1926

Иллюстрация Н. Гончаровой к книге А. Крученых «Две поэмы: Пустынник. Пустынница» (1913)

Осень (Ландшафт)

Сошлися черное шоссе с асфальтом неба И дождь забором встал Нет выхода из досок водяного плена — С-с-с-с-ш-ш-ш-ш —    Сквозят дома Сипит и ширится стальной оскал! И молчаливо сходит всадник с неба — Надавит холод металлической души — И слякотной любовью запеленат С ним мир пускает Смертельный спазмы    Пузыри

1926

Весна с угощением

— Алла! Алла! Велик Алла! — С часовни запел муэдзин, — Хвала подателю тепла, Алла-а! — Зима уходит опостылая! Все церкви выпиты лужами Выдувает Москву ветерок! Вот, вот воробей п — о — н — а — т — у — ж — и — т — с — я И станет совсем хорошая погода!.. В сарафане храсном Хатарина Хитро — цветисто Голосом нежней, чем голубиный пух под мышкою, Приглашала дорогих гостей И дородных приезжай: — Любахари, любуйцы — помаюйте! Бросьте декабрюнить! С какой поры мы все сентябрим и сентябрим Закутавшись в фуфайки и рогожи!.. Вот на столе пасхальном Блюдоносном Рассыпан щедрою рукою Сахарный сохрун Кусочки зользы И сладкостный мизюль (мизюнь) — Что в общежитьи называется ИЗЮМ! — Вот сфабрикованные мною фру-фру, А кто захочет — есть хрю-хрю Брыкающийся окорок!.. А вот закуски: Юненький сырок Сырная баба в кружевах И храсные И голубые Ю-юйца — Что вам полюбится То и глотайте!.. А муж ее Угрыз Талыблы Нижней педалью глотки Добавил: Любахари, блюдахари Губайте вин сонливое соченье; Вот крепкий шишидрон И сладкий наслаждец! А раньше чем пройтись по хересам, Закуски — Жареный зудак, Средь моксы корчатся огромныесоленые зудавы и агарышка с луком! Для правоверных немцев Всегда есть ДЕР ГИБЕН ГАГАЙ КЛОПС ШМАК АйС ВАйС ПЮС, КАПЕРДУФЕН — БИТЕ!. . . . . А вот глазами рококоча, Глядит на вас с укором РОКОКОВЫй РОКОКУй! Как вам понравится размашистое разменю И наше блюдословье?!.. Погуще нажимайте На мещерявый мещуй! Зубайте все! Без передышки! Глотайте улицей   и переулками до со-н-но-го отвала      Ы-АК!

1926

Зима

Мизиз…   Зынь…    Ициви  Зима!.. Замороженные Стень Стынь… Снегота… Снегота!.. Стужа… вьюжа… Вью-ю-ю-га — сту-у-у-га… Стугота… стугота!.. Убийство без крови… Тифозное небо — одна сплошная вошь! Но вот С окосевших небес Выпало колесо Всех растрясло Лихорадкой и громом И к жизни воззвало ХАРКНУВ В ТУНДРЫ   ПРОНЗИТЕЛЬНОЙ     КРОВЬЮ       ЦВЕТОВ… — У-а!.. родился ЦАП в дахе Снежки — пах! — пах! В зубах ззудки… Роет яму в парном снегу — У-гу-гу-гу!.. Каракурт!.. Гы-гы-гы!.. Бура-а-ан… Гора ползет —     Зу-зу-зу-зу… Горим… горим-го-го-го!.. В недрах дикий гудрон гудит     ГУ-ГУ-ГУР… Гудит земля, зудит земля… Зудозем… зудозем… Ребячий и щенячий пупок дискантно вопит:     У-а-а! У-а-а!.. а!.. Собаки в санях сутулятся И тысяча беспроволочных зертей И одна вецьма под забаром плачут:     ЗА — ХА — ХА — ХА! а — а!     За — xe — xe — xe! — e!     ПА — ПА — A — ЛСЯ!!!     Па — па — a — лся!.. Буран зудит… На кожанный костяк Вскочил Шамай     Шамай Всех запорошил: Зыз-з-з Глыз-з-з Мизиз-з-з     З-З-З-З! Шыга… Цуав…   Ицив — ВСЕ СОБАКИ —       СДОХЛИ!

1926

Обложка книги А. Крученых «Зудесник: Зудутные зудеса» (1922)

Камера чудес

(Из цикла «Слово о подвигах Гоголя») Нелюдим, смехотвор и затворник, зарывшись в древние книги, не выезжая из комнаты, в халате, лежа на кушетке, пивными дрожжами, острым проскоком обогнал всех путешественников: вскрыл в России преисподню. Мокроворона, штафирка, хламидник и щеголь, с казаками Бульбы, с разгульною вольницей свершил два бедовых похода, жег королевскую шляхту, рубал кольцеусых панов. Первач-подвижник под видом лежебоки, лесобровым Днепром, бумерангом букв с высоким спокойствием, Пифагор гиперболы, Эдисон снов! СВЕТОНОС! — взял планету на испуг!