(Обращаясь к Терцки.)

Веди скорее шведа в кабинет! Гонцы приказ получат от меня. Октавио ко мне!

(Графине, которая смотрит с торжествующим видом.)

Не торжествуй!.. Не искушай завистливого рока. Не терпит ликованья он до срока. Ему вручаем семя, — и в свой час Ростки добра иль зла взойдут для нас.

(Уходит.)

Занавес.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Явление первое

Комната.

Валленштейн. Октавио Пикколомини. Вскоре затем Макс Пикколомини.

Валленштейн

Из Линца пишет Альтрингер: он болен;[24] Но мне уже доподлинно известно, Что с Галласом во Фрауенберге он.[25] Обоих взять под стражу — и сюда! А ты прими испанские полки И не спеша к походу снаряжайся; Но если торопить тебя начнут На Фридланда свои войска направить, Ты говори «да, да!», а сам — ни с места. Тебе порой по нраву вне игры, В безделии притворном оставаться; На крайности идешь ты нелегко, И по тебе я выбрал эту роль. Полезнее всего ты будешь мне Бездействием… А улыбнется счастье, — Ты знаешь сам, что́ нужно предпринять.

Входит Макс Пикколомини.

Ну, старина, иди! А ночью — в путь. Возьми моих коней… Он остается… Не надо долгих проводов! Пора. До радостной и недалекой встречи!

Октавио

(сыну)

Ты все ж зайди ко мне проститься, Макс.

(Уходит.)

Явление второе

Валленштейн. Макс Пикколомини.

Макс

(подходит ближе)

Мой генерал!..

Валленштейн

О нет, уже не твой, Когда еще ты офицер имперский.

Макс

Так вправду ты оставить войско хочешь?

Валленштейн

Я Фердинанду больше не слуга.

Макс

И войско ты покинешь?

Валленштейн

Нет, напротив, Еще тесней и крепче с ним свяжусь.

(Садится.)

Да, Макс, я не хотел тебе открыться, Пока деянья час еще не пробил. Вам, юношам, прекрасный свойствен дар — Одним чутьем угадывать, где правда; Отрадно подтвержденье находить Своей догадке в случае простом. Но где из двух неоспоримых зол Приходится избрать одно, где сердце Раздвоено, где с долгом спорит долг, — Какое благо, если выбирать Державная не даст необходимость!.. Она пришла. Ты не смотри назад. Не будет пользы в том. Смотри вперед! Не взвешивай, но действовать готовься!.. Замыслил двор мою погибель, Макс, Но я опередить его намерен: Со шведами мы заключим союз. Они храбры, и дружба их надежна…

(Умолкает, ожидая ответа Пикколомини.)

Я вижу, ты ошеломлен. Молчи. Я время дам тебе собраться с духом.

(Встает и отходит в глубину сцены.)

Макс долгое время стоит неподвижно, испытывая жестокие страдания. При первом его движении Валленштейн возвращается и останавливается перед ним.

Макс

Сегодня стал я зрелым, генерал! До сей поры мне самому дороги Не приходилось выбирать. Я смело, Без колебаний за тобою шел. Мне стоило взглянуть тебе в глаза, — Я знал, чего держаться. А теперь Ты требуешь, чтоб сам я сделал выбор Между веленьем сердца и тобой.

Валленштейн

Ты был доселе баловнем судьбы, Мог исполнять свой долг, как бы играя, И отдаваться всей своей душою Прекрасным, благородным побужденьям. Но вот дороги круто разошлись. Долг спорит с долгом. Так решай же сам, Кого тебе держаться в той войне, Что разгорится между государем И другом.

Макс

Как! В войне? Война страшна, Как божий бич, но волею небес Война во благо может обратиться. А честно ли имперские войска Нам против императора направить? О, боже правый, что за перемена! Не дерзость ли так говорить с тобой? Я по тебе, как по звезде Полярной, Всегда путь жизни смело направлял! Но ты мне сердце расколол сейчас. О генерал, ужели я не стану Благоговеть, как прежде, пред тобою И дисциплины долг святой забуду? Ах, не смотри так зорко на меня! Божественным казался мне твой лик, И ты не можешь потерять внезапно Власть надо мной; еще с тобой я связан, Хоть с кровью вырвал сердце из оков!

Валленштейн

Дай мне сказать…

Макс

Остановись! Молю! В чертах лица, столь чистых, благородных, Еще не отразился у тебя Твой злополучный замысел, — он только Твое воображенье запятнал. Как ясно величавое чело! Так выбрось же из сердца недостойный, Клеймящий совесть умысел! То был Недобрый сон, и пусть он впредь послужит Для чистых душ благим остереженьем. Есть у людей мгновения соблазна, Но побеждать должно всегда добро. Ни шагу дальше! Это клеветою Могло бы стать на мощные натуры; Ведь мелкие душою полагают, Что в жизни нет простора благородству, Что путь бессилья робкого верней! вернуться

24

Из Линца пишет Альтрингер: он болен.

— Граф Альтрингер был зятем графа Галласа; последний обманул Валленштейна, отпустившего Галласа с тем, чтобы тот уговорил Альтрингера явиться в ставку. Валленштейн отправил Галласа на своих лошадях, как сейчас (см. текст) отправляет Октавио с приказом: «Обоих взять под стражу — и сюда!»

вернуться

25

Но мне уже доподлинно известно

, //

Что с Галласом во Фрауенберге он

… — Отпавшие от Валленштейна генералы сосредоточивали свои силы в укрепленном замке Фрауенберге в южной Богемии, неподалеку от Будвайса (немецкое название города Ческе-Будеёвице).