5 мая 1876

Немецкая поэзия

СТАРОЕ И МОЛОДОЕ

(Из Г. Гервега)

                        — Ты слишком, молод. Рассуждать                            Тебе еще нельзя.                         Умей, как мы, дней светлых ждать                            Спокойно, не грозя.                         Да поклонись пониже нам                            И пыл в своей груди,                         Подобный бешеным волнам,                            Смири и остуди!                         Ты слишком молод. Все дела                            Твои ничтожны, верь!                         Мы слышим: речь твоя смела,                            И ты рычишь, как зверь.                         Но, в тесной клетке разъярясь,                            Не мучь страны родной                         И прежде череп свой укрась                            Священной сединой.                         Учись почтительно к седым                            Склоняться волосам.                         Пусть _пламя_ обратится в _дым_!                            Пусть закуешьея сам                         В вериги _опыта_! Потом,                            Разбив свои _мечты_,                         Бог даст, в отечестве святом                            Полезен будешь ты.                         — Вы правы, деды в отцы,                            Не смеем вас винить.                         Но вам седые мудрецы,                            Грешно и нас казнить.                         Вы — стражи _прошлого_; оно ж                            Содержит вас в плену.                         Мы не поднимем меч и нож                            На вашу седину.                         Но вслушайтесь и в нашу речь,                            Жрецы отживших каст:                         Кто может _будущность_ сберечь,                            И кто ее создаст?                         Поверьте, люди древних лет,                            Без нас наступит тьма!                         Вы шли… И мы проложим след                            Под знаменем ума.                         Умом, наукой и трудом                            Мы сбережем скорей,                         Чем вы, наш милый старый дом                            И наших матерей.                         А ваши дочери… Без нас                            Кто будет их любить?                         За что же нас в тяжелый час                            Вы вздумали губить?                         Но старцы слушать не хотят,                            Что любим мы добро.                         Седины их во тьме блестят,                            Блестят, _как _серебро.                         А мы _вперед_ пойдем бодрей,                            Не внемля их речам,                         И _золотистый_ шелк кудрей                            Раскинем по плечам.                         О, не казните молодежь                            За гордый, вольный крик!                         В нем правду, может быть, найдешь                            И ты, седой старик?                         Мы ценим славу и добро                            Твоих минувших дней;                         Мы уважаем _серебро_,                            Но _золото_… ценней!

Французская поэзия

КОНЬ

(Из Барбье)

                     О Франция! Во время мессидора,[19]                        Как дикий конь, ты хороша была,                      Не ведала, что значит бич и шпора,                         Стальной узды носить ты не могла.                      Ничья рука к тебе не прикасалась,                         Чтоб оскорбить лихого скакуна;                      Под всадником враждебным не сгибалась                         Могучая широкая спина.                      Как хорошо, как девственно-прекрасно                         Блистала шерсть, не смятая никем!                      Подняв главу, ты ржала громогласно,                         И целый мир был от испуга нем.                      Но овладел скакуньею игривой                         Герой-центавр; пленился он тобой:                      И корпусом, и поступью, и гривой.                         Сел на тебя… И стала ты рабой!                      Любила с ним ты разделять походы                         При свисте пуль, в дыму пороховом,                      И пред тобой склонилися народы,                         Разбитые на поле боевом.                      Ни день, ни ночь очей ты не смыкала,                         Работала без отдыха с тех пор,                      По мертвецам, как по песку, скакала.                         В крови по грудь неслась во весь опор.                      Пятнадцать лет, взметая поколенья,                         Носилась ты на кровожадный пир;                      Пятнадцать лет, в боях без сожаленья                         Копытами давила целый мир.                      Но наконец, без цели и предела                         Устав скакать и прах в крови месить,                      Изнемогла и больше не хотела                         Топтать людей в всадника носить.                      Под ним, дрожа, шатаясь, умирая,                         Усталые колена преклоня,                      Взмолилась ты; но бич родного края                         Не пощадил несчастного коня.                      На слабый стон он отвечал ударом,                         Бока сдавил у лошади сильней,                      И в бешенстве неукротимо-яром                         Всю челюсть вдруг он сокрушил у ней.                      Конь поскакал, но в роковом сраженья,                         Невзнузданный, свой бег остановил,                      Упал, как труп, и при своей паденьи                         Он под собой центавра раздавил. вернуться

19

Мессидор — десятый месяц французского календаря, установленного Конвентом в 1793 г. (Ред.).