ЛАПТИ

       Не думай, гордый мой поэт,        Что ты в поэзии владыка!        Тебя сильнее нищий дед,        Плетущий лапоть свой из лыка.        И он плетет, и ты плетешь;        Но между вами сходства мало;        Все, чем гордится молодежь,        Твое перо не понимало.        Плетешь ты рифмы без души;        Твои "изделья" сон наводят…        А лаптя крепки, хороши,        И в них мильоны братьев ходят…        Себе пощады не проси!        Твои "изделья" в печку бросят…        А лапти ходят на Руси        И пользу родине приносят.        Бесследно пропадет твой бред        Рифмованный, безумно-гордый…        А лапти свой оставят след,        След прозаический, но твердый.

К СВОБОДЕ

       Незримая для русского народа,        Ты медленно, таинственно идешь.        Пароль мой: "Труд, желанная Свобода!"        А лозунг твой: "Бодрее, молодежь!"        Свободное слово, опять ты готово        Сорваться с пера…        Чего же ты хочешь? О чем ты хлопочешь?        Не та, друг, пора!        Молчи и таися. Каткову [15] молися,        Печатью он правит и мигом отправит        Тебя — за Урал.

ДЕРЕВЕНЬКА

(Песня)

       Ноченька осенняя, деревенька темная…        Слева — сосны, елочки; справа — степь огромная.        Вдаль пойдешь — заблудишься, и с душою робкою        Вспять назад воротишься проторенной тропкою.        Ляжешь спать на лавочку, как лежали прадеды, —        Матушка ругается: "А ходил куда-де ты?        Аль в притон за девицей — белою лебедкою?        Аль ходил к учителю?.. Полно, Калистратушко!        Лучше всех наставников для сыночка матушка…"        "Не брани, родимая, не корми учителем!        Был он мне защитником, был моим спасителем.        Разве в том вина его, что противна ложь ему?        Что стоял за правду он по веленью божьему?..        И напрасно, матушка, ты им озабочена:        Нет его здесь, бедного, школа заколочена;        Пусто в ней, темнехонько. Больше нам не встретиться,        Только у кабатчика огонечек светится!"

ДОПОЛНЕНИЕ 1

* Лошаденки за оврагом *

       Лошаденки за оврагом        Изнуренные плетутся,        Выступая робким шагом,        Под кнутом хозяйским жмутся.        И хозяева их, кстати,        Приуныли и устали;        Мало счастья, благодати        Эти люди испытали.        Говорит один (я слышу):        "Эки, братцы, неудачи!        Всю соломенную крышу        Съели дома наши клячи". —        "Верно, к зимнему Николе        Нам глодать кору придется". —        "Ни зерна на целом поле!" —        Третий голос раздается.        Тут четвертый, пятый сразу        Закричали, зашумели:        "Мы в сибирскую заразу        Обнищали в две недели!" —        "И меня, — сказал Ванюха, —        Посетила вражья сила, —        Ядовитая, знать, муха        Спину крепко укусила.        Сшил себе я саван белый,        В церкви божьей причастился,        Гроб купил, с деревней целой        Пред кончиною простился.        Да на ум меня наставил        Коновал один любезный:        Прямо к спинушке приставил        Раскаленный прут железный…"        Все хохочут… Смейся дружно,        Своротив с дороги узкой,        Люд страдающий, недужный,        Терпеливый брат мой русский!        Много милости у бога,        Жизнь не вся в тебе убита,        И широкая дорога        Пред тобой вдали открыта.

1864

ОСЕНЬ

       Осень настала — печальная, темная,        С мелким, как слезы, дождем;        Мы лее с тобой, ненаглядная, скромная,        Лета и солнышка ждем.        Это безумно: румяною зорькою        Не полюбуемся мы;        Вскоре увидим, с усмешкою горькою,        Бледное царство зимы.        Вскоре снежок захрустит под обозами,        Холодно будет, темно;        Поле родное скуется морозами…        Скоро ль растает оно?        Жди и терпи! Утешайся надеждою,        Будь упованьям верна:        И под тяжелою снежной одеждою        Всходит зародыш зерна.

8 августа 1881

НИВА

       С молитвою пахарь стоял у порога        Покинутой хаты: "Война к нам близка,        Одной благодати прошу я у бога,        Чтоб _ниву_ мою не топтали войска.        Тогда пропадет мой ленок волокнистый,        На саван не хватит тогда полотна…"        И с верой молился он деве пречистой,        Чтоб ниву его сохранила она.        Но враг наступал… И послышался грохот        Из сотни орудий. Как демонский хохот,        Носился по воздуху рев батарей;        И люди — ужасное стадо зверей —        Безбожно, жестоко терзали друг друга,        И брызгала теплая кровь, как вода,        И ядра взорали все поле без плуга,        И хаты крестьянской не стало следа…       …Но милости много у вечного бога:        Построилась новая хата-жилье,        И пахарь-хозяин опять у порога        С молитвою смотрит на поле свое.        Себя он не мучит напрасной тоскою,        Что нива упитана кровью людскою —        Чужой ли, родной ли: не все ли равно?        Ведь кровью и п_о_том не пахнет зерно,        Ведь свежая рожь не пошлет нам проклятья,        Не вымолвит явных и тайных угроз?..        И будем мы сыты (О люди! О братья!),        Питаяся хлебом — из крови и слез! вернуться

15

М. И. Катков — реакционный публицист, выразитель и вдохновитель дворяиско-монархической реакции 60-80-х гг. в России. (Ред.).