ПОСЛАНИЕ ВТОРОЕ

Хмуришь ты брови, достойный мой друг; тебе показались Шутки мои неуместны: вопрос, мол, задан серьезно,— И рассудительный нужен ответ. На меня же в ту пору Стих напал озорной, а с чего, и не знаю, ей-богу! Впредь я буду писать осмотрительней. Ты возразил мне: «Дела мне нет до толпы, до ее поведенья и чтенья; Ты о другом поразмысли: ведь сводник-поэт развращает Дочек в доме моем, со всяческим злом их знакомя». Горю тут легче помочь, — я скажу, — чем кажется людям. Дочери тем хороши, что, найди им дела — и с охотой Сразу возьмутся за них. Дай ключ от погреба старшей,— Пусть о винах печется в просторных отцовских подвалах, Ежели винный запас винодел иль торговец пополнят. Хватит тут дел для девицы: в порядке расставить бутылки, Бочки пустые держать в чистоте и прочую утварь. Часто следить ей придется, как бродит и пенится сусло, В бочки вино подливать, чтоб легко достигали отверстья, Бурно кипя, пузыри, чтобы зрел и светлый и сладкий Сок благороднейших лоз, не скисая долгие годы. Тут про усталость забудь — выливай, наливай или черпай, Чтобы всегда на столе был живительный, крепкий напиток. Средней в полную власть дай кухню; тут ей работы Будет вдосталь всегда, чтоб кормить зимою и летом Вкусно и сытно семью, не влезая в излишние траты. Пусть-ка с начала весны позаботится, чтобы цыплята Быстро росли во дворе и жирели болтливые утки. Пусть из щедрых даров любого времени года Каждый в свой срок будет подан на стол. Пусть дочь исхитрится Блюда менять что ни день, не забыв притом заготовить На зиму все, что лето растит. Пусть в подвале прохладном Квасит капусту она, огурцы заливает рассолом, Пусть Помоны дары сберегает в кладовке под крышей. Дочку похвалишь ты сам, похвалят сестры и братья. А неудача ее будет худшей бедою, чем если Вдруг сбежавший должник без оплаты вексель оставит. Будет девица всегда при деле, в тиши созревая, Впрок для мужа копя добродетели, нужные дому. А почитать взбредет ей на ум — к поваренной книге Выбор ее обратится, — изда́ли их, благо, в избытке. Младшей дочке вели ты за садом ухаживать. Вряд ли Будет тогда он твой дом окружать романтической дебрью: Нет, поделен аккуратно на грядки, угодье при кухне, Вдосталь кореньев он даст и любимых юностью фруктов. Как патриарх, вкруг себя создай ты тесное царство — Сам свой дом засели послушной, верной прислугой. Если еще у тебя есть дочки и по сердцу этим Тихо сидеть с работой в руках — тем лучше! Ведь спицам Нет покоя весь год; домовитые дамы и дома Вяжут, и могут в гостях коротать досуги вязаньем. Выросли также стократ и шитье, и стирка, и глажка С той поры, как девицы в аркадских белых покровах Стали вкус находить, и в залах взметать танцевальных Длинными юбками пыль, и шлейфом мести переулки. Право, будь у меня и дюжина дочек — для каждой Я бы работу нашел. Да они довольно работы Сами себе задают, и за год ни единая книжка Не перешла бы в мой дом из лавки книгопродавца. 1794

СМЕШАННЫЕ ЭПИГРАММЫ

ЗЕМЛЕДЕЛЬЦУ

Легким покровом земля засыпает золото зерен,—     Друг мой! Хоть глубже она кости покоит твои, Радостным был этот сев! Взойдет он пищей живою,     И близ могилы твоей будет надежда всегда!

МОГИЛА АНАКРЕОНТА

Здесь, где роза цветет, где лавры лоза обвивает,     Здесь, куда горлинки зов манит и песня цикад, Чью здесь гробницу украсили жизнью зеленой и звонкой     Боги? — Под этим холмом Анакреонт опочил. Летней, и вешней порой, и осенней сполна насладившись,     Старец счастливый в земле скрылся от зимних невзгод.

ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЕ

Поберегись Амура будить! Мальчуган не проснулся,—     Сделать спеши поскорей все, что велит тебе день, Так хлопотливая мать, покуда сынок ее дремлет,     Время умно бережет: он ведь проснется сейчас!

НАСТАВНИКИ

Тихо сидел Диоген и у бочки на солнышке грелся,     Лез добровольно Калан на погребальный костер, Оба сыну Филиппа отличный урок преподали,     Но покоритель земли всякий урок перерос.

САКУНТАЛА

Хочешь цветенье весны и плоды осенние, хочешь     Все, что пленяет нам взор, все, что питает нам плоть, Хочешь и землю и небо объять единым лишь словом?     Молви: Сакунтала. Так все будет сказано вмиг. 1784–1785

КИТАЕЦ В РИМЕ

Видел я в Риме китайца; его подавляли строенья     Древних и новых времен тяжестью мощной своей. «Бедные! — так он вздыхал. — Я надеюсь, им стало понятно:     Нужно, чтоб кровли шатер тонкие жерди несли, Нужно, чтоб жесть, и картон, и резьба с позолотою пестрой     Взгляд искушенный влекли, теша изысканный вкус». Мне показалось, что в нем я вижу тех пустодумов,     Кто паутину свою с вечной основой ковра Прочной природы равняет, здоровье считает болезнью,     Чтобы его болезнь люди здоровьем сочли. 1796

КСЕНИИ

(Сочинения Шиллера и Гете)