78. О душе («Дела и делишки… Доходы…») — Последние новости. 1934. 11 октября. № 4949. С. 3. Под названием «Предостережение».
79. «Бездушных роз корзина…» — Последние новости. 1933. 2 апреля. № 4393. С. 4. С разночтениями в строках 9 («Так никогда на свете»), 15 («На грубый на реальный») и с дополнительными строфами после 2-й строфы («Но ничего не надо / Менять в судьбе такой / Средь оперного сада / Из краски клеевой») и после 4-й («Так мы не променяем / На рай бумажный ад, / Под слезы доиграем / Последний акт — закат»),
80. «Голубое платье, как лира…» — Современные записки. 1934. № 54. С. 190. Под названием «Голубое шумное платье» и с разночтениями в строках 1–6 («Голубое шумное платье, / Шумевшее, как на балу. / И вещи иного мира — / Пара туфелек на полу. / И с небес, а может из ада, / Голос, слышный едва-едва»).
81. Статуя («Она в музейной тишине…») — Числа. 1932. № 6. С. 13. Под названием «У статуи» и с разночтением в 10-й строке («Ночная родина колонн»),
82. Богине («Ты улыбаешься надменно…») — Числа. 1932. № 6. С. 12.
83. Анна Болейн («Чуть теплится совесть в злодеях…») — Последние новости. 1935.31 января. № 5061. С. 3. С разночтением в 4-й строке («Такое смятенье, не страх»),
85. Дуб («Всех плотников, муз, адмиралов…») — Последние новости. 1934.15 февраля. № 4711. С. 3. С разночтениями в строках 1 («Муз, плотников и адмиралов»), 7 («Больших корабельных сражений —»), 13 («Так путаются под ногами») и 15 («Делишки людишек. Так в храме»), а также 4 дополнительными строфами после 3-й строфы:
Склоняется мать к колыбели. Ребенок в свистульку свистит. Муж хижину строит. В постели Ленивец беспечный храпит. А ты над земной суетою В величественной высоте Шумишь благородной листвою О небе и о красоте. Ты только один о прекрасном Шумишь средь житейских забот, Над благополучьем напрасным. Над мирным течением вод, Пока в одиночество Бога Не явится стадо свиней — Прикрыться дубовою тогой. Отведать твоих желудей.86. «Судьба поэта? — Не боле…» — Современные записки. 1934. № 55. С. 191–192. Вместо 3-4-й строф идет следующий текст:
Внизу волнуются груди, В лазурь зеваки глядят, На площади ходят люди И бутерброды едят. Один, склоняясь к подруге: Пожалуй, он упадет! Должно быть, страшно в испуге Вдруг падать с этих высот. Она плечами пожала: Ну что же, конец есть всему, Дирекция ведь не мало За это платит ему… За это он по канату Обязан ловко ходить И рифму к рифме за плату Торжественно находить.87. «Выходит на минуту человек…» — Современные записки. 1935. № 57. С. 233.
Отзываясь на этот номер «Современных записок», Георгий Адамович писал о подборке стихов Ладинского (в нее входили также «Не камень, а карточный домик…» и «Из атласной своей колыбели…»): «Пленяет крылатая легкость и звенящий напев его строчек. В первом стихотворении он как будто — “сам не свой”, — но дальше возвращается к своему постоянному стилю на грани сна и жизни» (Адамович Г. «Современные записки», кн. 57-я. Часть литературная // Последние новости. 1935. 21 февраля. № 5082. С. 3).
88. «Какие мелкие страстишки…» — Последние новости. 1935. 18 июля. № 5229. С. 3. С разночтениями в строках 4 («В несчастьи утешают нас…»), 5 («Какое это утешенье?»), 10 («С волненьем и с ломаньем рук—»), 14 («Не терпит вовсе чепухи»), 17–20 («Но страшно все-таки, не спится, / Тревожно жить, мой червь, мой брат: / Мир не стеклянная темница, / А — совесть, нездоровье, ад») и 2 дополнительными строфами в заключение:
Пусть равнодушно смотрит роза На нас, пчелу к себе маня, Комочком праха и навоза Считает бытие червя, Но, может быть, в изнеможеньи На небо не она, а ты Средь общего недоуменья Всползешь из этой темноты.89. «Европа счастливых…» — Последние новости. 1934. 4 февраля. № 4071. С. 4. С многочисленными разночтениями, ранний вариант ниже приводится полностью:
Европа счастливых Амбаров и школ И трудолюбивых, Как фермеры, пчел. Европа, где воды Готических рек, Где воздух свободы Вкусил человек. Ты — шорох пшеницы И запах сыров, Страна черепицы, Церквей, петушков. Ты — соль в разговоре За чашей вина. Закаты на море. Гитара, луна. Ты фейерверк меткий Газетных листков. Фру-фру оперетки И стук каблучков. Ты — утром прогулка К руинам в плюще. Румяная булка И путник в плаще. В почтовой карете Счастливый вояж. Харчевня в боскете И пыльный пейзаж: То вереск и хвощи И замок — утес, То мельницы, рощи, И шахматы лоз, То пара порожних Волов на мосту, То снег придорожных Деревьев в цвету…* * *
Как было бы пусто В уютных домах Без гуся с капустой На зимних пирах, Без сладкой водички Девических строк, Без старой привычки Состряпать стишок. Без долгих сидений Вдвоем при луне И без академий, Где мир в полусне, Где в лаврах мундирных Скрипят старички, Где в залах ампирных Блестят их очки.