«Серые дни…»

 Серые дни  ОСЕННИЙ НАСОС  мы одни  Отпадает нос.  Серые дни  Листья = хром (желтая дешевая краска)  Мы одни  Я хром  Серые дни  Увядание крас  Мы одни  Вытекает глаз. Осенние утешения.

Железнодорожные посвистывания

ПлатфоРма — гРядка блещущих огней Осенний дождь цаРапает метлою Лицо стены толпящихся людей ДоРожному пРипавших АНАЛОЮ. «Огни живут»?!! — уместны эти шутки О полночь остРяков ДыРявых толстяков ПоРа отбРосить ветРа пРибаутки и быть = ЗОЛОЮ. (на звуке Р концентрировано ощущение жестокой суРовости:) Д и Т — ощущение твердости, стойкости.

Паровоз и тендер

1

Паравозик как птичка Свиснул и нет Луна = ковычка + возвышенный предмет Паровоза одышка Подъем и мост Мокрая подмышка Грохочущий хвост

2

Ребенок был мал день и ночь плачь Поэт убежал Жизнь палач В голове тесно Чужих слов Посторонняя невеста Односторонний лов Тронулись колеса.

«О локоны дорожных ожиданий…»

О локоны дорожных ожиданий Букет огней + порхнувший паровоз Среди ночных (не облетевших) лоз Сугубой брани О завитки и сумрака и мрака Катящие причудливый вагон Мимо окон Блистающего лака Россия бросилась вокруг поспешной кошкой Расшитая рубах гармоники мотив Одну равнину душу обратив Смердящий плошкой. России нет угла где не было б забвенья Чувств чистоты опрятной быстроты (когда снежинок вервые листы Упасть умрут от наслажденья).

«Еду третий класс…»

Еду третий класс Класс для отбросса «ДВОРЯНСКИХ (!!) РАСС» — Пустая привычка «Все равны» Свиснут Птичка Пустой страны.

«Поезд = стрела…»

Поезд = стрела а город = лук (час отбытия = упрочен) Каждый жертвенник порочен Фонарь = игла а сердце = пук.

«Осений Ветер Вил сВои…»

Осений Ветер Вил сВои         тенета Кружились облаКа вКруг затхлого Ростра А небо кРысилось пРед бРенная гоБа Бежали жалоБы за — Бота   Столпились все у жалкого обрыва:   Листы цветы и взгляды тонких дев (Над Ними) расплелась ветров мохНатых грива   (По очереди) всех задев.

«О зацвети | не зацветает…»

О зацвети | не зацветает Благоухай | одна лишь вонь Откроет рот |  нет белых бронь Старик старик | о лысая старуха Последний крик | не ранит уха О уходи | ты видишься мертвец Пастух коросты | и овец О уходи | я арендатор Новорожденный | Vat  r

«Слова скакали как блохи…»

Слова скакали как БЛОХИ В его мозгу Они не были плохи На юном лугу У него душа поэта Сказали о нем Но у него нет лета = Болен нутром Слова чернели блохами На белизне сознания [Они были крохами = ТВОЕГО ПРИЗНАНИЯ].

«Километрических скорбящия препоны…»

Километрических скорбящия препоны Столбы и струны долгих скрипов Когда метели шлейф непостоянно зыбок И туч мохнатые дерут лицо попоны Дитя рыдает сиплой колыбели Отвар лучей и мерзостен и жидок Катяся графы этих тонких ниток Когда угрюмостью арендой сыты Ели Кругом селений слабая икота (Далекий звон) чей голос тонко липок Блеснувши белизной заиндивевших штрипок У голого БЕСЧЕСТИЯ КИОТА.

Остров Хортица

Запорожье И прощаньем укоризной Украшая свой досуг За железною отчизной Брежжет сокол-друг КрАк могильны далей горы Праведник пещер и трав Исчезающие воды Кистью — ниткой начертав Засквози просветов далью Засинев среди песков Запорожскою пищалью Утопают брюхо — ров Стоном криком над обрывом Юность (краска) далека Смерть клеймит сердца нарывом Продырявила бока Не помогут ЭЛЕКСИРЫ Скор приспешник и паук Кошелька и нудной «лиры» И раба поэта рук.