовать, а он взял и сделал, решился…». И все бы хорошо, если бы не «концепт». «Как пойдет рассуждать, так туши свет, у нас же сейчас как? Написанное, в лучшем случае, 50 % процентов успеха, остальное — концепт». Короче, Пономарев молодец, что рисует хуем, но сильно портит творчество тем, что рисует концептуально.

«Концепт, — говорит Левченко, — должен быть страницы на три. И чтобы по-иностранному. С меня однажды требуют — пиши, мол, концепт картины. А я только по-русски могу, и без трех страниц. Написал три строчки. Потом смотрю — бляха муха, это же стих. Японский». С тех пор Левченко пишет танка и хокку. В основном тоже про бухалово. А концепты так и не пишет, чай, не Москва, где это обязательно.

Русский клич

На фестиваль этнической и всякой музыки «Саянское кольцо» приезжает Артемий Троицкий. Мой приятель, чье творчество глянулось мэтру, сидит с ним в кабаке. Говорит за разные духовные штуки. Например, что совершенно не стесняется сказать слово «хуй», полагая его то ли метафорой, то ли боевым кличем — и очень стесняется говорить «пизда», которое просто матерное. Сидели, пили, закусывали. «Спасибо, что ни разу не заговорили со мной о музыке», — молвил под конец Троицкий.

Самый страшный русский

Один мой знакомец два месяца прожил в немецком городе. Это, говорит, не с чем не сравнимое чувство… Когда ты, пьяный русский, ночью идешь по городу и ни хрена не боишься, ибо ты тут самый страшный. Где еще русскому интеллигенту, доброму, распиздяйскому — словить такое дивное чувство?

Навеяно Мао

Видел майку, на ней портрет Мао Цзедуна, фраза «в жопу политику, будем танцевать», и подпись «Мао». Что, спрашиваю, неужели он так сказал? Нет, говорит придумщик футболки, это я начитался его цитатника, приникся и вдохновился. И написал. Мне показалось, что Мао мог так сказать. Не зря же его хипаны любили в 1960 годы.

Путин на грудь: кому и почем?

Знакомый художник думает продать идею каким-нибудь путинцам. Лучше всего — молодежным путинцам. «Футболка, на которой портрет президента в профиль и фас, и большими буквами, можно по-английски, надпись: разыскивается. Кажется, что прет негатив, что разыскивается преступник, а ниже — перечень достоинств. Разыскивается сильный лидер, государственник, спаситель отечества, и т. п. Можно как вариант — разыскивается на 3-й срок». — «Сначала он сам себя должен найти, если на 3-й срок». — «Да какая разница, лишь бы в такой майке было не стыдно. Просто в майке с Путиным, по-моему, ходить примитивно. А надо, чтобы молодежь носила это по улице, в клубы. Как думаешь?» — «В любом случае, продавать ее ты будешь не молодежи, а чиновнику. Или чуваку, которого поставил чиновник». — «Ну да». — «Чиновник, в отличие от менеджера, отчитывается не за успехи, а за отсутствие косяков. И твоя футболка, если ее не дочитать до конца — большой и жирный косяк». — «В таком случае я мог бы продать ее, например, Каспарову — с другим текстом. Но почему-то противно связываться…».

Байка про Фуко и Суркова

Где-то вычитал, что Миттеран два раза добивался встречи с Фуко, но тот оба раза отказал. Правда или нет? Зачем-то рассказал эту байку в Кремле Владиславу Суркову. В пример того, как оно бывает в Европе, вы же к ней хотели? По крайней мере — говорили? Так вот идеал. Не знаю — зачем рассказал. Потом родилась версия. Чтобы рассказывать как байку второго ряда… Вот, мол, хрен в пальто может прийти в Кремль — и вот чего рассказать. Тоже ведь достижение? Не мое, разумеется, и даже скорее нашего коллективного «Миттерана», нежели коллективного «Фуко». Далеко не так круто, как послать президента, но… все-таки лучше, чем ничего — в плане различия от сатрапии.

Гламур для дур

В Красноярск приезжали французы. Киношники вроде как. Порадовали. Прежде всего внешним видом. Вызывающе не гламурным. То ли бритые, то ли не бритые, на бритой щеке — волосик торчит сантиметров в пять… Свитерок убогой, а может, это и не свитерок… И лицом такие серые-квелые, хуже своего Уэльбека прям.

Русские хотят как в Европах, а в Европах оно вот так. Плевать на свой внешний вид — творческой интеллигенции. Ясно? Гламур для дур, а нам главное, чтоб не жало. Не жмет, и ладушки. Будет учить вас жизни.

Правда, и по учению, и по жизни делегация подкачала. Можно было и интереснее — по дискурсу-то. И фильмы они снимают… так себе, на мое разумение.

Ну да я простил. За волосок и за свитерок.

«Поймали русские люди пидара»

Первая фраза моего не написанного рассказа — «Поймали русские люди пидара». Красота-то какая. Четыре слова — а все меня уже ненавидят. Вообще все. И русские, и патриоты, и демократы, и пидары, и политкорректные, и писатели элитарные, и писатели народные, и народ, и евоная элита. Одна фраза — всем осиновый кол. Вот оно, думаю, смысла поливалентность, коннотат, контекст, все как надо. Рецепция верхом сидит и интенцией погоняет.

Готовое произведение, что еще надо?

И не стал его дописывать.

Сам себе статуя свободы

Один мой добрый знакомый вот уже десять лет не ест мяса. Это не забота о здоровье, ибо он бухает как надо, и как не надо. Это не религия, ибо он, православный, бухает в пост. Это не чувство вкуса, ибо он сало и мясо чтит. Но не ест. Это вообще не имеет причины. «Хохляцкое упрямство», — поясняет он. Не поясняя, в чем это упрямство. Тут-то мне и хочется аплодировать. И цитировать всякие умности — «свобода есть способность быть творящей причиной самого себя», «подлинное решение не мотивировано», и прочее.

После потребления

Позвали на семинар по теме «Не-потребление». Тема с частицей «не» уже немного дикая, ну да ладно. Прежде чем модератор загнула про потреблятство, увязав его левым боком с экологией, предложил аудитории тест. Вот вы борцы с потреблятством, да? Проводите семинары, снимаете ролики, читаете особые нерусские сайты, ибо русских сайтов про это нет. Выньте мобильные телефоны, и давай мериться… у кого самый дешевый, старый, убитый — тот и чемпион. Дальше ясно. Все остальные берут у него уроки — как он дошел до жизни такой? Будьте как он, и все. И будет спасение. Если дальше: поймите, как устроена его жизнь, в чем его смыслы и кайфы, как их от него отцепить, как транслировать в массы, и массы ваши. И чего вам еще?