Эрбий и тербий – металлы редких земель. Ну, золото солнцу, луне – серебро, И каждой планете какой-то металл. Металл – это символ: и зло, и добро Вращеньем планеты вокруг намотал. С планетами просто: себя источай, Там, в Рыб или Деву попав невзначай. Но так многолика в металлах луна, Из глуби нежданных наитий полна. То серпик чуть видный, невинный и тонкий, Поведает сказку о лунном ребёнке, То пухнет багровым шарище затмений, Вампиров пристанище в конусе тени. Над гиблым болотом свисает на вербе Удавленник грустный – луна на ущербе. Не светит она серебром полнолунья: Украдкой плетет паутину колдунья. И надо такое за полночь скрывать – Мне призрачным светом ползет на кровать. В металлах есть призраки: эрбий и тербий. Тебе приношу их – луне на ущербе! 3. Пепельный свет На свиданье с ущербной луною Выхожу потихоньку на двор, И меж ней, косоликой, и мною Возникает без слов разговор. Паутина неяркого света – Это тихий и страшный рассказ О душе, заблудившейся где-то И не там, и не здесь, не у нас. И хочу я прорвать эти сети И взлететь на свободу, туда, Где душа в серо-пепельном свете Пролагает свой путь без следа. 4. ЛунимыйИ сладостен, и жутко безотраденАлмазный бред морщин твоих и впадин… М. Волошин. Венок сонетов «Lunaria» Сквозь крыши, окна и сквозь стены Течет томительный призыв: В душе и в море многопенно Луной вздымается прилив. Пронзая воды светом хладным, Луна хладит мне синим кровь Луной любимый! К беспощадным Томленьям дух свой приготовь! Мой мозг наполнен мглой опала, И сердце сжалось и упало, И я, лунимый, одержим Пронзительным и голубым. ПУСТЫРИЕвгении Димер Горькою гарью над городом Дышит рассветный туман. Дыму кудрявую бороду Чешет пустырный бурьян. С рыжей водою канавы, Рыжий, оплавленный шлак. Дикие сорные травы Путают на поле шаг. Сумрак над этой окраиной С ночи свинцов и жесток. Радостью светит нечаянной Розовый бледный восток. В небе телесные розы… Гулко несут пустыри Радостный крик паровоза Голому телу зари. ХЛОРОФОРМ Я хочу объяснить хлороформ: Сладковатый бессмысленный шторм Неожиданных смыслов и форм. – «Ты пойдешь хвосторогим на корм!» Этот чертик хвостом верть и верть: – «Осужден ты на казнюю смерть! Не уйти тебе от судьбы: Ух! По скату кружёной трубы – Головленье тебе отрубы!» Я от страха заплакал, Я от страха заквакал. Тут вмешался лиловый оракул: – «Посадить его попросту на кол!» А потом – уж совсем ничего. Ничего. Только вот и всего. КАРТЫБардадым – трефовый король.Н.В. Гоголь. Записная книжкаА я его по усам! А я ее по усам!Н.В. Гоголь. «Мертвые души» Был король Дуродом, Был король Бардадым, Короли – Старый Жом И восточный – Бубным. Вот по этому самому Нам заняться бы дамами: Невпопад ведь ложиться привыкли – Молодой ли, старик ли… Вот усатый валет И большой сердцеед. Сам он ходит с эмблемою сердца: «А не хочешь такого вот перца?!» Загляделась крестовая краля На его винтовые усы… – Ну, подумаешь, – нешто украли? Все на месте остались кусы! В картах был ералаш: «А где мой и где ваш?» Намечался скандал, По усам кто-то дал. Но червонный валет Заметал свой след, А король Бардадым – Он напился пьян в дым. ПРОГУЛКИ ПРИ ЛУНЕ