ПРЕДАТЕЛЬСТВО ДОЧКИ МЕЛЬНИКА

Куда, приятель, иль откуда? Чуть свет, уже ты на ногах! В лесной часовне ль, чая чуда, Мадонне каялся в грехах? Прекрасный паж мой, неужели Луга с туманом и росой Теплее пуховой постели? Бредешь нагой ты и босой! Ах, верно! Только что покинул Бедняга славную постель — В тот миг, как сладкий жребий вынул, Попал уже, казалось, в цель. И вот — не выдумать позорней Обмана! — мчится по лугам Он резвого ручья проворней. Нагой, бездомный, как Адам. За парой райских яблок ловко Прокрался в мельничный он сад. Как может ангел стать чертовкой? Дверями ль рая входят в ад? Ночной прохладой жар объятий Легко ль изгнаннику сменить, Словами жалоб и проклятий Прервав речей любовных нить? «В ее очах под кровом ночи Кто б мог предательство прочесть? Сама она мне что есть мочи Вручить свою спешила честь, Уйти Амуру не давала, Пока в окошке рассвело, А между тем в уме держала, Коварная, заране зло! Любви моей вкушая сладость, Она зовет внезапно мать — И тотчас, возглашая радость, Ворвалась родственников рать: Быками наступают дяди, За ними тетки по пятам, Двоюродные братья сзади, Дружок-батрак и тут и там. Мать, уподобясь хищной птице, Вот-вот взлетит под потолок,— Все требуют, чтоб я девице Вернул невинности цветок! Цветок, что сорван был не мною,— Вот лицемерия венец! Взбешен я подлостью такою, Такой бессмыслицей вконец! Амуру первая забава Снимать с запретного запрет,— Ну, мог ли потерпеть он, право, Чтоб цвел цветок шестнадцать лет! Цветок, на мельнице взращенный, Успели до меня сорвать,— За что ж, одежд своих лишенный, Я обесславлен, словно тать?! Отвергнув ложе вероломной,— Она и в этот даже час Сияла красотой нескромной, Как ослепительный алмаз,— Я бурным гневом разразился И, к выходу наметив путь, В осенний холод погрузился, Как в прорубь, лишь бы улизнуть. Ах, деревенские девицы Ничуть не лучше городских: Грешат вовсю, а голубицы, Поверить им, не чище их! В такую стужу стать Адамом, Чтоб после кашлять и чихать! Нет, к черту! Лучше знатным дамам Жар сердца буду отдавать!» Бредя ручьем, так наш приятель Обманщиц гневно обличал. Посмейтесь же со мной! Создатель Его за дело покарал: Обманывал он сам бессчетно, Неверность шуткой почитал И с дочкой мельника охотно Прекрасной даме изменял. 1798

РАСКАЯНИЕ ДОЧКИ МЕЛЬНИКА

Юноша Прочь с моего порога, прочь! Клянусь пречистым девством Девы, Такая ж Евина ты дочь, Как все вы! О чем ты, ведьма, мне поешь? Любовь? Девичья верность? Ложь! Знакомы эти мне напевы! Цыганка Меж грустных песен есть одна: О том, как каялась девица,— Ходила на реку она Топиться, Кляла себя, родню и мать И думает теперь опять, Как с милым бы сдружиться. Юноша О вероломстве лучше спой — О том, как может наглумиться Над таинством любви святой Девица, А подлая ее родня Раздеть, пустить средь бела дня Нагим, чтоб платьем поживиться! Цыганка О, горе! Потеряла сон, Мечтою к милому лечу я. Чуть стукнет ставень — это он! — Шепчу я. Зачем послушной я была. Уговорить себя дала? — Вернуть ту ночь хочу я. Юноша Ах, сожаления! Поверь, От них нисколько не теплее. «Прикрой, о радость моя, дверь Плотнее!» И вдруг дверь настежь. Шум и ор. Позор! Простужен я с тех пор. Мог даже получить по шее! Цыганка Вернуть бы счастье ночи той, Что я невольно упустила. Иль свет землею мне закрой, Могила! С тобой изгнали и меня: Теперь родня мне — не родня, Родная мать — постыла! Автор Так на господский двор пришла Дочь мельника, как дочь цыгана,— Но так светла вода была Фонтана, Что стала вмиг, как снег, бела, Смыв грязь, смуглянка, — как была, Прелестна и полна обмана. Дочка мельника