— Это вопрос не новый. И не ты первый им задаёшься. Ты сам как думаешь, много людей, действительно, с подобными талантами рождаются?

— Думаю, что нет.

— А почему?

— Наверное, потому, что поэты вряд ли пойдут улицы мести и хлеб выращивать. Хотя я знаю одного писателя, он дворником работает. Но это потому, что больше ничего другого делать не умеет, а за романы его издатели платить не хотят. Если бы все только песни сочиняли или картины рисовали, то питаться пришлось бы нотами и холстами. И бродили бы среди руин и разрухи гении с взлохмаченными, грязными волосами.

— Почему с грязными?

— Потому что поэты водопровод починить не смогут.

— Значит, правильно, когда творческими способностями наделён лишь ограниченный круг людей?

— Ну, наверное, правильно.

— Одному из народов древности мы дали творческий дар. Всем жителям без исключения. Ещё в детстве каждый из них мог выбрать вид искусства для самореализации. И многие действительно создавали шедевры. Однако, большинство людей эти свои способности игнорировали. Или из-за лени, или из-за того, что все свои силы тратили на завоевания земных благ, каких, надо сказать, у них и так было предостаточно. Когда эта цивилизация закончила своё существование, мы приняли решение, в дальнейшем, ограничить число землян наделённых творческими талантами. Теперь, при рождении ребёнка, мы решаем, получит или не получит человек озарение. Поэтому гениев сейчас не так много, зато есть, кому чинить водопровод, — «бледный» душевно улыбнулся пытливому собеседнику, как бы намекая, мол, ловко я поэтов с сантехниками в разные углы развёл? Но пацан не сдавался. Ромка был упёртым, из тех, кому «кол на голове тешут».

— Как то государство называлась? Не Атлантида?

— Может быть. На их языке название звучало по-другому.

— А каким образом вы можете давать или не давать людям возможность творить?

— А каким образом, вернее, откуда мы знаем, что ты вчера оскорбил старушку-контролёра в метро и убежал по эскалатору, перепрыгнув через турникет?

— У меня просто денег не было, — немного растерялся Роман, — а она пускать не хотела.

— А что за DVD ты ночью, в комнате закрывшись, смотрел?

На этот раз Рома, смутившись ещё больше, ничего не ответил. Я вместо него продолжил:

— Наверное, не совсем этично в замочную скважину подглядывать?

— А никто и не подглядывает, — спокойно апеллировал Таурос. — Личная жизнь человека — загадка только для самого человека и его окружения. Для тех, кто находится на более высокой ступени развития, ваши поступки и ваши намерения подобны поступкам и намерениям рыбок в аквариуме. Кстати, на рыбок не только любуются, за ними ещё и ухаживают.

— Рыбки к творчеству не склонны.

— Потому что им, в отличие от людей, особый дар не даётся. Людям даётся, но они не всегда к нему относятся ответственно.

— То есть, люди находятся на промежуточной ступени развития между вами и аквариумными рыбками. И у кого больше шансов достигнуть следующей ступени, у сомиков или у гомо сапиенс?

— Конечно у людей.

— И вы можете наделить человека способностью к творчеству?

— Мы это делаем регулярно. Наиболее старательных продвигаем вверх по ступеням совершенства. В России нашим протеже был Рерих. Он своим талантом воспользовался сполна.

— В том, что Рерих воспользовался именно вашей помощью, я как раз не сомневаюсь. У меня вопрос по поводу Вашей способности и, главное, компетенции вдохнуть в личность Дар Божий?..

Возникла пауза. Таурос нехорошо посмотрел на меня:

— На тему Бога, мы поговорим со всеми присутствующими несколько позже. Сейчас вы ещё не готовы к восприятию таких сложных вещей, а Вы, Андрей, тем более, ведёте диалог впервые. Но стремление к познанию, благородное стремление, — выражение лица «бледного» приобрело отеческий оттенок. Он протянул руку, с явным намерением погладить мою голову. Уж точно не как аквариумного меченосца, скорее как котёнка. И вот тут я «раскрылся». Ну не мог я допустить, чтобы вытянутая неестественным образом «клешня» до меня дотронулась.

Пальцы «представителя цивилизации, стоящей на более высокой ступени развития» упёрлись в защитную сферу в полуметре от моего лица. Он сделал ещё одну попытку «погладить», но… Пытаясь скрыть раздражение, Таурос неуклюже улыбнулся. Рука зависла в воздухе. Я убрал защиту и заставил себя проснуться.

Все члены группы сидели на своих местах. Там, где только что восседал «бледный», дремал Мережко. Через пару секунд его тело вздрогнуло, и Влад открыл глаза. Некоторое время он просто молчал, а затем тихо спросил (в это время стали «возвращаться» остальные присутствующие):

— И что это было?

— Ты о чём? — сделал вид, что мучаюсь похмельем.

— Сам знаешь о чём.

— Слушай, Влад, я, кажется, молока перепил. Вообще ничего не помню. И голова болит…

— Голова болит? Ну-ну…

Глава 43

Я был вчера у вас с известием,

Что наш пикник расстроен…

В головном вагоне электрички «Москва-Тверь» народу было, не пропихнуться. В основном, дачники и грибники с лукошками. Мы с Борисом заранее заняли места, ещё когда состав стоял на перроне Ленинградского вокзала, и теперь сидели друг напротив друга возле окна.

Мой попутчик сразу достал из старого, коричневого портфеля папку с бумагами и до Зеленограда ворошил документы. Я просто ловил кадры железнодорожного кино.

— Уважаемые пассажиры, доброго всем пути. Для тех, кто ещё не подготовил сани летом, предлагаем новый вид качественной продукции, — долговязый смуглый молдаванин бросил тяжёлую сумку на пол и выставил на обозрение нечто квадратное, завёрнутое в фольгу. — Лыжная мазь отечественного производства. Изготовлена на красноугльском оборонном предприятии, производящем ракетное топливо. Незаменимая вещь для любителей лесных прогулок. Если кто-нибудь обратил внимание, в торговых точках Москвы и области такая мазь стоит пятьдесят рублей. У нас вы можете купить её за…

Мазь меня не интересовала. Даже лыжная. Я зевнул, глянул на «занятого делом» Бориса и приготовился выслушать следующую рекламную заставку.

— Дачные инструменты. Удобные в обращении, — здоровый, устрашающего вида мужик, с узким лбом и густыми бровями открыл деревянный ящик и достал лопату со складным железным черенком. — Любой дачник может сам убедиться в незаменимости этот сапёрной лопатки. Метал, используемый для её изготовления, не тупится и не ржавеет. Нет такого грунта, с которым бы вы не справились при помощи этого инструмента. Нет такой ямы, которую бы вы не вырыли. Нет такого предмета, который бы вы не смогли закопать. Кроме того, это прекрасное оружие для обороны вашего садового участка, — мужик, со знанием дела, приподнял лопату над головой. Близстоящий народ испуганно отшатнулся. — Далее показываю. Черенок раскладывается, и у вас в наличии имеется ещё один необходимый в обиходе предмет — топор. Кроме того, выдвигается дополнительная плоскость, и получаем лестницу. Цена такого универсального инструмента — всего двести рублей. Также имеется в наличии набор ножей, необходимых каждому дачнику. От очень прочного шила, до штык-ножа американских «морских котиков». Выбирайте, кому что необходимо, — взору грибников предстал арсенал холодного оружия. Как раз для срезания сыроежек…

— Газеты, сканворды, анекдоты, — раздался женский вопль из другого конца вагона.

— Прицел для снайперской винтовки, — продолжал удивлять здоровяк.

— Травки не желаете? — таджик с коробом, подписанным «семена», наклонился к бабульке в платочке. — Настоящая чуйская, вчера привезли.

— Взрыватели, ещё в масле, только что с завода, — шевелил густыми бровями мужик.

— Есть кокс свежий, — очаровывал бабушку таджик.

— Па-арнуха, па-арнуха! — завыла из-за спины торговка прессой.

— Андрей, уснул? — тронул меня за плечо седой «клиент» Владислава. — Может, поговорим? К Клину уже подъезжаем.