Девушка посмотрела мимо оставшейся женщины и прибывших детей и проследила за его уходом.

…Это мой папа?

Она поняла, что родители имели свою точку зрения, исходя из их положения.

Её мать хотела работать советником, предоставляя понимание Лоу-Гира тем, что распространяла библейскую мифологию. Отец хотел помочь в предстоящей последней битве.

…Он серьёзен, поэтому ей с ним тяжело.

А может, они оба такие, — осознала она.

В тот же миг прошлое переключилось.

В основном переменился цвет.

Небеса превратились с голубого неба в тёмно-красное.

Иными словами, они сменились с мирного лета на ночь разрушения.

Разрушение насыщало небо, землю накрыли тёмные облака, а просветы в них открывали вид на красный цвет, заливавший поверхность.

Поверх тёмных туч сверкали молнии, а облака над ними шевелились.

Небесный потолок вихрился и искажался.

Разум Саямы это созерцал.

…Мир становится отрицательным?!

С этой землёй в центре мир сожмётся, начиная с краёв, пока совсем не исчезнет.

Скорее всего, — определил он для себя. — Люди этого мира и вся остальная жизнь уничтожается.

Всё шло не так, как в прочих Гирах, упавших в отрицательную сторону после потери своих концептов. Этот мир по-прежнему поддерживали его концепты, но он становился отрицательным, словно выворачивая всё наизнанку. В тот миг всё сущее в мире переходило в отрицательную сторону и исчезало, не оставляя времени на страдания.

Всё, что сумело сохранить свою форму, будет уничтожено, когда его уровень разрушения возрастёт слишком высоко, и был лишь один способ выжить.

…Людям, у которых есть философские камни сопротивления из других Гиров.

Таковыми будут те, кто пережили первый удар отрицательности внутри комплексов вроде Ноа.

Пока лавина отрицательности поглощала Топ-Гир, Ноа всё ещё существовал.

Гигантская белая лодка словно погружалась в тёмные облака.

Над ними, в них и прямо под ними метались механические драконы и летали на металлических мётлах ведьмы.

На земле внизу схлестнулись люди в защитной форме и обменивались атаками различной силы.

Точка обзора Саямы позволяла окинуть это всё взглядом.

— ?!..

Но его разум неожиданно набрал скорость, словно его что-то подхватило.

Что? — гадал парень, перед тем как осознал, что предоставило ему опору. Это был механический дракон. Разум Саямы стоял на тёмно-синей броне в сопровождении двух до боли знакомых фигур.

Они носили белую защитную форму и рассекали ветер в полёте дракона.

Мои…

Женщина присела, словно цепляясь за броню механического дракона.

— А-тян! Опасно так стоять!!

— Согласен, Юме-сан, но я просто столько всего должен увидеть.

Мужчина, Асаги, пригладил волосы и смотрел вперёд.

Меж облаками виднелся Ноа, и массивный ковчег напоминал парящий остров.

Посреди ревущего ветра механический дракон испустил голос.

— Асаги. Я собираюсь приблизиться, как только определю точное пересечение воздушных потоков. Я сброшу вас на втором круге.

— Тэстамент. Буду признателен. И постарайтесь подготовить обратную печать. Я непременно вернусь.

— Тэстамент, — ответил дракон. — Я уверен, Итару занимается приготовлениями.

— Он слишком себя изматывает. Лучше бы мы не брали его с собой.

Юме потянула за рукав Асаги и нахмурилась.

— Ты же сам так решил, А-тян. Половина ответственности на тебе.

— Я знаю. Тэстамент. Понял. И…

Саяма услышал, как губы отца покинуло определённое заявление.

— Я понесу ответственность за разрушение этого мира.

…Так это правда.

Слова вызвали ощущение боли в груди.

Как и сказал Хаджи, его отец уничтожил Топ-Гир. Он сам только что это признал.

Когда мы столкнёмся с Топ-Гиром, я не могу отводить глаза от правды, — поклялся он себе, и, следовательно, признал.

Затем парень заметил, что его мать всё ещё тянет за рукав отца.

— Ты уверен, что справишься сам, А-тян? Ты правда её вернешь? Ты приведешь Юкио назад в Лоу-Гир?

Её голос слегка дрожал.

— И приведешь ли ты и её ребенка?

Асаги повернулся к жене, кивнул и улыбнулся.

— Да, — сказал он. — Не волнуйся. Я приведу всех назад. И прежде, чем Микото проснётся.

!!..

Как только разум Саямы опешил, механический дракон заговорил снова.

— Я ценю проявление семейной любви, но мы почти у концертного зала. Тебе видно, Асаги? Если на поверхности написано «осторожно» диалектом Осаки, опусти руку вниз и взмахни ей к голове для цуккоми-приветствия.

— Ты-то откуда знаешь о таком местном обычае?

Тем временем зрение Саямы резко подскочило. Дракон подлетел вверх, словно прыгая.

Всего на миг он испытал бесконечную серию движений.

Дракон извернулся вправо, использовал движение для полёта в облака и скользнул в группу вражеских механических драконов.

!!..

Вспышки снарядов раскидали в воздухе цветущее пламя, талисманы, брошенные его матерью, отразили вражеские атаки, а отец смотрел прямо перед собой.

Не давая себе перевести дух, они покинули облака, ветер и приблизились к громадному белому барьеру.

Это Ноа.

Рукотворный ковчег неподвижно висел в небе, подобно стене.

Дракон пролетел как раз над поверхностью и набрал высоту. Его ускорение в небо оставило преследующих вражеских драконов позади. Он летел в небеса, откуда Ноа уже не видно.

В тот же миг Саяма посмотрел в ту же сторону, что и его отец, и кое-что осознал.

Под ними за большим окном на верхнем уровне Ноа кто-то стоял.

Это были два Синдзё в лабораторных халатах с белой автоматической куклой за спиной.

— А-тян! Это!..

— Я знаю! Скорее, Сандерсон! Скорее, семья грома!

Отец Саямы повернулся к Ноа, нахмурил лоб и протестующе воскликнул.

— Внутри нежеланного ковчега ждут появления злодея!

Голос мужчины прогремел, когда Саяму швырнули в небо прошлого.

Его зрение мгновенно потемнело, и парень начал пробуждаться в настоящем.

В процессе этого он думал.

…Родители Синдзё-кун держались всё время порознь, так почему же они вместе?

И как его отец и остальные уничтожили тот мир?

Так много вопросов, и Саяма не сомневался, что их будет гораздо больше. Он потянулся левой рукой во тьму. Она казалась пустой, но за ней поджидала реальность.

Он был уверен, что получит там нечто важное.

Тем временем в американском UCAT Ёкоты сонный песок давал Харакаве сон о битве в Осаке Топ-Гира. В больнице Акигавы мама Харакавы рассказывала Хио, что видела сама. В японском UCAT Казами, Изумо и Хиба наблюдали, как Диана разомкнула уста.

— Произошедшее той ночью даже мы не до конца понимаем.

Она горько улыбнулась, продолжив.

— Как насчёт того, чтобы рассказать вам о времени, начавшемся в ту ночь, и, надеюсь, связанным с настоящим?

Глава 21. Мир избавления

Отец юноши был снайпером.

Юноше говорили, что отец входил в спецподразделение под командованием военно-воздушных сил и участвовал в сражениях, не предающихся огласке.

Это наполовину правда, наполовину ложь.

Отец юноши действительно был снайпером и входил в спецподразделение американской армии.

Но битвы, в которых он участвовал, зачищали фракции пережитков, желающих опровергнуть результат сражений, что произошли в других мирах. Подразделение, к которому он принадлежал, было глобальным UCAT, а его оружием служило…

...Что это ещё за автомат?

Во сне прошлого юноша видел своего отца, облачённого в синюю бронированную форму. Правая рука мужчины держала автомат, заключённый в синий обтекатель, а в левая — пистолет того же цвета, и он бежал сквозь множество полей сражений.